Наследие Луны - Гоулмон Дэвид Линн - Страница 86

Перед ними находился тот самый шлюз, где неделю назад высадили Карла с товарищами. Тогда его лишь слегка приоткрыли, но было видно, что тоннель за ним круто уходит вниз. Сейчас ученые изучали стальную преграду в поисках какого-нибудь переключателя. Взрывы снаружи звучали ближе и громче с каждой минутой. Себастиан и Эверетт места себе не находили, досадуя на то, что не воюют, а вынуждены торчать здесь. Немец методично вымещал злость на ящиках и прочем барахле, которому не посчастливилось оказаться у него на пути.

– Нашел! – Эпплби отворил стальную дверцу, вделанную в породу. За ней обнаружился рычаг с подписью на немецком: «Sicherheitstüren».

– Что там написано? – Элленшоу заглянул Дженсену через плечо.

– «Защитная дверь», профессор.

– Думаю, то, что нужно, – со всей серьезностью кивнул Чарли.

Навалившись всем своим тщедушным телом, Эпплби опустил рычаг.

Загудели электромоторы, и восьмидюймовой толщины плита поползла в сторону. Эверетт вскинул «М-16» наизготовку и вместе с Себастианом скользнул в щель. Элленшоу было дернулся за ними, но Найлз схватил его за рукав.

– Профессор, у них своя работа, у вас – своя, – строго произнес Комптон.

Глазам ученых предстало огромное открытое пространство. Себастиан с Эвереттом, не опуская оружия, осматривали помещение – пусто, только вдоль дороги стояли несколько вагонеток на электроприводе, с прицепами. Прямо в асфальт были вделаны красные лампочки.

– Сдается мне, немецкие инженеры в войну не уступали нынешним.

Все обернулись на голос и увидели Гаррисона Ли, которого несла на себе Элис Гамильтон. Найлз подбежал к ней и перехватил сенатора. Женщина с облегчением расправила плечи.

– Пока не раскричался, скажу: у него есть право увидеть то, зачем мы пришли. Я не могу ему в этом отказать. А ты? – строго спросила она.

Комптон сделал жест Эверетту, чтобы не распекал пожилую пару за безрассудный поступок, и, вздохнув, повел сенатора к одной из вагонеток. Когда Гаррисон уселся на прицепе, к нему подошел Карл. Старик вскинул бровь, готовый выслушать заслуженный нагоняй, но Эверетт лишь достал «беретту» и протянул ее сенатору рукоятью вперед.

– Надеюсь, не разучились пользоваться?

Скорчившись от боли, Гаррисон одной рукой крутанул пистолет, проверил, заряжен ли он, а другой извлек свой древний «кольт».

– Эх, надо было отдать его Элис, чтобы она отстрелила вашу любопытную башку, – проворчал Карл и потрепал сенатора по ноге.

– Капитан, этой женщине пули не нужны, и без пистолета кого хочешь примучает. Вы не представляете, насколько она бывает жестокой.

– Как по мне, недостаточно, – со вздохом проговорил Найлз.

– Ну что, сенатор, готовы совершить экскурсию в молодость? – Эверетт понял, что это будет последнее приключение в жизни Гаррисона Ли, и весь его гнев улетучился.

– Всегда готов, капитан, – ответил старик и, приподняв шляпу, кивнул Элис: – Уважаемая миссис Гамильтон, не желаете ли прокатиться рядом и подержать старого придурка, чтобы тот не сверзился?

Элис улыбнулась, резво запрыгнула на прицеп и взяла Ли под руку.

– С удовольствием.

– То есть я для тебя старый придурок?

Элис молча положила голову на плечо мужчине, который любил ее уже более полувека.

Эверетт приказал всем рассесться по вагонеткам. Себастиану предстояло везти Чарли, Эпплби и Франклина Дюбуа. Перед тем, как устроиться за рулем, он передал винтовку Элленшоу.

– Только меня не пристрелите.

Джек следил за передвижениями маленького отряда во главе с капитаном САС. Пока что им удавалось незамеченными пробираться сквозь заросли, где и енот не спрячется, не то что взрослый мужчина. На подходе к позиции минометчиков британцы и японцы наткнулись на заграждение. Остановившись на безопасном расстоянии, капитан по рации начал передавать инструкции вьетнамскому снайперу, который засел в расщелине. Теперь все зависело от стрелка.

– Ну, давай посмотрим, заслуживаешь ли ты свой хлеб, – пробормотал Коллинз.

В бинокль было видно, как боевики, ставшие заграждением в сотне ярдов от «пекла» – так прозвал позицию Марк-Паттон, – начали падать один за другим. В руках снайпера была очень старая, но прекрасно зарекомендовавшая себя винтовка «М-14», с которой вьетнамцы познакомились в первые месяцы войны с Америкой – за тридцать пять лет до того, как родился этот паренек.

Капитан Уитлси Марк-Паттон поднял руку и сжал ее в кулак. Один из террористов, видимо, краем глаза засек движение и поднял голову. Зря. На долю секунды он оказался на линии выстрела, и первая пуля пробила ему голову с расстояния почти полторы тысячи ярдов – предельной дальности стрельбы винтовки. Увидев упавшего товарища, его сосед повернулся посмотреть, в чем дело, и вторая пуля угодила ему в висок. С головы боевика слетела бейсболка, поэтому было не видно, умер он или нет, а снайпер, не дожидаясь, сделал четыре выстрела подряд по оставшимся мишеням. Последнему террористу могло повезти: он успел вскочить и побежал к минометчикам, но пуля настигла и его.

Марк-Паттон раздумывать не стал. Десантники вместе с японскими бойцами кинулись в открывшийся коридор. Расправа вышла жестокой. Минометный расчет вырезали всего за пять секунд, затем то же самое проделали со второй и третьей бригадой наемников. После этого бойцы взвели лежавшие рядом снаряды и запихнули в стволы орудий. Через несколько секунд прогремел взрыв.

В бинокль Джек видел, что грохот привлек внимание террористов, и они стали обходить японцев и британцев, перекрывая им отступление. Тот, кто руководил наемниками, понял, что произошло, и поспешил расправиться с людьми Марк-Паттона.

– Проклятье! – в сердцах крикнул Джек.

И вдруг прямо на его глазах боевики, собиравшиеся взять его людей в клещи, начали падать как подкошенные.

– Ну ничего себе! Этот парень – стрелок от бога, – прокомментировал немецкий лейтенант.

Террористы так и не поняли, с какой стороны в них летит смерть. Юный вьетнамец, пользуясь древним оружием, без наводки, умудрялся с изумительной точностью попадать по противнику, скрытому среди листвы и кустарников, на расстоянии более полутора тысяч ярдов. Стоило кому-то из боевиков двинуться наперерез отряду Марк-Паттона, как его тут же находила пуля.

Наконец бойцы САС и японских сил самообороны вышли из леса и вернулись к своим. Британцы побежали на верхний рубеж, а капитан Уитлси плюхнулся рядом с Джеком и отрапортовал: все расчеты уничтожены, потерь среди личного состава нет.

– А еще напомните мне расцеловать того парня, – добавил он, переведя дух.

– Отличная работа, капитан. Теперь они лишились одного из своих преимуществ, – сказал Джек.

Террористы тем временем решили перейти в наступление, и Марк-Паттон вскочил, чтобы присоединиться к своим подчиненным, напоследок бросив Коллинзу:

– Полковник, если я не успею лично переговорить с парнишкой, который спас наши шкуры, передайте ему, что он может хоть сейчас написать рапорт о переводе под мое начало.

– Опоздали, капитан. Он мой. – Джек опустил бинокль и пожал британцу руку.

– Полковник, идут, – сообщил немец, указывая на передовой отряд наемников.

Поражало тактическое мастерство командира террористов. Наемники шли не сплошной шеренгой, а группами, с большими промежутками, зигзагами перемещаясь вверх по склону, чтобы затруднить прицеливание.

Джек вскинул «М-16». Из тридцати с лишним боевиков он сразу выхватил одного, который бежал во главе и периодически жестами отдавал приказы. Сразу видно – командир, подумалось Коллинзу, и он сделал первый выстрел. Террорист упал, и битва за «Колумбов склон», как это место назвали не в одном отчете, началась.

Огонь по превосходящим силам боевиков открыли из всех стволов.

Пока вагонетки спускались в шахту, можно было оценить, сколько средств здесь потрачено. Немецкие инженеры соорудили футуристичную по тем временам дорогу со щебеночным покрытием и освещением. Чем дальше, тем тоннель становился уже, а освещение – ярче. Все внимательно следили, не спрятались ли впереди недобитые охранники.