Наследие Луны - Гоулмон Дэвид Линн - Страница 58

– Убивать людей и отправлять их на смерть – мой хлеб. Вспомни, как я преследовал тебя и твою группу в Ираке. – Маккейб подошел к Механику почти вплотную и тонко улыбнулся. – В последние дни я вижу отголоски тебя прежнего. Неужели в твоей груди снова зажегся свет Аллаха?

Вопрос был задан с издевкой, и отвечать Механик не стал. Он отошел от тел французов и кивнул своим людям.

– Все по местам, и помните: сегодня Аллах взирает на вас с улыбкой.

Механик присутствовал на инструктаже, который устроил Маккейб для специалистов, работавших на Роулинза, когда им удалось пробиться в шахты, заброшенные еще во времена Второй мировой. В одном из ящиков, брошенных немецкой армией, они нашли образец древнего оружия, похожего на винтовку. Целых полгода ушло на отчаянные попытки разобраться в конструкции устройства и собрать такое же. Затем нашлась небольшая сумка с осколками метеоритов, возраст которых насчитывал свыше семисот миллионов лет. Установив их свойства, ученые собрали на основе этой породы источник питания. Первый залп из лучевого оружия превзошел все ожидания: ярко-синий пучок света пробил камень и расплавил стальную пластину толщиной в три дюйма. После этого оружие перегорело, однако Механик все же увидел, как оно устроено и на что способно. Отношение саудовца к людям, с которыми он работал, постепенно менялось. Подумать только, чего сможет достичь его движение с таким оружием! Увы, оно хранилось внутри шахты, а как важно, чтобы о нем узнали влиятельные люди в Иране, Пакистане и Афганистане…

Боевая группа заняла позицию в развалинах пункта распределения, куда свозили арестантов для регистрации и отправки по колониям на другие острова архипелага. Загудел большой генератор, и пусковые установки впервые после разгрузки увидели свет. Комплекс С-75 производства ОКБ имени Лавочкина[16], в классификации НАТО значащийся как СА-2 «Гайдлайн», оказался приятным дополнением к трофеям, добытым Маккейбом и его людьми со склада корпорации «Рэйтеон». Российские ракеты являлись самой последней и наиболее совершенной модификацией старых добрых зенитных ракет класса «земля-воздух». Четыре комплекса достались американскому предприятию в 2006 году в результате налета на хорошо защищенный схрон талибов в Афганистане. Когда-то «Гайдлайны» сбивали бомбардировщики «Б-52» во Вьетнаме, теперь им предстояло поразить две ракеты-носителя «Ариан», на борту которых было не менее двадцати человек экипажа. Наконечники снарядов, установленных на зенитных комплексах, поднялись над обрушившимися стенами здания администрации, и Маккейб удовлетворенно кивнул: люди, которых подобрал Механик, сделают все, как поручено.

– Ну что, думаю, нет смысла дожидаться фейерверка? – спросил Джеймс у саудовца, хотя ответа, собственно, не ждал.

В глазах бывшего террориста зажегся огонек, который Маккейбу не понравился. Механик с таким вожделением смотрел на устремленные в небо белые наконечники ракет, будто намеревался остаться. Подозрения тут же оправдались.

– По-моему, они не до конца понимают, когда нужно включать радары. Наверное, мне стоит…

– Садись в вертолет. У нас и так мало времени. Справятся, ты ведь сам учил их работать с радарами.

Во взгляде Механика читалось сомнение, будут ли его труды вознаграждены, как подобает. Он понял, что на небесах его будут ждать вовсе не девственницы, а лишь укор и презрение истинно верующих, попавших туда прежде.

Саудовец развернулся и сел в ожидавший их вертолет «Газель» французской сборки. Еще раз взглянув на последние приготовления к операции, Маккейб забрался следом. Устроившись на заднем сиденье небольшого аппарата, он надел наушники и наклонился к пилоту.

– Не забывай, когда полетим на восток, держаться всего в паре футов над водой, чтобы не засекли радары ЕКА. У них тут повсюду «Миражи».

Пилот кивнул, и спаренные турбины зажужжали.

– А теперь свяжи меня с Лос-Анджелесом, – приказал Маккейб, постучав по микрофону.

Долго ждать ответа не пришлось.

– Операция начнется через сорок пять минут.

– Сейчас все готовы к попыткам саботажа, так что меры предосторожности наверняка предприняты.

– А обходить предосторожности и есть самое веселое в саботаже!

Филипп Гардено наблюдал за показаниями на мониторах. Центр управления полетами готовился принять на себя контроль миссии, как только обе ракеты-носителя «Ариан» отстыкуются от пусковых вышек во Французской Гвиане, в шести тысячах миль отсюда. До тех пор Гардено был лишь сторонним наблюдателем и нервно отсчитывал тридцать секунд до старта самого амбициозного проекта ЕКА. Помимо него на пост главного руководителя полетом претендовали два немца и голландец. Пока в Гвиане вели свой отсчет до запуска, он мучился вопросом, почему агентство так внезапно прекратило контакты с НАСА. Хотя отношения США со всем миром в последнее время резко охладели, космические программы традиционно стояли выше политических дрязг. Однако с обнаружением чудесного минерала и инопланетного оружия все изменилось, и Гардено оставалось только молиться, чтобы участники гонки, в том числе Китай, сохраняли холодную голову.

– …Десять. Девять. Восемь. Семь. Основной двигатель «Ариан-один» запущен. Четыре. Три. Два. Система зажигания в твердотопливных двигателях «Ариан-один» сработала. Один. Крепления отошли, полет начался.

Камера, установленная непосредственно на вышке, затряслась, и сотрудники центра управления переключились на другую, которая снимала запуск с расстояния в полмили. Гигант «Ариан-1» устремился в небо, неся на себе пятидесятитонный груз и десять человек экипажа.

– …Зажигание двигателей «Ариан-два» сработало, – донеслось тем временем из Гвианы. – Полет начался.

Гардено перевел взгляд на соседний экран, где с площадки 3Б величественно стартовала вторая ракета, направляющаяся на Луну. Пусковую вышку окутало облако пламени и дыма от сжигаемого топлива, и «Ариан-2» тоже рванулся ввысь, словно в погоню. Со стороны казалось, будто две ракеты-носителя соревнуются между собой, кто первый достигнет орбиты.

Гардено, как и все жители Европы, следящие за запуском, сжал кулаки и издал радостный вопль, когда два гигантских аппарата окончательно покинули пределы космодрома.

– Да, детка, вперед! – кричал Филипп, будто только его воля толкала ракеты в темное небо над Южной Америкой.

Мгновение – и от радости не осталось и следа. Вслед за двумя платформами «Ариан» в то же ночное небо взметнулись первые боеголовки.

– Нет. Нет-нет-нет! – запричитал Гардено, вылезая из-за пульта телеметрии.

– «Ариану-один» совершить обходной маневр, – объявила Гвиана.

– Да вы даже не понимаете, что происходит! – воскликнул руководитель полетом.

Военные, сопровождавшие миссию, среагировали куда быстрее, чем ученые. Четыре высотных перехватчика «Мираж-3» французских ВВС взметнулись в воздух, чуть отстав от первого «Ариана». Первая ракета-носитель уже поднялась на отметку десяти миль и стремительно удалялась. Рядом протянулся инверсионный след от четырех зенитных ракет, гнавшихся за космическими платформами, как лев за антилопой. Боеголовки захватили цель и неотвратимо приближались, сначала догнав истребители, а после опередив их.

Первый «Мираж» создал воздушную подушку, пролетев между первой зенитной ракетой и «Арианом-2». На радаре головки самонаведения ракеты вспыхнула новая цель – С-75 сочла ее препятствием и попыталась обойти, отклонившись влево; перехватчик тем временем тоже выполнил вираж. Сработало. Ракета задела крыло «Миража», и этого столкновения хватило, чтобы она сбилась с курса на тридцать футов, завертелась и по команде поврежденного процессора взорвалась. Почти одновременно с нею взорвался и перехватчик, а через град обломков пронеслась вторая боеголовка, охотящаяся за «Арианом».