Наследие Луны - Гоулмон Дэвид Линн - Страница 52

Глава 8

О случившемся четверка сотрудников группы «Событие» узнала из новостного выпуска по радио чуть позже полуночи. Дерзость и мощь, с которыми неведомая сила совершила нападение, казались невероятными. Однако Джеку и его подчиненным было известно, что за всем этим стоит Маккейб. Слушая сообщение о гибели китайских космонавтов, Коллинз с Эвереттом вспоминали ящики с ракетами, увиденные в Эквадоре.

– Эти фанатики настроены серьезно, – проговорил Карл, глядя на темную улицу через лобовое стекло.

– Зато теперь, увидев, что люди погибают просто так, сильные мира сего протрезвеют, прекратят дурацкую гонку и сядут за стол переговоров, – добавил с заднего сиденья Элленшоу, без интереса рассматривая купленный в «Макдоналдсе» чизбургер.

– Если бы, – возразил Джек, настраивая яркость лампы в салоне, чтобы было удобнее изучать папку, которую для него достал немецкий спецназ. – Не хочу вас огорчать, Чарли, но если правительство на что-то решилось, то его не остановишь. Это как лавина.

Он замолчал, отыскав наконец фотографию с подписью: «Шпандау, 1947 г.» и увидев на ней нужное лицо. На снимке были изображены шестнадцать американских офицеров, выстроившихся перед входом в здание тюрьмы.

– Вот он, наш приятель. – Джек извлек фотографию из папки и протянул ее Эверетту.

– Точно. Откуда же, черт побери, мне так знакомо его лицо?.. Итак, видно, что он подполковник, но нашивку не разглядеть. Да еще, как назло, ни одной фамилии, отмечен только комендант тюрьмы. – Эверетт вручил снимок Голдингу и Элленшоу на заднем сиденье.

– А вот список всех заключенных – семь человек. – Коллинз передал Карлу распечатку. – Ничего странного не замечаешь?

– Рудольф Гесс, пожизненное, умер в тысяча девятьсот восемьдесят седьмом, – принялся зачитывать вслух Эверетт. – Вальтер Функ, пожизненное, освобожден шестнадцатого мая пятьдесят седьмого. Эрих Редер, пожизненное, освобожден в пятьдесят пятом. Альберт Шпеер, двадцать лет, освобожден в шестьдесят шестом. Бальдур фон Ширах, двадцать лет, освобожден в шестьдесят шестом. Константин фон Нойрат, освобожден в пятьдесят четвертом. Адмирал Карл Дёниц – отсидел десять лет и освобожден в пятьдесят шестом. – Эверетт проглядел список еще раз и действительно заметил одну странность: – куда-то делся Йосс Цинссер.

– Весьма занятное опущение, не находишь? – спросил Джек.

– Что ж, мы знаем, что он там был. Зачем кому-то убирать его имя из списка заключенных?

– Затем, что так будет гораздо сложнее докопаться до истины, – ответил Коллинз и обратился к Питу: – Нужна помощь «Европы».

– Для этого надо вернуться в самолет, а это довольно-таки небезопасно – по крайней мере пока твой друг не расчистит путь.

– Нельзя терять времени. Необходимо выяснить, кто такой этот американский подполковник.

– Ладно, главное – добраться до самолета, – кивнул Пит.

Оглянувшись, он увидел горящий взгляд Элленшоу. Профессор криптозоологии слегка ткнул Голдинга локтем в бок.

– Вот, теперь понимаешь? С этими двумя не соскучишься! Причем чем дальше, тем опаснее.

Пит мимолетно улыбнулся и кивнул; капитан Эверетт тем временем заводил автомобиль. Увидев в стекле отражение лица Чарльза Элленшоу, Голдинг понял, что слухи не врут: «чокнутый Чарли» и вправду чокнутый.

Час спустя Джек и его команда стояли у главного входа в международный аэропорт Темпельхоф. Коллинз пошел на разведку, Эверетт, Голдинг и Элленшоу наблюдали из тени. Частную зону аэропорта патрулировали военные: после теракта в центре Берлина уровень безопасности значительно повысился. Джек выругался сквозь зубы: через оцепление можно прорваться только силой. Развернувшись, он снова нырнул в тень ангара, слегка выходящего за пределы забора.

– Главные ворота не вариант, – сообщил полковник остальным.

– Как насчет этого? – спросил Эверетт, постучав пальцем по алюминиевой стене ангара, принадлежавшего частной летной компании.

Коллинз внимательно осмотрел стену; ни окон, ни дверей на их сторону не выходило.

– Увы. Тут потребуется автоген или ножовка.

– А еще весьма расстроится владелец, узнав, что кто-то попортил его здание, – раздался голос из темноты.

Джек напрягся, но потом у него отлегло от сердца: из-за соседнего ангара возник Себастиан Крелл.

– Черт возьми, а ты растешь, – сказал Коллинз.

– Были хорошие учителя. – Крелл снял маску, пожал Джеку руку и кивнул остальным. – Там, у ворот, мои люди. Я договорился с начальником охраны аэропорта, и он дал нам три часа «на проведение учений». Поскольку вы уже на час задержались, советую немедленно прыгать в самолет и валить из Берлина, пока мои товарищи из правоохранительных органов не взяли вас за задницу.

Коллинз хлопнул Крелла по плечу.

– Пооколачиваешься тут, пока мы не взлетим?

– Так и задумано. – Себастиан посмотрел на четверку. – И еще. Рядом с вами стоит самолет с правительственным допуском. Мы его пока проверяем. Внутрь, как понимаете, зайти не можем, так что чей он – неизвестно.

– При чем тут это? – спросил Эверетт, нащупывая под рубашкой свою девятимиллиметровую «беретту».

– А при том, капитан Эверетт, что он приземлился здесь два дня назад, и с тех пор пилот оттуда не выходил, как и ваш. Снаружи заглянуть внутрь нельзя, а захватить тепловые датчики я не догадался.

– Отлично, спасибо за предупреждение, – сказал Джек и, делая шаг к воротам, кивнул остальным: – Идем.

– Мы прикроем твоих ребят; мои люди между ангарами. – Себастиан еще раз пожал руку Джеку. – Ауф видерзеен, дружище.

Спецназовцы, одетые в форму охранников аэропорта, пропустили отряд группы «Событие» внутрь.

– Пит, Чарли, если что-то случится, бегом отсюда – туда, где мы попрощались с Себастианом.

– Но… – начал было Чарли.

– Никаких но. Бегом – значит бегом, – повторил Эверетт.

– Ладно, но я не согласен, – сказал Элленшоу.

Приблизившись к площадке, где стоял их самолет, Коллинз замедлил шаг и прислушался. По соседству стоял самолет с темными иллюминаторами. В кабине американского «Боинга» свет горел, но внутри царила тишина: судя по всему, военные летчики спали. Пока четверка выполняла задание в городе, пилотам был приказ ждать три дня, а затем сниматься.

Чутье молчало: кроме Себастиана и его отряда за ними никто не наблюдал. Коллинз махнул Карлу, тот взбежал по передвижному трапу и ладонью постучал в дверь.

Элленшоу и Голдинг нервно озирались по сторонам, даже разглядывали диспетчерскую башню в полутора милях отсюда.

Дверь открылась, и Джек с облегчением увидел в проеме заспанного капитана ВВС США. Тот с удивлением смотрел на Карла.

– Отлично, парни. А теперь внутрь, живо, – сказал Коллинз, не сводя глаз с белого самолета по соседству.

На мгновение одна из шторок на иллюминаторе поднялась на длину ладони, затем вновь опустилась. Полковник, перескакивая через две ступеньки, поднялся по лестнице, вошел в самолет и запер за собой дверь.

– Капитан, заводите двигатели и запускайте предполетные процедуры. Для начала полетим в Лондон.

Все еще сонный, пилот растряс своего помощника и бортинженера, затем опять уставился на Коллинза и остальных, недоумевая, где их так потрепало.

– Полковник, даже если очень поспешить, это займет минимум полчаса, а если я лично не подам маршрутный лист, мы нарушим примерно шестьсот правил.

– У нас есть друг, который устроит вылет. Просто готовьте самолет, капитан, нет времени. Если вы не в курсе, нас подозревают в совершении теракта.

Капитан вместе со вторым пилотом и бортинженером скрылись в кокпите.

Джек провел рукой по волосам и кивнул Эверетту.

– Карл, не своди глаз с нашего подозрительного соседа.

– Есть, – ответил «морской котик» и занял позицию у аварийного выхода за кабиной пилота.

– Так, док…

Пит и Элленшоу уже скрылись в будке связи, и Голдинг принялся отдавать приказы «Европе». Система подключилась к закрытой базе данных. Лампы над головой мигнули: пилот врубил внутреннее питание. Второй пилот вышел наружу, чтобы отключить наземный аккумулятор, оставив дверь приоткрытой. Джек на всякий случай достал пистолет и положил рядом.