Наследие Луны - Гоулмон Дэвид Линн - Страница 103

Сделав шаг на нетвердых ногах, Ли приоткрыл полог палатки и тут же спрятался, пока его не заметили. Среди развалин исчезали последние наемники.

– Что, черт побери, творится? Стоит только прилечь, как все летит в тартарары. Куда подевалась моя старушка? – спросил себя он и рискнул еще раз выглянуть наружу.

Вдалеке сенатор разглядел человека, шедшего во главе отряда террористов: тот бесцеремонно волок за собой Элис. Они направлялись к завалу, где люди Джека нашли проход в соседнюю пещеру.

– Чтоб вас всех, – прошипел Гаррисон. Его брови сами собой нахмурились, а губы сжались.

Развернувшись, он отыскал трость. Легко, не чувствуя боли и зажимов в спине, нагнулся, подобрал шляпу и водрузил ее на седую шевелюру. Выйдя из палатки, увидел, что Элис и тащившие ее люди скрылись во второй галерее.

Взгляд Гаррисона упал на тела солдат, только что погибших от рук Механика. Внутри что-то щелкнуло, и его охватило почти забытое ощущение: жажда действовать, и даже больше – убивать. Он гневно воззрился на трость и отшвырнул ее подальше. Вместо нее поднял оружие, лежавшее у одного из тел, – пистолет-пулемет «Ингрэм». Руки напряглись под приятной тяжестью. Затем Ли сорвал с трупа патронташ – там было несколько полных обойм.

– Прости, сынок, что беру без спроса. Взамен я прикончу того ублюдка, который убил тебя.

Коллинз стоял у входа в бетонный бункер, а Эверетт с Креллом вошли внутрь. Забранные прутьями окна осветились изнутри, выхватывая из темноты очередную порцию изодранных и полуистлевших полотнищ со свастикой. Над дверным проемом навис орел – символ рейха, снова заставивший вспомнить преступления нацистов. Не сводя глаз с окон, Джек задумался: вот они тут возятся, а о «Темной звезде» ничего не известно. Тревога начинала путать мысли; Карл то и дело заставлял полковника возвращаться к реальности и действовать по инструкциям, напоминая, что он в ответе за подчинявшихся ему молодых солдат.

Эверетт осматривал бункер, и Джеку пришло в голову передать командование ему или майору. Сам Коллинз слишком спешил, а из-за спешки, как правило, погибают люди.

– Все чисто, Джек, – сообщил Карл и жестом показал, что, видимо, наткнулся на самую главную находку. – Директор, берите ученых и оборудование.

Комптон молча поблагодарил бога: наконец им попалось то, что хоть Как-то могло оправдать все эти смерти. Он подозвал отряд из двадцати солдат, тащивших приборы и большой компьютер для Пита, и пригласил их входить.

– Джек, ты с нами?

Коллинз как будто его не слышал. Вот уже второй раз Комптон видел, что полковник находится мыслями где-то в другом месте. Он хлопнул Джека по плечу.

– Полковник, вы идете?

Тот только рассеянно кивнул и молча вошел в бункер, не обратив внимания на директора и солдат с оборудованием.

К Найлзу подошел Элленшоу.

– Чарли, давайте тоже внутрь, и поскорее разберемся с этим.

– Вы не слышали? – спросил криптозоолог, пропустив слова Комптона мимо ушей.

– Не слышал чего?

– Не знаю, какой-то грохот. Как от взрыва.

– Просто помогите установить оборудование, – сказал Найлз и вошел в бункер.

Вдоль стены тянулась оружейная стойка, на которой было закреплено не меньше сотни высокотехнологичных винтовок – все в целости и сохранности, если не считать слоя пыли. Большую часть помещения занимали рабочие столы лаборатории, гораздо более продуманной, чем та, что была в первой галерее. На дальней стене висел экран, перед которым стоял кинопроектор, рядом с ним стояла стопка чего-то вроде дисков в пластиковых конвертах. На вешалке висели несколько комплектов инопланетных скафандров вместе со шлемами, также не тронутых временем. Наконец, в углу Джек с Найлзом увидели флаг: синее поле с четырьмя кольцами – голубым, красным, белым и серым, – точно, как их нарисовал сенатор. В углу был нашит золотой треугольник, а по контуру полотнища свисала золотистая бахрома.

– Ого! – не удержался кто-то.

В лабораторию вошли Чарли Элленшоу и Пит Голдинг, волоча за собой тяжелый чемодан, следом появились Эпплби и Дюбуа. У всех на лице застыло выражение, как у детей, впервые попавших в Диснейленд.

– Невероятно. Просто невероятно, – произнес директор УППОНИР, рассматривая вооружение и снаряжение древних «пришельцев».

– Да уж, – подтвердил Элленшоу.

Пройдя в центр комнаты, он остановился у большого – около десяти футов в диаметре – глобуса; для сохранности немцы накрыли его пластиковым колпаком. Вместе с Питом Чарли снял колпак, и глазам ученых открылся чужой мир.

– Зеленый океан, почти как у нас. Хм, а вот и континенты. Гораздо меньше, чем наши, и их всего… – Элленшоу медленно повернул глобус, – всего три.

Пит сделал шаг назад и посмотрел на покрытый океаном мир издали, прищурился и чуть ли не бегом бросился к кейсу, который они с Чарли едва втащили внутрь. Не успел Джек остановить компьютерщика, как тот извлек свой ноутбук и включил его. Коллинз, Найлз, Себастиан и Эверетт замерли. Они снова почувствовали давешнюю вибрацию, причем более сильную, хотя длилась она на этот раз недолго.

– Спокойнее, док. Не делайте резких движений.

Голдинг не слушал. Он прилаживал к ноутбуку что-то вроде камеры, затем, размотав кабель, установил объектив напротив глобуса.

– Найлз, я никогда не рассказывал о своих детских увлечениях?

– Нет, Пит.

Чарли с улыбкой наблюдал, как суетится Голдинг, чьи глаза горели подлинным энтузиазмом ученого.

– Я увлекался астрономией. Не очень серьезно, но родители купили мне телескоп, а я писал письма в НАСА с просьбой прислать мне космические снимки. Был один набор фотографий, которые я пересматривал чуть ли не каждый день…

– Продолжай, Пит, – сказал Элленшоу.

Он не часто видел такое воодушевление у Голдинга и хотел дать ему полностью насладиться открытием.

– «Европа», ты на связи? – спросил Пит у ноутбука.

– Да, доктор Голдинг, – отозвался томный голос.

Эпплби удивленно оглянулся на инженера из МТИ. Нечасто услышишь компьютер, разговаривающий голосом Мэрилин Монро.

– «Европа», твоя камера видит планету?

– Да.

– Ты узнаешь рельеф?

«Европа» на мгновение замолчала. Все присутствующие уставились на Пита.

– Да, доктор Голдинг.

Пит подошел к глобусу и указал на заснеженную вершину, возвышающуюся прямо по центру одного из материков.

– «Европа», сравни изображение с записями НАСА и снимками с телескопа «Хаббл». Как называется эта гора?

– Поправка: вулкан. Название – Олимп. Самый высокий пик в Солнечной системе.

– Вот те на… – протянул Эпплби и подошел к глобусу. Теперь и он видел то, что Пит заметил с самого начала.

– Диаметр основания Олимпа достигает трехсот семидесяти трех миль, высота – восемнадцать миль, – продолжал суперкомпьютер, словно хвастаясь познаниями.

Пит развернул глобус и указал на другую гору.

– А как называется эта гора и каково ее расположение относительно Олимпа?

– Это горная цепь из трех потухших вулканов – горы Фарсида. Расположение – к югу от предыдущего запроса.

Теперь дошло и до Найлза.

– Невероятно…

– А простых смертных вы не желаете посвятить в то, что увидели? – раздраженно спросил Эверетт: ему не нравилось, когда ученые говорят на своем языке.

Никто не ответил.

– «Европа», как называется планета, изображенная на глобусе? – спросил Джек, не дожидаясь, пока светила науки снизойдут до военных.

– Марс.

Коллинз не смог сдержать удивления. Эверетт с Себастианом тоже.

– Взгляните на океаны, – сказал Элленшоу.

Все молча смотрели на мир, который всю свою жизнь знали как «красную планету». Когда-то на ней плескались огромные океаны и цвела растительность.

– Найлз, вы хотите сказать, что «пришельцы» попали к нам оттуда? – спросил Эверетт.

– Я ничего не хочу сказать, Карл. Ничего.

Взгляд Элленшоу упал на предмет в углу – крупнее, чем марсианский глобус, – тоже накрытый пластиком. Откинув в сторону полотнище со свастикой, Чарли с помощью Карла и Себастиана снял колпак. Под ним оказались еще три глобуса.