Наследие Луны - Гоулмон Дэвид Линн - Страница 101

Китайские тайконавты во главе с генералом присоединились к раскопкам, и вскоре на свет показались торчащие из пыли обломки.

– Как на снимках боевых кораблей Второй мировой войны… Бьюсь об заклад, лейтенант, перед нами орудийная башня, причем очень большая.

Сара окинула взглядом все, что раскопали ее люди. Из лунной пыли выглядывал погнутый ствол крупнокалиберной пушки, исходящей из некоего подобия орудийной башни – продолговатой, в форме наконечника стрелы.

– Да, генерал, вы правы. Мы стоим на остове боевого корабля.

Сара, генерал Куань и французский капитан отошли в сторону, пока американцы и китайцы разбирали снаряжение с саней и повозок.

– Главная цель – минерал. Похоже, всем он нужен больше жизни, и наши правительства думают, что на Луне его в достатке. Лично я не стану рисковать жизнью и безопасностью людей ради того, чтобы привезти на Землю такое опасное вещество. Мы возьмем с собой лишь образцы и оценим запасы. А добычей пусть занимаются последующие, соответствующим образом экипированные экспедиции. Согласны?

Генерал Куань поклонился в знак согласия. Так же поступил и капитан Жарно.

– Предлагаю разбиться на две группы, – сказал генерал. – Одна продолжит раскопки корабля, чтобы впоследствии подробнее изучить его, а вторая отправится в кратер и обследует остатки базы.

– Хорошо, – кивнула Сара.

– Капитан, – продолжил Куань, – как насчет того, чтобы вы с половиной отряда остались здесь, у корабля, а лейтенант вместе со второй половиной разведает кратер?

– Да, генерал, дельная мысль.

Сара включила передатчик на запястье.

– Уилл, отряди четверых наших и выдай оборудование, причем обязательно магнитометры и счетчики Гейгера. Передай сержанту Эндрюсу, что он пойдет впереди с четырьмя бойцами генерала Куаня.

Лейтенант оглянулась на китайца, тот кивнул.

– Вас понял, – ответил Менденхолл и начал собирать отряд и снаряжение.

– Мудрая предосторожность, лейтенант, – одобрил Куань.

Подозвав своего первого помощника, он приказал отобрать пятерых для похода в кратер.

И тут Луна вздрогнула. Пыль под тенью Сары подскочила и вновь осела.

– Что-то я не припомню в брифингах предупреждения о землетрясениях на Луне, – пробормотал Жарно, нервно оглядываясь по сторонам.

– Исключено. На Луне отсутствует сейсмическая активность, – сказала Сара, ища другое объяснение феномену.

– Вы же не думаете, что в отрытой нами штуковине до сих пор действует какой-нибудь источник питания? – спросил Жарно.

– Вряд ли там что-то осталось. Трудно определить возраст, потому что в отсутствие атмосферы с металлом ничего не происходит, но конструкция явно не земная – если только китайцы тайком всех не обскакали, – так что корабль очень древний. Функционировать он не может по определению.

– Надеюсь, лейтенант, вы правы, – сказал капитан и пошел распределять своих людей.

В отличие от Джека в Эквадоре, Сара не сообразила связать дрожь под ногами с использованной ими электроникой.

– Уилл, генерал Куань, мы отправляемся. – Сара сверилась с часами. – Отрядите двоих к «Альтаиру», чтобы связаться с Райаном и выяснить, кто глушит нам коммуникацию.

– Я тоже хочу отправить кого-нибудь назад, лейтенант. Почему бы не объединить усилия: наш модуль в том же направлении, только чуть дальше. Конечно, лишние руки тут не помешают, но в данном случае лучше подстраховаться.

Сара снова кивнула.

– Сержант Тьюльюиски, подойдите, – велела она, переключившись на коротковолновый режим.

Генерал отозвал одного из тайконавтов, собиравшихся к кратеру. Американец и китаец подошли выслушать инструкции.

– Думаю, здесь нам друг от друга скрывать нечего, – сказала Сара. – «Альтаир» ближе, так что пополните запасы воздуха на нем, а потом ступайте к «Великолепному дракону». По дороге попробуйте выйти на контакт с Райаном. Возможно, помехи рассеются.

– Есть, мэм, – ответил сержант и жестом позвал спутника-китайца за собой.

– Идемте, генерал?

Куань окинул взглядом безвоздушную черную пустоту.

– Да, лейтенант. По правде говоря, уже не терпится покончить с делом и убраться отсюда восвояси.

Сержант Тьюльюиски пытался завязать разговор, но ввиду языкового барьера и жутких помех в радиосвязи отказался от этой затеи, и оба солдата просто шагали по пыли в сторону «Альтаира». Удалось, правда, узнать, что китаец тоже сержант и что зовут его Чжао – имени Тьюльюиски не разобрал, так что обращался к нему по фамилии, а для всего остального использовал жесты. Например, ткнуть пальцем в запястье означало: «Попробуй связаться с „Великолепным драконом“». Увы, сигнал по-прежнему по неизвестной причине блокировался: ни «Альтаир», ни китайский аппарат не отзывались.

Наконец в поле зрения показался «Альтаир». На верхней палубе было темно, поэтому Тьюльюиски заключил, что Райан сейчас либо в кают-компании, либо проводит предполетную проверку, как приказывала лейтенант Макинтайр. Американец почти с гордостью указал в сторону посадочного модуля, Чжао поклонился – это заменяло кивок. Сержант ткнул в синюю кнопку связи. Ему не хотелось застать Райана врасплох, поэтому он предпринял еще одну попытку связаться.

– «Альтаир», говорит группа высадки. Как слышно? Прием, – сказал он в микрофон и затем повторил, наплевав на протокол радиообмена: – Эй там, Райан, бананы из ушей вынь!

Сержант Чжао схватил Тьюльюиски за руку, оторвал правую ногу от земли и указал головой вниз. Американец сначала не понял, в чем дело, а затем увидел, как вздрагивают частички лунной пыли. Интересно, от чего? Он опустился на колени и пошарил руками – вибрация ощущалась сильнее: перчатки были тоньше ботинок.

– Что за черт?

– Говорит «Альтаир». Как произносишь позывные, пехота? Хочешь, чтобы нам влепили штраф от Комиссии по связи?

Голос Райана зазвучал из динамиков ясно и четко. Тьюльюиски ойкнул, даже сержант Чжао вздрогнул. Затем все засмеялись.

– Черт тебя дери, Райан… Мы два часа пытаемся с тобой связаться! Прием.

– Хм, странно… У меня та же фигня. Уже собирался натянуть скафандр и пойти на поиски. Есть плохие новости: командный модуль русских покинул эфир. Видимо, тоже проблемы со связью. А может, и вообще разбились, кто их знает. Вот буквально только что их прекрасно слышал, а потом – бац! – и пропали. У нас тоже не все гладко: сигнал доходит с перебоями, в зависимости от положения спутников, а отправить – ни в какую. Так что, похоже, русские совсем вышли из игры. – Джейсон замолчал, перебираясь в кабину пилота. – О, а ты, смотрю, не один, с приятелем!

Тьюльюиски оглянулся на Чжао. Китаец смотрел себе под ноги и не двигался. Через секунду до американца дошло: дрожь усилилась настолько, что казалось, будто под поверхностью едет автобус.

– Слушай, Райан, ты чувствуешь?

– Если ты про одиночество, то да, дорогой.

– Нет, я не про это. Тут какая-то вибрация, и она всё…

Земля между бойцами взметнулась ввысь; от удара китаец и американец разлетелись в стороны. В облаке пыли и за веером комьев почвы угадывались очертания огромной фигуры, нависшей над Тьюльюиски.

– Какого?.. – Райан вцепился в раму с тройным стеклом, отделявшим кабину «Альтаира» от внешнего мира.

Тут он отчетливо увидел, что склонилось над сержантом.

– Твою мать! Валите оттуда! – крикнул Джейсон.

Американец наконец поднял голову и сквозь забрало увидел нечто: механизм высотой футов двадцать. Внешне он напоминал гуманоида, в местах сочленений вращались шестерни из нержавеющей стали. Массивный торс закрывали бронепластины. Руки были сделаны из какого-то стального сплава и сгибались в шести местах, а увенчивались тремя острыми когтями. На закругленной голове сверкали красным два огромных глаза. Тьюльюиски с ужасом увидел, как из-под брони появилась еще одна пара рук, а громадная нога сделала шаг навстречу.

– Черт, Райан! Скажи мне, что это глюк!