Битва за Рунет: Как власть манипулирует информацией и следит за каждым из нас - Бороган Ирина Петровна - Страница 67

Но ФСБ было недостаточно признания, им нужно было провести фоноскопическую экспертизу, подтверждающую, что звонила именно задержанная. Для этого сотрудники должны были записать голос Давыдовой, однако предоставить образец своего голоса она отказалась.

Тем временем ее муж поднял шум в прессе. Несколько правозащитников посетили заключенную в Лефортово. Этот визит снимали на видео, о чем не были предупреждены ни правозащитники, ни сама Давыдова. Из снятого видео спецслужбы извлекли голос Давыдовой и сравнили его с записью перехваченного звонка: ФСБ воспользовалась технологией, у истоков которой стояли зеки Марфино и Кучино{343}.

Через две недели на фоне громкого скандала Давыдову отпустили. Еще через некоторое время все обвинения с нее были сняты.

Интернет-компании постепенно прогибались под давлением, но Кремль не учел структуру Сети и тот факт, что пользователи, а не корпорации, создают интернет-контент.

Летом 2014 года российские и украинские журналисты обнаружили «ВКонтакте» десятки аккаунтов российских солдат, где те постили фотографии, cделанные в Донецкой области на Украине. Контрактники хвастались своими подвигами в соседней стране, оставляя комментарии, выдающие их местоположение и даже принадлежность к конкретному воинскому подразделению. Эти фотографии и комментарии сделали явным то, что пытался скрыть Путин, – присутствие российской армии на Украине.

Летом 2014 года журналисты из Пскова обнаружили во «ВКонтакте» профили десантников из псковской дивизии ВДВ – и там тоже были фотографии с Украины.

А затем эти солдаты просто исчезли. Пошли пугающие слухи, что десятки псковских десантников попали в засаду на Украине и были убиты. 22 августа на странице одного из них, Леонида Кичаткина, журналисты наткнулись на свежую запись: «Жизнь остановилась!!»

Чуть позже появилась и еще одна запись: «Дорогие друзья!!!!!!!!!! Лёня погиб, похороны в понедельник в 10 часов утра в Выбутах. Кто хочет с ним попрощаться, приезжайте. Мой номер 8953254066. Жена Оксана».

Вскоре это сообщение исчезло. Вместо него появилось радостное описание семейного праздника. Когда журналисты позвонили по указанному Оксаной телефону, трубку поднял мужчина. Он представился Леонидом и сообщил, что жив и здоров. Но журналисты все же решили проверить информацию и отправились на кладбище. Там они обнаружили две свежих могилы. На одной из них было написано: «Леонид Кичаткин, 30.09.1984–19.08.2014». Но когда два журналиста «Дождя» и репортер «Новой газеты» появились на псковском кладбище, их атаковали неизвестные в масках. А местного депутата избили за публикацию расследования гибели десантников в местной же газете.

Но это не остановило поток утечек о присутствии российских военных на Украине, и главную роль сыграла сеть «ВКонтакте»: солдаты продолжали писать сообщения, а журналисты продолжали их находить. Солдаты выбирали «ВКонтакте», потому что им хотелось делиться впечатлениями с друзьями. 23 июля срочник Вадим Григорьев из Самары опубликовал фотографии артиллерийских орудий, сопроводив их словами: «Всю ночь долбили по Украине». Запись мгновенно разлетелась по Сети.

Захват Россией Крыма в начале 2014 года прошел бескровно: на полуострове просто появились «вежливые люди» и взяли его под контроль. Все произошло быстро и без лишнего шума. Говорили, что это новая тактика ведения войны. Но две свежие псковские могилы выпадали из красивой картинки войны без жертв. Солдаты гибли на Украине, и это становилось известно, потому что их родные и друзья продолжали писать сообщения «ВКонтакте».

Несмотря на все усилия Кремля взять информацию под контроль, неудобная правда о присутствии российских войск на Украине вырвалась наружу. Ее источником стали не журналисты, неправительственные организации или оппозиция, а обычные солдаты. Неопытные мальчишки, воспитанные на телевизионной пропаганде, пошли на войну и теперь просто хвастались своими подвигами.

Сеть выпустила информацию на свободу.

Эпилог

19 декабря 2011 года на сайте LifeNews появился материал с фотографией одного из лидеров оппозиции Бориса Немцова и заголовком: «LifeNews публикует тайные переговоры Немцова»{344}. Редакция хвасталась, что им удалось заполучить аудиозаписи телефонных разговоров Немцова общей продолжительностью более шести часов. Девять из них они сразу выложили в Сеть, – те, в которых Немцов, не стесняясь в выражениях, говорил о других оппозиционерах. Немцов говорил нам, что спецслужбы постоянно прослушивают его телефон, а эту утечку они организовали, чтобы спровоцировать конфликт внутри протестного движения.

Три года спустя, поздним вечером 27 февраля 2015 года, Немцов шел со своей девушкой по Большому Москворецкому мосту. Их догнал неизвестный с пистолетом и шесть раз выстрелил политику в спину. Четыре пули достигли цели, и Немцов скончался на месте. Стрелок сел в проезжавшую машину и скрылся.

Через два дня мы среди тысяч москвичей шли по Москворецкой набережной к месту убийства, чтобы почтить память Немцова. День выдался пасмурным, и настроение у всех было под стать погоде. Каждый принес цветы – белые розы, желтые хризантемы, красные гвоздики. В отличие от шумных протестов прошлых лет, люди молчали. Кто-то нес российские флаги с траурной черной лентой. У многих в руках были плакаты с простыми словами: «Я не боюсь».

Прослушка Немцова в 2011-м и его убийство тремя годами позже – два штриха, которые много говорят о современной российской действительности.

Это хорошо понимали тысячи людей на набережной. Перехват разговоров Немцова и их утечка в LifeNews был недвусмысленным намеком оппозиции. Убийство политика под самыми стенами Кремля стало сигналом всему обществу: пришло время бояться.

Страх – и самоцензура, порожденная страхом, – были основой государственного строя России веками, с царских времен до сегодняшнего дня. Мы пишем о деятельности российских спецслужб с 1999 года, и результатом этой работы стала выпущенная в 2010 году книга «Новое дворянство». Многие годы мы пытались проанализировать влияние на нашу жизнь оказавшихся у власти бывших сотрудников КГБ. Мы уверены, что во многих сферах точка зрения Путина все еще определяется его опытом работы в советских спецслужбах. И сам президент, и его коллеги по спецслужбам привыкли жить в мире угроз, с которыми надо бороться, и они принесли этот менталитет в коридоры власти. В первую очередь надо бороться с любыми угрозами политической стабильности, под которой они понимают свое бесконечное пребывание у власти.

То, чем может обернуться этот менталитет, стало ясно после 2011 года, когда Путин объявил о своем возвращении в Кремль, и люди вышли на улицы, возмущенные тем, что им в лицо сказали: их мнение как избирателей никого не интересует. Это были самые крупные акции протеста за все время пребывания Путина у власти, первые массовые выступления с начала 1990-х. Главным источником угрозы в глазах Путина и его советников были интернет, социальные сети и их роль в организации протестов, эхо которых отражалось от стен Кремля.

На первый взгляд система, созданная после протестов властями для контроля над интернетом, кажется технически безупречной. У каждого есть своя хорошо прописанная роль: парламент послушно издает репрессивные законы, прокремлевские активисты и тролли атакуют сайты независимых СМИ и взламывают почтовые аккаунты оппозиции, спецслужбы прослушивают лидеров протестов, Роскомнадзор цензурирует интернет, лояльные олигархи контролируют медиа. Последним также поручено скупать крупные российские интернет-компании, чтобы у Кремля была возможность влиять на сервисы, которыми пользуются десятки миллионов людей. В свою очередь, отечественные и зарубежные производители технических средств прослушки и наблюдения исправно обеспечивают спецслужбы всем необходимым.