Убийство моей тетушки. Убить нелегко (сборник) - Халл Ричард - Страница 81

Помню то утро, когда инспектор наконец собрал нужные улики и получил ордер на арест подозреваемого. Мистер Барраклаф куда-то уходил, а вернувшись, тяжело опустился в кресло со словами:

– Все кончено… кончено.

Тут инспектор вошел к нему и спросил:

– Что кончено?

Я не могла удержаться и вошла следом, хотя Перси был против. Мистера Барраклафа мое появление вывело из себя настолько, что он начал оскорблять меня, эти слова я не могу здесь воспроизвести.

Тем временем инспектор показал ему ордер на арест и предъявил обвинение, попросив держать себя в руках, но мистер Барраклаф не унимался. Повторял, как он жалеет, что до сих пор нас не уволил.

Тут вмешался Перси, он к тому времени тоже вошел в кабинет. Сказал, что это ему на руку, иначе некому будет вести бизнес в его отсутствие.

– Ты прекрасно знаешь, что я уже сюда никогда не вернусь, – мрачно проговорил мистер Барраклаф. – Так что начинай руководить «Агентством». Тебе никто мешать не будет. Приступай.

Я на мгновение представила, как бы это было замечательно. Перси очень толковый, да и я бы изо всех сил старалась ему помогать. Но тут мистер Барраклаф горько рассмеялся:

– Вот только «Агентство» уже перестало существовать. После моего звонка Тонеску понял, что игра окончена, и сбежал, одному небу известно куда. Естественно, прихватив все деньги, что выручил от продажи своей гадости. А нашей фирме придется платить по контрактам на рекламу, которые мы заключили. Так что давай, начинай работу. Только сначала погаси долги.

Мы с Перси погрустнели, а мистер Барраклаф продолжил со смехом:

– Одно приятно: банк не оплатит чек, который я выписал этой стерве Хиггинс. – Он посмотрел на меня: – Значит, мои записи выкрали вы, мисс Уиндэм. Вернее, миссис Томас. Но я не удивлен: вы большая любительница подслушивать и подсматривать…

Продолжать говорить мерзости Перси ему не позволил, он подскочил и коротким ударом заткнул негодяю рот.

Мистер Барраклаф как будто ничего не почувствовал. Лишь чуть качнулся назад, затем повернулся к инспектору Хупингтону:

– Пойдемте отсюда. Я вам все расскажу, только избавьте меня от общества этих супругов. «Агентство» приказало долго жить, а следом моя очередь.

Мы встретились с ним еще один раз, на суде. Я с трудом заставила себя посмотреть на этого человека. Разбирательство длилось недолго. Он признал себя виновным по всем пунктам обвинения и не стал подавать апелляцию. Так что из процесса сенсации не получилось, и пререканий между адвокатом и прокурором не было.

То, что меня и Перси не вызвали для дачи показаний и не написали о нас в газетах, очень хорошо, потому что работу сейчас найти непросто. Особенно мне.

Глава 4

Пожалуй, следует объяснить, почему рукопись, которую мистер Барраклаф составил из дневника мистера Латимера, записей мистера Спенсера и своих, заканчиваю я.

Получилось так. Поскольку мистер Барраклаф полностью признал вину, то его записи в качестве улики на суде не понадобились. Но перед этим я напечатала их для инспектора Хупингтона, а после суда он любезно оставил записи мне и посоветовал их доработать, придать законченный вид.

Что я и сделала. Когда появилась возможность опубликовать, изменила фамилии, чтобы произведение выглядело как авторская работа.

С инспектором Хупингтоном мы до сих дружим, ходим друг к другу в гости. Нашего первенца назвали Джорджем в его честь.

С этой истории я начала свою карьеру литератора и уже давно поняла: написать об убийстве так, чтобы читателям было интересно, не легче, чем совершить это убийство. Ценители жанра меня поймут.

И все же признаюсь, это занятие начинает мне нравиться все больше и больше.