Шах и мат - Олежанский Георгий - Страница 51

В эфире раздался легкий треск и чей-то голос:

— «Сокол-1»! — Кому принадлежал голос, полковник не узнал. — Это «Гнездо». Доложите обстановку.

Вот уж что-что, а только доклада сейчас и не хватало. Очевидно, не самый дальновидный, но явно считающий себя весьма важным среди всех начальников начальник затребовал доклад.

— Вот черт! — не отжав кнопку рации, громко пробасил Смирнитский.

— Что? — В голосе «начальника» слышалось недовольство.

— Отключи пока этих умников, — обратился Анатолий Иванович к связисту, — и пригнись. Передай по рации, что разворачивается пулеметный расчет. Группе — максимальная осторожность, без героизма. И затребуй уже «жестянку».

Связист, кивнув, принялся исполнять указание Смирнитского:

— Это «Сокол-1». Плотным огнем противника прижаты в укреплении, пулеметные гнезда по следующим координатам…

Смирнитский из укрытия в бинокль изучал позицию противника: небольшое движение в левой части дома, а в правой части, меняя положение, изредка показывалось дуло автомата Гагкаева, и небольшие очереди, выплевывая языки пламени, звучали в ответ на стрельбу группы полковника. Чуть левее, там, где дорога уходила в горы, споткнувшись, грохнулся о землю…

— Кириллов! — злобно и удивленно одновременно крикнул Смирнитский. — Дай гранату, быстро! — обратился он к Балакину.

— Что там? — передавая Ф-1, спросил, не понимая, Лис.

— Задница!

Смирнитский дождался относительного затишья, чека упала, затерявшись в траве, и граната, кувыркаясь в воздухе, полетела в сторону дома, где засели боевики.

В следующую секунду крик одного из бандитов «Граната!» оборвался наполнившим воздух оглушающим звуком взрыва.

Выигранного Смирнитским времени хватило: Игорь Кириллов, отскочив в сторону, спрятался за стеной ближайшего разрушенного дома, когда землю, где он находился мгновение назад, всколыхнула автоматная очередь.

— Я сам его убью, если выживет, — недовольно пробурчал Смирнитский.

Однако на душе отлегло. Парень был в безопасности.

Илья и Игорь продвигались вперед, прикрывая друг друга на случай появления противника.

Илья выглянул из-за угла дома, который отделял их от пулеметного расчета боевиков.

— Двое, — шепотом сообщил он Игорю.

Тот лишь кивнул в ответ.

— Времени мало, — сказал «альфовец», — я зачищу расчет, твоя задача — прикрывать меня. Так что внимательно, не подведи.

Он задорно улыбнулся и, пригнувшись, направился к дому, где, не умолкая, стрелял пулемет.

В этот момент сердце Кириллова екнуло и, словно камень, брошенный в воду, провалилось куда-то.

— Дядя, — Амир схватил Сулимана за рукав, — надо уходить.

Гагкаев зло выдернул руку, вскинул автомат и выпустил еще несколько очередей в сторону русских, пока не опустел магазин и боек не щелкнул вхолостую. В глазах некогда сильного и властного полевого чеченского командира, который, прикрываясь именем Аллаха, распоряжался судьбами людей, поселились страх и обреченность. Он бесцельно продолжал нажимать на спусковой крючок «калашникова», хотя отчаяние уже заполнило его душу; он понимал, что борьба за вожделенный «Имарат Кавказ», обещанный иностранными лидерами, закончилась.

— Дядя! — Амир жестко дернул Гагкаева и поволок за собой.

— Амир, — бесцветно звучал голос Сулимана, — неужели все кончено?

— Нет еще!

Амир снарядил автомат последним магазином, передернул затвор и отдал дяде.

— Кхутайба, — обратился он к молчаливому телохранителю дяди, — прикрой наш отход, потом собери оставшихся братьев и уходите в обозначенный пункт. Нужно сохранить хотя бы часть отряда.

Как и всегда, Кхутайба лишь молчаливо кивнул.

— Какое-то движение, товарищ полковник? — наблюдая за обстановкой в бинокль, сказал Смирнитскому Балакин.

Иваныч посмотрел в бинокль.

— Да, — протянул он, — что-то там происходит. Группе готовность. Действуем по команде.

Смирнитский пристально всматривался в происходившую в доме возню.

«Да что там у вас происходит?»

Расположившийся в левой части дома пулеметный расчет бандитов продолжал обстреливать позиции группы полковника редким, но все же не дающим возможности совершать маневры огнем. Стрельба велась прицельная, с реакцией даже на малейшее движение.

В этот момент привычно щелкнула рация…

— «Сокол-1», это «Зоркий», — передал в эфир мужчина, — прием?

Секунду спустя последовал ответ.

— Говори, «Зоркий».

— Наблюдаю активное движение в вашем секторе.

— Понял тебя, «Зоркий».

— Какие будут указания, «Сокол-1»? — Мужчина снял снайперскую винтовку с предохранителя, готовый «работать» на поражение.

Несмотря на то что в этот раз ему пришлось выполнять нетипичную для снайпера функцию фактического статиста, он все же надеялся, что сможет оказать содействие и подстрелит парочку-другую этих бандитов.

— «Зоркий», по плану, — последовал ответ «Сокола», — цель в приоритете.

«Зоркий» недовольно вздохнул, вернув флажок предохранителя в прежнее положение. «Поработать» не получится.

— «Сокол-1», — пробормотал он, наблюдая в оптический прицел за движением в районе проведения операции, — левее вашей позиции работает пулемет, цели вне зоны видимости. «Сокол-1», двое наших с торца здания.

«Зоркий» не видел как, обзор загораживала стена дома, но по мерцающим в линзах оптического прицела вспышкам понял, что пулеметный расчет зачистили двое бойцов, вышедшие из-за спины бандитов.

— Расчет зачищен, — доложил «Зоркий» «Соколу», — правее противник разделился на группы. Выходит из зоны проведения операции, удаляясь в лесной массив.

— Вот черт! — неожиданно выпалил он.

Дальше «Зоркий» отработал на инстинктах: за долю секунды снял винтовку с предохранителя, прицелился — и по окрестности разнесся глухой хлопок — выстрел, почти полностью поглощенный глушителем.

— Ухожу на запасную точку, — отрапортовал «Зоркий», складывая винтовку.

Для Игоря Кириллова, впервые участвовавшего в боевом столкновении, где смерть играла в садистскую игру «ромашка», все последующее проходило словно в замедленной съемке кино. Все события как будто разделились на кадры, и он видел их по отдельности, как монтажер в лаборатории при склеивании отснятой кинопленки.

С виду большой и грозный, словно богатырь из былинных сказок, боец спецподразделения «Альфа» Илья парой точных выстрелов из «Винтореза» положил двух чеченцев — бандитов из группы Гагкаева. Бандиты даже испугаться не успели.

Потом показались они — окутанные огненным ореолом демоны, явившиеся внезапно из преисподней, готовые утащить в самое пекло ада. Безотчетный страх охватил Игоря, сковав его волю, словно опутав смирительной рубашкой. Готовый попрощаться с жизнью, Кириллов явственно услышал соколиный крик, который, казалось, уже слышал раньше: «Чего ты ждешь?»

Он быстро вернулся в реальность: огненный ореол пропал, и демоны превратились в обычных людей из плоти и крови. Вскинув «калашников», Игорь открыл беспорядочный огонь по бандитам. Илья, отреагировав моментально, точными выстрелами положил двух появившихся боевиков.

Кириллов не видел, да и не планировал уточнять, убил он кого-нибудь или нет. Главное, что он выиграл секунды, которые позволили остаться в живых. В этом раунде боя со смертью Кириллов выиграл.

— Как… — хотел спросить Илья у Игоря, когда воздух всколыхнула автоматная очередь.

А потом раздался глухой хлопок и едва уловимый свист.

Опустившись сначала на одно колено, Илья постарался встать, но завалился на спину. На «горке» в области солнечного сплетения багровели разраставшиеся с каждой секундой кровавые пятна.

— Илья! — бросив автомат, Игорь подскочил к «альфовцу».

И только добрая улыбка застыла на лице Ильи.