Элементарно, Холмс! (сборник) - Уилсон Гаан - Страница 30

Если, конечно, Сайджерсон способен ее оказать.

В последние пару дней, когда они готовили «Куколку» к новой миссии, его тревога улеглась. Команда провела всю субботу и воскресенье, очищая судно от шезлонгов, шкафчиков, пляжных зонтов и личных вещей, устанавливая дополнительный топливный бак, регулируя двигатель, готовя корабль к действиям. Насколько Даффи видел, Сайджерсон не снижал темп работы и даже не делал перерывов. Он мог перенести больше вещей, чем сам Даффи или мальчики; он знал устройство радио; он излучал спокойствие и, казалось, безграничную уверенность и энергию, которые подбадривали детей. Кроме того, Сайджерсон принес дополнительный вещевой мешок, набитый консервами, марлей, лекарствами и другими предметами первой необходимости, и Даффи поинтересовался, не был ли он раньше врачом.

– Нет, – ответил Сайджерсон, – хотя я несколько лет прожил с одним. – И озвучил то, о чем не подумал Даффи, поглощенный экипировкой судна для предстоящей миссии: – Эта эвакуация не обойдется без несчастных случаев. Лучше подготовиться.

Миссия заключалась в спасении остатков Британских Экспедиционных Сил под командованием генерала лорда Горта, прежде чем их уничтожит наступающая немецкая армия. БЭС оказались зажаты в десятикилометровом периметре вокруг Дюнкерка. Три дня назад немцы двинулись на северо-запад, к побережью, выйдя из Абвиля, расположенного в дельте Соммы, и сначала взяли Булонь, а затем, сегодня днем, порт Кале. Сейчас танки продвигались на север, клином, сходящимся в Дюнкерке, но почему-то задержались у канала А, в шестнадцати километрах к югу от города.

Мистер Сайджерсон, высокий и худой, стоял в одиночестве на носу «Куколки» – зубы крепко сжимали погасшую трубку, глаза над заостренным носом высматривали в непроглядной ночи береговую линию. Даже сквозь ночной туман были видны ярко пылавшие нефтяные резервуары Дюнкерка, по которым днем нанесли удар немецкие «Юнкерс Ю-87», знаменитые «Штуки».

«Куколка» уже миновала не меньше дюжины лодок, возвращавшихся с солдатами в Англию, и все экипажи советовали использовать пожары в качестве маяков для поиска места назначения. В мерцающем тусклом свете Сайджерсон различал в радиусе двух сотен метров еще пять или шесть лодок не больше «Куколки».

Аромат сигареты Даффи Блэка – табачной смеси «Балканское собрание», о которой Сайджерсон когда-то написал монографию, – возвестил о неожиданном появлении капитана.

– Крайне мило со стороны фрицев – так осветить нам путь, – сказал он. – А мы-то уже и не ждали от них ничего хорошего. – С резким смешком капитан выдохнул длинный клуб дыма.

– Не стоит накручивать, – ответил Сайджерсон. – Нервничать в подобной ситуации совершенно естественно.

– Просто я не хочу, чтобы моя тревога передалась мальчикам, когда… – Он замолчал, невесело усмехнулся. – Заметно, да?

– Да, признаки имеются.

– Что ж, буду благодарен, если вы мне о них расскажете. Между нами, признаюсь, что я в ужасе, но хочу по возможности скрыть это от мальчиков.

Сайджерсон кивнул.

– Смех, когда вы говорите. Долгие выдохи дыма. Пальцы почти ломают сигарету.

Даффи посмотрел на свою руку, поднес сигарету к губам, затянулся, сделал нормальный выдох.

– Спасибо, – сказал он без усмешки. – Все это поправимо.

Сайджерсон кинул взгляд на воду, затем посмотрел через плечо.

– Полагаю, мальчики умеют обращаться с рулем? Становится тесновато.

– Они оба на воде с тех пор, как им разрешили снять короткие штанишки. Я больше тревожусь за себя. А как насчет вас? Должен сказать, если вы и нервничаете, вам удается это контролировать.

Сайджерсон вынул трубку изо рта и убрал в карман.

– Не тревожатся только дураки. Но я скорее удивлен. Не ожидал, что боши позволят нам подобраться так близко.

– Может, они еще не знают, что мы здесь.

Но Сайджерсон, который часть времени на борту провел у радиоустановки, покачал головой.

– Нет. Они отслеживают наши переговоры и передают Гудериану. – Так звали немецкого командира. – Даже подслушали речь Черчилля. Так что они знают, что мы пытаемся сделать.

– Вы говорите по-немецки?

– Немного. – Он изучил горизонт, слева направо. – Ни следа.

Даффи прищурился.

– Готов спорить, как только рассветет, следов будет предостаточно, и к тому времени я надеюсь загрузиться и отбыть.

Внезапно Сайджерсон схватил его за руку и показал куда-то.

– Вон там! Видите? Мы приближаемся.

Вглядевшись в ночь, Даффи смог различить в тумане нечто темное. Справа над водой пронесся чей-то бестелесный голос.

– Приближаемся.

Пылающий нефтяной факел слева переместился с одиннадцати часов к девяти. Они почти достигли берега.

Обернувшись, Даффи сказал в сторону мостика:

– Сбрось скорость в два раза, Гарри. Я поднимаюсь. Джорджи, пожалуйста, помоги мистеру Сайджерсону. Полагаю, мы уже рядом.

Другая лодка, низко сидевшая в воде, вынырнула из тумана в пятидесяти метрах от «Куколки», идя прямо на нее. На мостике засвистел Гарри, и оба судна дернулись вправо.

Когда они поравнялись, Сайджерсон смог разглядеть лица солдат: пять или шесть десятков человек стояли на палубе, и кто знает, сколько еще прятались внизу? Почти все они молчали, и ничто не заглушило слова капитана лодки:

– Выше и медленней, друг. Повсюду песчаные отмели. Отлив.

– Сколько осталось?

– Две сотни метров. Около того. Они на пляже. Высматривайте очередь. Прямо по курсу.

К этому времени Даффи встал за штурвал и снизил скорость. Несколько секунд спустя Сайджерсон ощутил, как лодка проскребла по дну: они коснулись – лишь коснулись – песчаной отмели и двинулись дальше.

Сайджерсон всматривался в черную воду. Осадка «Куколки» составляла чуть более метра – с людьми она просядет сильнее. Он понимал, что ближе к берегу им не подойти.

– Вон они, дядя! На час! – крикнул тринадцатилетний Джордж пронзительным от возбуждения голосом.

Сайджерсон посмотрел вправо и увидел уходившую от берега классическую британскую очередь. Люди стояли по пояс и глубже в очень холодной воде, держа оружие на плечах, и, очевидно, терпеливо ждали лодку, которая пригласит их на борт. Перпендикулярно береговой линии, так далеко, как только мог различить глаз в мерцавшем свете нефтяных факелов, с интервалами около тридцати метров виднелись в воде такие цепочки людей.

Сайджерсон вновь почувствовал, что лодка коснулась дна. Заметил, что гребни волн немного изменились, и понял: если они двинутся дальше, то сядут на мель. Он, не раздумывая, сообщил об этом на мостик.

Даффи мгновенно развернул «Куколку» и начал сдавать задом к очереди солдат. Сайджерсон с Джорджи помчались на корму, и мальчик перекинул за борт веревочную лестницу. Мотор смолк.

Команда приступила к своим обязанностям. Поскольку Сайджерсон был намного выше Даффи и мальчиков, он настоял на том, чтобы спуститься в ледяную воду и направлять солдат в темноте к лестнице. Джорджи уводил поднявшихся на борт, освобождая место следующим. Гарри вел подсчет и размещал людей сначала под палубой, а потом наверху. Оба мальчика непрерывно болтали: «Спокойно, ребята. Осторожно, ступеньки. Сюда идет много лодок. Через пару часов будете попивать горячий чай», – уговаривая солдат, заставляя их двигаться. Нельзя было терять ни минуты.

Даффи рассчитал, что они смогут пересечь Ла-Манш без особых проблем, если возьмут на борт не больше сорока человек. Но очередь от лодки до берега растянулась не менее чем на полторы сотни метров, и, бросив взгляд в сторону пляжа, Сайджерсон понял, что людей не сосчитать. Он продолжал направлять солдат к лестнице, призывая их подниматься на борт. Он не вел счет, но знал, что уже помог шестидесяти семи людям.

За волнениями и работой Даффи, их капитан, похоже, утратил представление об общей картине. Сайджерсон понял, что если они продолжат погрузку, могут погибнуть все. Придется взять на себя командование прямо здесь, в воде.

– Еще пятеро, парни, – крикнул он. – Простите. Еще пятеро. Мы забиты.