Пустота - Хорн Джек Дуглас - Страница 20

Но Тиг оказался в компании других. Рядом с ним плясали разновоплощенные сущности, ведущие его за собой. И одна из них была могущественнее, чем все остальные, вместе взятые. Тиг медленно разделся до пояса и нарисовал у себя на груди знак, напоминающий символ, который был изображен на могиле Хило. Раздался электрический треск: разряд энергии ударил из ниоткуда и повалил Тига на колени. Я ощутила, что он принял в себя не только магию. Он призвал в себя кого-то иного. Тиг сделался одержимым по своей воле, а точнее – стал якорем силы, которая более не имела права пребывать в нашем мире.

Пытаясь не оставаться пассивным наблюдателем, я решила заставить Тига открыться мне еще больше. Он легко подчинился, и я углубилась вперед, следуя за нитью темной магии, соединяющей Тига с источником энергии. И я похолодела. Я узнала эту сущность.

Передо мной маячил не мелкий демон, вроде Рена, и даже не более могущественный и древний, как Баррон, тот, которого Эмили принесла в жертву, пытаясь отдать меня древним владыкам. Это был и не демон в общепринятом смысле слова. Я мгновенно вспомнила свое первое прикосновение к магии, когда я заметила в зеркале чужое отражение. Я сообразила, что Тиг принял в себя энергию самой опасной из ведьм, когда-либо рождавшейся на Земле, Гудрун, которая слыла лучшей подругой моей прабабки по отцовской линии, Марии Орзик.

– Гудрун, – сорвалось с моих губ ее имя.

Тиг задрожал, поняв, с какой легкостью я пробила его защиту. Опустил взгляд, и у него на лбу выступили капли пота.

Я рассмеялась ему в лицо.

– Даже если тебе удастся удержать меня в плену и наблюдать издалека, как мои жизненные силы оставляют меня, в твоем плане есть прореха, и очень большая.

Он глядел на меня, тряся головой, наверное, пытаясь прогнать меня из своего сознания.

– Ты не чувствуешь, Тиг? Мир изменился, и грань – тоже. Ты можешь ждать хоть тысячу лет, но грань никогда не изберет тебя. Никогда.

Я воспользовалась его замешательством и близким расстоянием. Схватила Тига за предплечье, на котором была татуировка.

– А теперь я преподам тебе маленький урок магии крови, – произнесла я и впилась ногтями в кожу Тига – так глубоко, что оцарапала его.

Тиг взвизгнул, кровь залила татуировку. А я взяла себе ее силу.

– Эй, Пиноккио, не забудь, передай привет кукловоду!

Я зажмурилась и переместилась. На сей раз я не почувствовала никакого сопротивления, легко проходя сквозь преграды ловушки, созданной Тигом, и таща его за собой.

Спустя секунду я открыла глаза. Мы очутились в моей спальне. Тиг, шатаясь, пошел прочь, упал на четвереньки, и его стошнило на ковер. Ничего, я заставлю его убирать. Внезапно я принялась хлестать Тига по лицу – от всей души, – пока он не стал плеваться кровью. Отвернувшись, я посмотрела на себя в зеркало. Мне не понравилось мое отражение. Мерзкая магия Гудрун прилипла ко мне. Я заставила себя отрешиться от страха того, чего мне может стоить обратный путь домой.

– Ну, Гудрун! Я поймала твоего мальчишку, и я знаю, что ты меня слышишь.

В зеркале мелькнуло лицо Гудрун: ледяные глаза, идеальной формы нос, черные волосы, коротко стриженные, как у мальчика-пажа. Но и сейчас она не сплоховала: быстро взмахнула рукой и исчезла. Потом раздался хлопок. Зеркало не выпало из рамы, но покрылось паутиной трещин, расходящихся из центра. Вероятно, Гудрун решила, что больше не желает неожиданных встреч со мной.

Неужто семейства хотели отправить меня в обучение к этой ведьме! Если бы я согласилась, вернулась бы я в Саванну или нет?

У меня за спиной прозвучал громкий смех. Я обернулась и обнаружила, что Тиг поднялся на ноги.

– Тебе с ней не сладить никогда. Не сладить с нами.

– Говори за себя, приятель. В твоей ситуации не может быть никакого «мы», – отрезала я, стараясь сохранять хладнокровие. – Пойми, в конце концов, своей дурацкой башкой, Тиг! Гудрун лгала тебе. Обманула тебя. Ей незачем защищать грань. Она величайшая угроза грани, если на то пошло.

– Нет! Гудрун изменилась. Она не угрожает грани. Ты представляешь для грани опасность.

Я прервала его:

– Стоп! Верь во что пожелаешь, но сейчас я отправлю тебя восвояси. Ты не оставил мне выбора. Я буду вынуждена рассказать ведьмовским кланам о твоих интригах, Тиг! Я сообщу им, что ты участвовал в заговоре против меня. Против якоря грани.

– Ты или блефуешь, или ты дура, – злобно процедил Тиг, а потом тряхнул головой и разразился смехом, да так, что слезы выступили.

– Ты слишком много о себе возомнила, – добавил он. – У тебя и друзей-то маловато. А кстати, ты думаешь, что я первым нашел Гудрун? Как считаешь, мы вместе облапошили других якорей грани? А может, она использовала меня в качестве вместилища своей магии? Некоторым из якорей известно о моих начинаниях, Мерси, и они поощряют меня.

Интуиция или страх заставили меня поверить Тигу?

– Я буду навещать тебя, пока не сделаю свое дело.

– Твой грязный замысел не имеет ничего общего с охраной грани. Это всего лишь твое жалкое желание чувствовать себя важным, – парировала я и вздрогнула, увидев ненависть в его глазах. – Оставь меня в покое! – добавила уже не так твердо.

– Нет, Мерси. Зачем? Единственный способ оставить тебя в покое – это убить меня, а ты на такое просто не способна.

– Ты прав, – произнес голос моей сестры. Я настолько сосредоточилась на Тиге, что не заметила, как на пороге появилась Мэйзи.

– Она не сможет, зато я смогу.

Прежде чем я хотя бы успела подумать, что надо опередить ее, Мэйзи направила руку на треснувшее зеркало. Крупный осколок вылетел из рамы и просвистел мимо меня. Он разрезал Тигу горло, до самого позвоночника. Алая струя хлынула из раны, и Тиг рухнул на пол передо мной. Я моргнула, когда брызги крови попали мне на лицо.

Мэйзи перевела взгляд с тела Тига на меня.

– Ой, давай-ка я полотенце тебе принесу, – произнесла она.

Глава 11

После того памятного дня, когда я наткнулась на тело моей бабки Джинни в прихожей, прошло достаточное количество времени, однако кошмар застиг меня уже в собственном доме. Сперва труп дальнего родственника, распростертый на полу, показался мне просто очередным эпизодом фильма ужасов, в котором я принимала участие. А потом меня захлестнула волна стыда. Я знала, что спустя сто или пятьдесят лет моя внучка или даже праправнучка зарядит атмосферу в этой комнате, пытаясь найти воспоминания обо мне, и увидит чудовищную картину: меня, залитую кровью Тига. Ощутит ли она ту же панику и страх, леденящий мне сердце?

Чей-то вопль заставил меня встряхнуться. Ладно. Все кончилось.

Эта мысль пронеслась у меня в голове, пока я смотрела на судорожно дышащую Эбби, стоящую в дверях спальни. Мои ноги сделались ватными, и я рухнула на колени. Взгляд опять упал на лицо Тига, повернутое вверх. В широко открытых глазах застыло удивление. Я услышала громкий топот ботинок на лестнице. Сэм ворвался ко мне раньше, чем Айрис. Вот так неожиданность! Наверное, он передумал и захотел провести праздник с нами. А теперь наверняка пожалел о своем решении…

Присев рядом со мной, он взял меня на руки и вынес из комнаты. В коридоре мы встретились с Оливером. Тот кинулся в спальню и выскочил оттуда, как ошпаренный. Его лицо побледнело.

В коридоре показалась Айрис. Оливер вцепился в ее плечо, прежде чем она успела переступить порог моей комнаты.

– Не надо, – выдохнул он. – Подожди.

Затем краткие реплики моих родичей слились в неразборчивую мешанину. Свет померк, и я закрыла глаза. Сделала вдох, медленно выдохнула и заставила себя вернуться в реальность.

– Я в порядке… теперь. Благодарю тебя, – прошептала я Сэму. – Можешь меня отпустить.

Сэм аккуратно поставил меня ногами на пол, придерживая за талию. Все вокруг снова завертелось.

– Держись, Мерси, – произнес Сэм и наклонился, подхватывая меня правой рукой. – Она его убила. Нисколько не сомневаясь. Она…