Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2 (ЛП) - Рейнольдс Джош - Страница 821

С тихим смиренным стоном Хуго натянул кое-какую одежду, сапоги и пальто. Путь до "Кошки" был неблизкий, и простудиться насмерть на ночном ветру в его планы не входило.

Когда на следующий день в дверь особняка постучал Борис, Хуго что было духу помчался открывать дверь. Крысолов стоял на пороге с широченной ухмылкой на лице. От него несло перегаром и табаком.

— Проходите, — предложил Хуго, и Борис зацокал вперёд на своей деревянной ноге.

Его тяжёлый довесок грохотал по отполированным половицам, Хуго поморщился от перспективы, что придётся приглашать мастеров и заново перекрашивать, и лакировать пол.

Постоянно улыбаясь, Борис восхищённо таращился на интерьер роскошного особняка.

— Знатный домишко, — произнёс он.

Хуго не ответил — он с интересом разглядывал чудные штуковины, которые принёс с собой Борис. Часть из них не вызывала вопросов: пара клетей, силки и разнообразнейшие ловушки, свешивающиеся с прочного кожаного пояса, обмотанного вокруг талии крысолова. Однако были и другие вещи, которые Хуго не сумел распознать.

— А это что? — спросил он, указав на деревянный бочонок у Бориса под мышкой.

— Крысиный яд, — ответил крысолов. — С ним не шути. Сильная штука.

— А это? — Хуго показал на огромный молот со стальным навершием, свешивающийся у крысолова из-за спины.

— А, это для здоровых крыс, о которых я уже говорил. С такой работёнкой лишняя осторожность не помешает. Ну, так как, приступим?

Не дожидаясь приглашения, Борис поставил клетки на пол и двинулся в особняк, по пути расставляя силки и ловушки, периодически втягивая носом воздух и бормоча что-то о "заражении" и о том, что "сейчас всё сделаем".

Хуго оставалось только с тревогой наблюдать, как громадный крысолов топал по его прекрасному особняку, источая специфические ароматы и оставляя на половицах царапины.

— Вот и готово, — наконец, выдал Борис. — Осталось только рассыпать яд, и всё. Вам, наверное, лучше подождать снаружи — пока я не закончу, тут нечего делать.

— Вы уверены, что это так уж необходимо? — Хуго с растущим беспокойством оглядел дом.

— Разумеется. Яд — это лучший способ выкурить их из дома. Тогда и начнётся веселье, — Борис ласково погладил навершие молота.

Хуго растерянно кивнул и собрался уже уходить, но какое-то дурное предчувствие, словно скверное вино, разлилось у него внизу живота. Он задержался в дверях и, бросив прощальный взгляд на великолепную прихожую, удалился в гостеприимные объятия своего садика.

Вскоре в дверях появился Борис, он пересыпал содержимое бочонка через порог дома в сад. Хуго лишь смотрел в замешательстве. Рассыпав яд, Борис поставил бочку на лужайку и повернулся, на его широком лице сияла довольная улыбка.

— А теперь самое весёлое, — произнёс он. — Как только выгоним их наружу, конечно.

Великан вытащил что-то из кармана и принялся ползать на коленях перед дорожкой яда. Он наклонился к порошку, и Хуго услышал щелчок.

Это был порох.

Хуго охватила паника. Он бросился вперёд, намереваясь спросить у Бориса, какого чёрта он творит, как вдруг раздался громкий хлопок, и в воздухе повисла фосфорная вонь.

— Нет! — только и успел он закричать, когда Борис ударом о кремень поджёг дорожку из пороха. Порошок загорелся, и по садовой дорожке к дому побежала яркая искра. Хуго помчался за ней, тщетно пытаясь настичь горящую дорожку прежде, чем она пустится по его дому и опалит половицы, но не успел. Ворвавшись в прихожую, он обнаружил, что дорожка, осыпая искрами пол, расходится в нескольких направлениях: вверх по лестнице, в гостиную и в подвал. Пламя начало распространяться по дому, Хуго побежал вперёд и в отчаянной попытке спасти своё жилище принялся затаптывать чернеющий паркет.

Борис зашёл за ним следом, Хуго с ненавистью глядел на него.

— Ты чего натворил, идиот? Ты же сказал, что это крысиный яд!

— Так и есть, — обиженно ответил Борис. — Крысы терпеть его не могут — но ещё меньше они любят, когда его поджечь. Чтобы их выкурить, лучше средства не найти. Глядите!

С этими словами он указал на вход в подвал. Оттуда, из своих сырых нор наружу повалила целая орда крыс.

Борис ухмыльнулся, отстегнул молот и бросился вперёд. Его глуповатое лицо сияло от чистой, незамутнённой радости. Молот со свистом опустился, превратив в лепёшку одну из крыс, и оставив в полу огромную дыру.

— Я же говорил, сработает, — завопил он и занялся истреблением крысиной стаи, превращая животных вместе с полированными полами прихожей в кровавый фарш.

Из комнат хлынуло ещё больше крыс — пронырливой, пищащей толпой они бросились по ступеням вниз, чтобы спастись от огня. Там их поджидал Борис, и то удовольствие, которое он черпал в своей работе, кажется, усиливалось с каждым взмахом молота.

Хуго не мог просто стоять и смотреть, как разрушают его дом. В панике он припустил к кладовке под лестницей и, не обращая внимания на валящие оттуда стаи крыс, схватил ведро. Затем поспешил в сад, там он зачерпнул воды из пруда, прихватив с собой несколько неудачливых рыб, и заторопился обратно — заливать пламя, грозившее подпалить его роскошные бретонские занавески.

Планомерное разрушение особняка длилось уже около часа: пока Борис крушил всё и вся своей деревянной ногой и яростно давил бегущих крыс молотом, Хуго постепенно опорожнял свой застоявшийся прудик на разрастающееся пламя. В конце концов, ему удалось потушить огонь прежде, чем дом полностью сгорел, однако Борис, тем временем, успел разорить почти каждую комнату. Повсюду валялась разбитая мебель и раздавленные крысы. Хуго со слезами на глазах осматривал погром. Крысолов, тяжело дыша, стоял в прихожей или там, где прежде была прихожая, и на его лице сияла довольная улыбка.

— Ну, как? — весело произнёс он. — Хорошее начало, не находите?

Поначалу Хуго даже ничего не ответил, настолько горестно ему было созерцать свой разрушенный дом и уничтоженные предметы искусства. Шедевры, которые он собирал годами, стали кучей мусора, изящный декор почернел от огня и дыма. Он смотрел на эту идиотскую ухмылку, и внезапно его горе обратилось в гнев.

— Хорошее начало? — зарычал он. — Хорошее начало, чёрт подери? Ты что, спятил, безмозглый болван? Посмотри, во что ты превратил мой дом! Убирайся прочь! Сейчас же! И эту штуку с собой забирай!

Хуго с обидой ткнул пальцем в массивный молот, повинный в разорении его жилища.

Борис только обиженно отвернулся.

— Я просто помочь хотел, — с грустью произнёс он и, прихрамывая, растворился в вечерней дымке.

Хуго поглядел крысолову вслед, подождав, пока тот совсем не скрылся из виду, торговец тяжело опустился на развалины крыльца и разрыдался.

На следующий день Хуго Кресслер появился в оружейном магазине Кригера, что на Вермунх Штрассе. Он намеревался было приобрести пистолет с фитильным замком, изготовлением которых так славится герр Кригер, однако, покопавшись некоторое время среди товара, заметил кое-что более подходящее. Хуго никогда не доводилось стрелять из мушкетона. Из пистолета, впрочем, тоже, но из-за большого разлёта он решил, что новичку такое оружие подойдёт как нельзя лучше.

Вернувшись домой, он зарядил мушкетон, облачился в самое изысканное платье — по крайней мере, среди тех, что он смог спасти из обгоревшего комода — и сел на краешек кровати.

Когда Хуго покупал оружие, он не решил ещё, будет ли обороняться им от оставшихся в доме крыс или просто снесёт себе голову. Теперь пришло время определиться, но решения он так и не принял. Около часа Хуго просто сидел и взирал на лежащий рядом мушкетон; тот был заряжен и готов к любому повороту событий.

Однако в глубине своего крохотного, измученного сердечка Хуго знал, что не сможет сделать этого. Может, храбрец и решился бы расстаться с жизнью, но Хуго таким качеством похвастаться не мог. И вот, коротко поблагодарив Шаллью за её милосердие и напутствие, он поставил мушкетон у кровати, лёг, не раздеваясь, и принялся рыдать, покуда не уснул.