Вышел месяц из тумана… - Арлидж Мэтью - Страница 45

К счастью, неприятный разговор продлился не больше двадцати минут. В дальнейшем разбирательстве должны были принять участие адвокат Уиттакера и представитель полиции по его выбору. Хелен это дело больше не касалось. Пока что Уиттакер, как и следовало ожидать, напрочь отверг все предъявленные обвинения. Признается он или нет?

Если правда, что не бывает дыма без огня, то вокруг этой истории дым стоял столбом. Чарли явно ни при чем. Марк, если честно, тоже. Саймон Эшуорт дал вполне убедительные показания. Иными словами, все указывало на то, что утечку допустил Уиттакер. Но Хелен знала, насколько маловероятно, чтобы официально осудили старшего офицера полиции, тем более – в этом случае, связанном с расследованием столь громкого дела. Обычно нарушения коррупционного характера рассматривались за закрытыми дверями, и процедура могла тянуться многие месяцы, если не годы. Скорее всего, Уиттакера просто отправят на пенсию, оставив безнаказанным. Так уж сложилось. Хелен всей душой ненавидела все это политиканство, но сделать ничего не могла. Впрочем, независимо от того, как много времени займет расследование, две вещи Хелен надлежало сделать немедленно. Во-первых, взять на себя обязанности Уиттакера. Во-вторых, вернуть в команду Марка.

Хелен сделала глубокий вдох и нажала кнопку звонка. Она понимала, что ей предстоит нелегкое испытание, но отбросила все сомнения и колебания. Чарли занималась поисками Луизы Таннер. Остальные пытались – пока тщетно – найти Стефани Байнс. Следствие опять топталось на месте. Хелен позарез нужны были опытные детективы.

– Ну же, давай, – нетерпеливо пробормотала Хелен, прислушиваясь. Прошла минута. Вторая. За дверью царила тишина. Хелен уже собиралась повернуться и уйти, когда услышала, как в замке поворачивается ключ. Дверь открылась. На пороге стоял Марк. Вернее сказать, тень Марка.

Он являл собой жалкое зрелище. Небритый, глаза красные, взгляд мутный. Он не просто напился – он ушел в глубокий запой. Одет он был в тренировочный костюм, но занятия спортом в его программе явно не значились. Как же он опустился, подумала Хелен. Ей стало стыдно. Ведь это она сначала протянула ему руку помощи, а затем оттолкнула, отправив искать утешения на дне бутылки. Сейчас он смотрел на нее с выражением гадливого недоумения.

– Марк, мы через многое вместе прошли, так что я не буду ходить вокруг да около, – без предисловий начала Хелен. – Скажу прямо: я знаю, ты ни в чем не виноват. Я облажалась. Облажалась по-крупному. Я хочу, чтобы ты вернулся в команду. Прямо сейчас. Если ты не в состоянии, если тебе противно находиться со мной в одном помещении, что ж, я все пойму. Но ты мне нужен. Ты слишком хороший детектив, такими не разбрасываются. Я ошиблась. Но я нашла того, кто это сделал. И я хочу загладить свою вину.

Марк долго молчал. Он явно не был готов к тому, что только что услышал.

– Кто? – наконец выдавил он из себя.

– Уиттакер.

Марк присвистнул, потом рассмеялся и недоверчиво покачал головой.

– Мы пока не знаем, какие отношения связывали его с Микери, финансовые или романтические, но я абсолютно уверена, что это его рук дело. Он солгал насчет алиби и заставил лгать других… В общем, каша заварилась еще та.

– И кто теперь вместо него?

– Я.

– Что ж, поздравляю.

Он ей не грубил, но в голосе помимо его воли прозвучал сарказм.

– Я знаю, что обошлась с тобой несправедливо. Знаю, что предала наши… нашу дружбу. Я не хотела делать тебе больно. Просто поступила так, как считала правильным. Да, я ошиблась. Очень сильно ошиблась.

Она перевела дух.

– Сейчас все изменилось, и я пришла просить тебя о помощи. Я выяснила мотив убийцы. Она ненавидит меня, меня лично. Мы подбираемся к ней, Марк, но без тебя нам не справиться.

Она коротко изложила свою версию – рассказала о своих успешных делах, заслуженных благодарностях, о своей связи с жертвами похищений. Сначала Марк слушал ее вполуха, но постепенно заинтересовался и даже задавал пару вопросов. В нем просыпался детектив.

– Ты уже сказала остальным? – вдруг оборвал он Хелен. – Сказала, что я ни при чем?

– Чарли сказала. Остальным сообщу сегодня.

– Это самое малое из того, что тебе придется сделать, прежде чем я просто задумаюсь над твоим предложением.

– Само собой.

– И еще я хочу, чтобы ты извинилась. Знаю, это не по твоей части…

– Прости меня, Марк. Пожалуйста, прости. Я не должна была в тебе сомневаться. Я не поверила своему внутреннему голосу. А зря.

Он посмотрел на нее с удивлением – похоже, она говорила искренне.

– Это я виновата в том, что ты опять… – Она запнулась. – Но дай мне возможность исправить ошибку. Попробуй привести себя в порядок. И помоги нам ее поймать. Пожалуйста.

Марк молчал. Хелен и не рассчитывала, что он прямо с ходу бросится ей на шею, хотя где-то в глубине души у нее теплилась слабая надежда, что он возьмет и просто переступит через обиду. Этого не случилось. Оставив его размышлять, она вернулась в участок.

Не запоздало ли ее извинение? Время покажет.

Чарли Брукс никогда не увлекалась выпивкой. Она и раньше не пила, тем более – теперь. Ее никогда не манили открытые с девяти утра пабы. Но сегодня она обходила их один за другим, бесстрашно вступая в незнакомый сумрачный мир. Пабы бывают разные. В одни ходят одиночки в надежде на знакомство. В других собираются шумные компании – здесь влезают на столы и горланят песни. Но есть и такие, куда идут с одной целью – упиться вусмерть. День едва начался, но в «Якоре» уже собрались пенсионеры, пьянчуги и неприкаянные души, которым все равно, где находиться, – лишь бы не наедине с собой.

Запрет на курение здесь игнорировали – в воздухе висел плотный табачный дым. Интересно, на что еще власти закрывают глаза, позволяя процветать таким вот низкопробным забегаловкам, думала Чарли. Городской совет предпринял не одну попытку прикрыть портовые пабы, но лоббисты-пивовары, чью продукцию сбывали там по 1,99 фунта за пинту крепкого пива, сумели их отстоять. Чарли уже немного устала. Пивнушек в районе саутгемптонского порта великое множество, а обойти следовало все до единой, и не просто обойти – внимательно осмотреть, самой стараясь оставаться в тени. Чарли специально оделась попроще, но маскировка работала плохо – свежая и привлекательная, девушка слишком выделялась на общем фоне. Большинство мужчин откровенно пялились на нее; кое-кто, заподозрив неладное, испуганно прятал глаза. Но теплого приема ждать не приходилось в любом случае. Чарли уже начала отчаиваться, когда ей наконец улыбнулась удача.

Луиза Таннер, известная также как Луи, оказалась постоянной посетительницей «Якоря». Рано или поздно она должна была здесь появиться. Нужно только сесть и дождаться. Не прорыв, конечно, но лучше, чем ничего, решила Чарли и устроилась в уголке со стаканом сока. Место ей досталось хорошее: она могла наблюдать за входом, не слишком бросаясь в глаза.

Как может выглядеть Луиза? Они нашли всего одну ее фотографию, сделанную несколько лет назад для личного дела. Крепкая, спортивного сложения, со светлыми волосами, стянутыми сзади в тугой пучок, с щербинкой между передними зубами. Не красавица, но особа внушительная. Ее физическая сила пришлась весьма кстати, когда они с Хелен спасали пострадавших в той дорожной аварии, но, как позже выяснилось, ей явно не хватало психологической устойчивости. Невозможно предсказать, как на того или иного человека подействует стресс. Хелен Грейс удавалось глушить в себе всплески негативных эмоций, а вот Луиза Таннер с этим не справилась. Что именно ее подкосило? Вид обожженных детей? Раздавленное тело водителя в кабине врезавшегося в столб автобуса? Жар и вонь? Неизвестно. Но Луиза пыталась с собой бороться и посещала психолога. Ей пошли навстречу – сократили рабочий день и вообще оказывали всяческую помощь, но ничего не помогло. Через год она подала рапорт об увольнении.