Дневник жертвы - Кендал Клэр - Страница 43

Наконец Кларисса задала вопрос, который вертелся у нее на языке с тех пор, как она вошла в дом:

– Где сейчас Лора?

– Ее сбила машина, – глухим голосом ответил мистер Беттертон, проведя рукой по своим ослепительно-белым волосам. Кларисса была уверена: он поседел за одну ночь – от горя. – Этот человек снова ее нашел. Она собиралась перейти дорогу и вдруг услышала его голос: «Привет, Лора. Я так по тебе соскучился». И она не раздумывая бросилась от него на проезжую часть.

Кларисса беззвучно плакала, вцепившись руками в пустую и давно остывшую кружку с колибри.

– Лора получила сотрясение мозга и перелом обеих ног. Ее отвезли в больницу; когда она очнулась, он сидел рядом и держал ее за руку Он сказал врачам и медсестрам, что он ее жених. У нее началась истерика, и его выпроводили из палаты. Потом она попросила медиков позвонить нам, но к тому времени, как мы приехали, его уже и след простыл. Он был не настолько глуп, чтобы попасться нам на глаза, однако мы поняли, что он потихоньку теряет бдительность. Отчаяние сделало его более опасным: он больше не мог совладать со своей злобой. И чем сильнее он разочаровывался, тем хуже ему удавалась роль хорошего парня. Вам сейчас нужно быть очень осторожной, Кларисса… Шарлотта родом из Америки, – продолжил он после паузы. – У нее там родственники. Нам было ясно, что в Англии Лора оставаться не может. Когда ей стало лучше – впрочем, только физически, – она эмигрировала в Штаты. Мы все очень тщательно продумали.

– Но все равно не смогли ее защитить! – выкрикнула миссис Беттертон дрожащим от боли голосом. – Мы только сделали ее еще более уязвимой! Она поселилась в Калифорнии и взяла фамилию моих родственников. Выходя с ней на связь, мы всегда принимали меры предосторожности, всегда! Мы не хранили в доме ничего, что могло бы навести на ее след! Но через год после переезда Лора пропала.

Кларисса вспомнила толстовку с надписью «UCLA»; вспомнила, как ее кольнула мысль, что это трофей. Она чувствовала, что эта толстовка что-то символизирует!

– С тех пор мы потеряли с ней всякую связь, – продолжала миссис Беттертон. – С соседями она не общалась, и они даже не заметили ее внезапного исчезновения. На работе тоже не стали бить тревогу. Куча народу, все временные… Они там привыкли к текучке и не удивляются, когда кто-то вдруг перестает появляться в офисе.

Кларисса понимала, какое страшное одиночество испытывала там Лора и как сильно скучала по родителям; сама она никогда бы на такое не отважилась.

– Она стала очередной пропавшей без вести, – вмешался мистер Беттертон. – Местные полицейские не нашли никаких признаков совершения преступления – и это в стране, где фотографии пропавших детей печатают даже на пакетах с молоком! Думаю, им следует помещать туда и фотографии взрослых. К британской полиции они так и не обратились. Мы перепробовали все средства. Мы даже нанимали частных детективов.

То, как они снова и снова произносили это «мы»… как охотно передавали друг другу эстафетную палочку своего трагического повествования… все их поведение говорило о том, что супруги Беттертон были очень близки, хотя изначально отреагировали на появление Клариссы совершенно по-разному. Они жили душа в душу, несмотря на пережитые страдания, несмотря на горе, от которого так и не оправились. Каким-то чудом эта трагедия не разобщила, а только сплотила их еще крепче.

– Мы надеемся, что она сама все так подстроила, – продолжала миссис Беттертон. – Что теперь она в безопасности и счастливо живет где-то в другом месте. Мы говорим себе: однажды наш телефон зазвонит, и мы услышим ее голос. Возможно, ничего ужасного не произошло; возможно, это был не он…

– Но мы знаем, что это был он! – воскликнул мистер Беттертон. – Хотя и продолжаем твердить, что раз тело не нашли – значит, есть надежда. Мы представляем себе, что с ней все в порядке, – просто она временно потеряла память. В один прекрасный день она все вспомнит и позвонит нам.

Миссис Беттертон кивнула.

– Но мы хорошо знаем нашу девочку, – прибавила она. – Она бы никогда не заставила нас через такое пройти.

Она всегда находила возможность связаться с нами, всегда!

Теперь Кларисса поняла, почему ее звонки и неожиданный приезд вызвали у них такие противоречивые эмоции. Они опасались, что ее послал Рэйф, и поэтому были настроены враждебно и подозрительно; но они все еще надеялись и не хотели прогонять того, кто мог бы сообщить им информацию о Лоре, сколь бы маловероятно это ни казалось.

– Я думаю, вам следует обратиться за помощью, Кларисса, – произнес мистер Беттертон.

– Вам нужны доказательства, – продолжила миссис Беттертон, накрыв ладонью руку Клариссы. – Более убедительные, чем были у нас. Железобетонные доказательства! И их должно быть много. Борьба будет нелегкой; если вы не собираетесь просто взять и исчезнуть, вам нужно привлечь к этому делу полицию. Можете дать им наши координаты, если хотите. Тогда они не стали нас слушать – возможно, послушают сейчас. Вы должны заставить их поверить. Должны сделать больше, чем удалось сделать Лоре. Он ни за что не остановится!

Рука у Клариссы покраснела и ныла от впившегося в нее обручального кольца миссис Беттертон. Но Кларисса не позволила себе высвободиться, пока та не закончила говорить.

Неделя пятая. Стражи-хранители

Она слишком часто таскала Генри на фильмы про серийных убийц. И теперь эти сюжеты ожили у нее в голове, порождая – на пустом месте, уговаривала себя Кларисса, – версии одна другой чудовищнее. Что, если Лору закопали в неглубокую могилу, наспех вырытую на краю одинокой калифорнийской фермы? Или оставили труп в дремучем лесу и засыпали листвой? А может, скинули в канализацию? Свалили в заброшенную каменоломню? Подняли в горы и спрятали за выступом скалы, вдали от пешеходных троп? Засунули в холодильник в пустующем здании? Подложили в чей-то гроб и похоронили или даже кремировали, так что ее уже не найти? Почему ее до сих пор не обнаружили – потому что убийца очень хитер? или ему просто повезло? А может, верно и то и другое?

Фантазия с готовностью рисовала картины настолько жуткие и реалистичные, что Кларисса просто не позволяла себе думать о том, что могло случиться с Лорой в последние дни и часы ее жизни. Ужасно было представлять себе мертвое тело; но еще ужаснее – думать о тех муках, которые женщине пришлось вынести, когда она находилась в сознании. Кларисса видела лицо Лоры, составленное из наложенных друг на друга снимков разных лет; видела лица ее родителей, искаженные страхом и болью. Ей казалось, что они с Лорой уже давно знакомы.

Кларисса изучила статистику по пропавшим без вести. Оказалось, люди пропадают гораздо чаще, чем принято думать. В одной только Великобритании насчитывалось около полумиллиона пропавших; в Америке же цифры наверняка были гораздо более устрашающими.

Поднимаясь по лестнице в зал суда, она попыталась отогнать безумные фантазии и сосредоточиться на том, что говорила Энни.

– Паршиво выглядишь, – услышала она.

– Спасибо, – ответила Кларисса. – А ты – нет.

– Я серьезно, подруга! Тебе нужно есть и спать. И почаще бывать на воздухе. Ты похожа на зомби! Может, мертвенная бледность тебе и к лицу, но долго ты так не протянешь.

Энни была права. Кларисса посмотрела на свои руки, скрытые воздушными рукавами сшитого ею платья, и подумала, что они похожи на высохшие веточки. В последнее время она все реже подставляла кожу бледному зимнему солнцу. Хорошо, что мама давно ее не видела: она бы сразу поняла, что дело неладно.

– Ты сегодня что-то слишком разговорчива! – ответила она.

– Волосы пока еще блестят, – констатировала Энни, когда они зашли в предбанник. – Ты пьешь?

– Конечно нет!

Энни протянула руку и коснулась эмалевых цветов, украшавших ее заколку для волос.

– Красиво, – сказала она примирительно, словно извиняясь за то, что наговорила.