На крыльях мечты - Матир Анна - Страница 40

— Френк хорошо выглядит, — раздался голос у моего уха. — Когда он вернулся домой?

— Вчера.

— И?..

Я глянула на шерифа, который все еще стоял возле меня. И выдавила улыбку.

— Все в порядке. Скоро все наладится. Вчера вечером он был слишком усталый, поэтому мы рано легли спать. — Кровь прилила к моему лицу. — Конечно, он спал в хлеву, и…

Ирен захохотала, закинув голову. Шериф Джефрис скривился в гримасе, подобной улыбке. Через двор на меня смотрел Френк. Он поднял брови и кивнул в сторону повозки.

— До свидания, Ирен. — Я быстро обняла ее, подумав, увижу ли ее еще раз, перед тем как Френк отошлет меня домой.

Затем я повернулась к шерифу. Вместо прощания он взял меня под локоть.

— Буду счастлив проводить вас домой. — Глаза шерифа умоляли меня сказать «да».

И я знала, что нужно согласиться. Но обнаружила, что хочу побыть снова со своими детьми. Я ведь не знала, как долго мы еще пробудем вместе. Мне не хотелось пропустить эти мгновения.

Мои мысли побежали по кругу, завертелись, как шляпа в руках шерифа.

— Спасибо, я… — Френк уже усадил старших детей в повозку и повернулся ко мне с выражением ожидания на лице. — Думаю, я лучше помогу с детьми.

Его улыбка немного померкла, хотя он явно старался, чтобы этого не было видно. Он провел меня к повозке так, будто мои слова не разочаровали его, и помог забраться на сиденье.

— Хорошо, что ты вернулся, Френк.

Френк кивнул. Шериф коснулся полей шляпы и попятился, не сводя глаз с моего лица. Но крепко сжатые челюсти Френка и прищурившиеся глаза прервали связующий нас взгляд, он шлепнул Дженни мне на колени.

— Если вы закончили свое светское общение, то мы можем наконец ехать домой. — Он залез на повозку с другой стороны и сел.

Я уставилась на его профиль, нахмуренное лицо, на котором совсем недавно видела выражение такой уязвимости. Но в церкви я видела и выражение неодобрения на его лице. Теперь же он казался надменным, почти пренебрежительным. Мои глаза сузились. По какой причине он считает возможным отчитывать меня?

Я крепче сжала Дженни. Она прислонила головку к моей груди. Уголок моего рта приподнялся: Дженни любит меня. И я не думаю, что чувства шерифа Джефриса сильно отличаются от ее.

Может быть, как говорила тетя Адабель, Господь привел меня в это место по какой-то причине. Правда, она оказалась несколько иной, нежели я себе представляла. Лучшей, я была в этом уверена. Генри Джефрис никогда не разобьет сердце девушке.

Я вымыла посуду после обеда, раздумывая, не пора ли мне уже укладывать вещи. Несмотря на то что наше знакомство прошло успешно, Френк явно не одобряет меня.

Когда я выливала использованную воду, во двор вбежал Джеймс.

— Пойдем, Бекка! Мы будем помогать с лошадкой!

— Не думаю, милый. — Френку явно не понравится мое присутствие. Не думаю, что его благодарность зайдет так далеко, чтобы превратиться в дружбу.

— Пожалуйста! — Джеймс взял меня за руку и потянул. — Ну пожалуйста!

Как я могла отказать этому умоляющему личику? Я сдалась. Он притащил меня за руку к хлеву. Зайдя внутрь, в тень, я вся покрылась мурашками. Мои глаза привыкли к сумеркам. Мальчики и Олли гонялись друг за другом. Судя по всему, «помогать с лошадкой» означало просто быть где-то неподалеку.

Френк чистил лошадь, черную как смоль. Я прислонилась к стойлу и наблюдала. У Френка на лице уже не было того тяжелого выражения. В его глазах, в каждом нежном движении сквозила любовь к Дэнди. Я раздумывала, какой у Френка был взгляд, когда он смотрел на свою жену. По словам Олли и Ирен, они поженились молодыми, но, судя по тому, как скоро он нанял тетю Адабель, он рано понял всю болезненную хрупкость жены. Но ожидал ли он, что потеряет ее так быстро?

— Я купил Дэнди как раз перед началом войны, — донесся до меня мужской голос. — До этого у нас с Кларой был старый пони, чтобы возить повозку, то была первая лошадь, на которую мне удалось скопить денег. Я и мечтать не мог, что когда-нибудь смогу владеть таким конем, как Дэнди.

— Он очень красив. — Я протянула руку и потрепала коня по холке.

Френк теперь стоял рядом со мной, так близко, что я слышала его дыхание. От него пахло землей и тяжелой работой, напоминая мне об отце.

Мне не было видно его лица, но он продолжал говорить.

— Думаю, Клара любила эту лошадь так же сильно, как и я. Она говорила, что Дэнди напоминает ей меня, цветом волос воронового крыла и желанием во всем всегда доминировать. — Он перестал работать щеткой, но лишь на мгновение. Теперь он чистил голову лошади, поглаживая Дэнди по носу и что-то нежно приговаривая.

Когда он снова повернулся ко мне, его глаза были влажными. Он сморгнул слезы, отложив щетку. Все произошло так быстро, что я подумала, не показалось ли мне, что он плакал? В следующее мгновение он уже подхватил Дэна на руки, подбросил его в воздух, поймал и снова подбросил.

Дэн повизгивал.

— Еще, папочка, еще!

Джеймс кинулся отцу на руки.

— И меня, и меня тоже!

Хлев заполнил густой смех Френка, но он покрывал его горе так же плохо, как и тонкий слой снега побуревшую траву. Его мир, как и мой, перевернулся с ног на голову. Я думаю, мы оба раздумывали о том, что будет дальше. Я чувствовала смятение в душе, но теперь это чувство было не столь острым, как утром. Сейчас оно было больше похоже на сострадание.

Вечером я обнаружила Френка в гостиной. Он сидел, закрыв глаза, откинувшись на стуле, положив ноги на маленькую скамеечку. Ветер раскачивал верхушки деревьев, и я содрогнулась при мысли о том, как его пронизывающие порывы гуляют по хлеву. Френк, скорее всего, хотел, чтобы я уехала, и он смог наконец ночевать в доме.

Он поднял голову и открыл глаза. Казалось, и горе, и осуждение немного уменьшились. Он поставил ноги на пол и выпрямился на стуле.

— Я полагаю, в хлеву не так удобно, как вы говорите. — Я села на диван и сложила руки на коленях.

— Это не проблема.

В камине потрескивал огонь, постепенно затухая. Ветер бился о стекла, мы сидели молча.

— Я пожурил Олли за то, что она не помогала мыть посуду сегодня вечером.

Я пожала плечами.

— Она просто маленькая девочка, которая осталась без мамы и очень рада видеть своего отца.

— Да. — Он подошел к огню, поворошил поленья, пока огонь вновь не разгорелся.

— Когда я приехала, она сама обо всем заботилась, поэтому, думаю, и я вполне справлюсь некоторое время без нее. — Некоторое время. Что именно я имела в виду? Я начала обмахиваться журналом.

Мужчина кивнул, но продолжал смотреть на огонь.

Я набрала в легкие побольше воздуха.

— Когда ты хочешь, чтобы я уехала, Френк?

Он повернул голову.

— Уехала?

Казалось, он в панике. И тем не менее сегодня он был… его было сложно понять.

— Я просто думал… — Он заложил руки за спину. — Конечно. Тебе нужно ехать. Я понимаю. Мы справимся.

Он начал ходить взад-вперед по комнате. Остановился перед часами.

— Но дети привыкли к тебе. Я бы очень не хотел, чтобы сейчас они переживали еще одну потерю…

Я аж подпрыгнула, внезапно испытав горячее желание быть понятой им.

— Я вполне могу остаться на некоторое время. Правда. Я… — Больше я ничего не смогла добавить, сама не знаю почему.

По его лицу растеклось облегчение, усмирив смятение и в моей душе. Я сказала Господу, что останусь здесь, пока Он не укажет мне, что делать дальше. И намеревалась заниматься именно этим, если Френк позволит мне.

— Я не хочу давить. Я знаю, ты пробыла здесь уже три месяца. — Его лицо напомнило Джеймса, когда он провел рукой по темным волосам и выдохнул: — Я не уверен, что справлюсь сам. Пока не смогу. Но если ты согласишься остаться ненадолго, хотя бы до весенней посевной, я буду очень признателен.

Я пыталась придать некую чопорность своей улыбке и не слишком быстро сдаться. Поэтому о своем решении я уведомила лишь кивком. И помолилась Богу, чтобы он убедил мое сердце принять шерифа, пока Френк не отослал меня домой.