Снежок - Леттс Элизабет - Страница 53

Для Гарри неделя пролетела в одно мгновение. Ухаживать за лошадьми и следить, чтобы они оставались в форме, в условиях тесного подвала Гардена было задачей, поглощавшей почти все время. Иногда соревнования по конкуру начинались в десять часов вечера. Дополнительные раунды могли продолжаться до часу-двух ночи. После каждого соревнования Гарри нужно было выгулять и почистить лошадей, расчесать и накормить их, а потом перед рассветом все начиналось сначала. Будто мир за пределами Гардена сжался до размеров тесной подвальной конюшни.

Один из участников говорил, что неделя в Гардене похожа на жизнь на корабле во время длительного плавания. В 1958 году это было плавание «Титаника», последнее плавание высших классов. Скоро пышное торжество хаотичного жизненного уклада богачей станет неумолимо меняться, уже сейчас простые люди сталкивались с ними у турникетов. Выставка началась с того, что группа протестующих против правительства Кубы принесла мировую политику на локальное мероприятие, а закончилась магией Гардена в действии.

И, как и восьмидневное плавание, неделя, которая, казалось, будет длиться вечно, внезапно подошла к концу. Призовые соревнования проводились в последний день. Существует понятие «Тройная корона», включающее в себя награду «Лошадь года», награду Ассоциации профессиональных наездников и титул чемпиона Национальной выставки. Награда «Лошадь года» и награда Ассоциации профессиональных наездников вручались по результатам накопленных за сезон очков, и Снежок уже накопил достаточно, чтобы получить их. В последнюю ночь на кону стоял третий приз. Если Снежок выиграет в этом классе, он получит все три главные награды в конкуре.

Последний класс соревнований включал в себя два раунда на одной трассе: один в полдень последнего дня и другой вечером. Очки, заработанные в обоих раундах, складывались вместе. Единственным лошадьми, которые соревновались за титул, были Снежок и Первый Шанс. Перед последним классом Первый Шанс имел преимущество в одно очко.

Глава 20

Deutschland über alles{ Германия превыше всего (нем.).}

В последний вечер выставки Мари Лафренц, которая всю неделю сидела в ложе для прессы, изображая фею-крестную Снежка и печатая статьи для «Геральд трибьюн», пришла к Гарри с предложением. Лафренц не связывала свое будущее с газетами: она видела перспективы телевидения. Но она знала: чтобы в эфир пошла история о лошади, это должна быть необычная история. Зная, что «драматическая презентация поможет привлечь внимание», она предложила сюжет о рабочей лошади, побеждающей на выставке, популярному ток-шоу на Эн-би-си «Сегодня вечером». Обычно его вел Джек Паар, но сегодня ведущим должен был стать молодой человек по имени Джонни Карсон.

Гарри колебался. Каким образом он мог привезти лошадь на студию Эн-би-си, если вечером у него соревнование? Джим Траутвелл отвез грузовик обратно в Сент-Джеймс, потому что парковка в Нью-Йорке обходилась слишком дорого. Мари предложила взять грузовик напрокат, но Гарри рассмеялся и отказался. Если это недалеко, можно пройти пешком. Гарри, ведущий Снежка под уздцы, и Мари Лафренц подошли к зданию студии Эн-би-си на Рокфеллер-плаза на пересечении Шестой авеню и Сорок девятой улицы, по пути проходя через Бродвей. Снежок шагал сквозь шум и суматоху города на радость пешеходам и таксистам, которые высовывались из машин, выкрикивая приветствия или советы.

В студии внутри здания Джи-И-билдинг Гарри и Снежок оказались в совершенно незнакомой обстановке. «Сегодня вечером» вещало в прямом эфире из Нью-Йорка через сорок шесть ретрансляторных станций. Шоу снималось на сцене – задник со столом Карсона и стульями для его гостей был освещен большими прожекторами. Операторы в наушниках сидели за огромными, современно выглядящими телекамерами. Иногда в кадр попадал микрофон, движущийся на длинном проводе, удерживаемом над сценой.

Перед сценой в небольшом зале сидела живая аудитория. Едва ли это место подходило для животных – тем более для лошади. Студия была шумной, наполненной техниками и разнообразной сложной электроникой, – для человека вроде Гарри все это выглядело как картинка из будущего.

Снежок ждал, пока не настало время выйти под софиты. Джонни Карсон пересказал историю чудо-лошади за восемьдесят долларов, а затем Гарри, ведя за собой Снежка, вышел на тесную сцену. Лошадь, спокойная, как обычно, осматривалась вокруг большими сонными глазами, моргая от яркого света. Гарри заверил ведущего, что лошадь смирная, и прямо там, на сцене, Джонни Карсон по стремянке забрался Снежку на спину, усевшись задом наперед, лицом в сторону хвоста. Гарри придержал Снежка, но тот, похоже, ничего не имел против и едва не улыбался в камеру. Аудитория смеялась и аплодировала.

Гарри не понял этого, но в эти несколько минут слава лошади вышла за пределы Гардена и самого Нью-Йорка. Люди только начинали понимать силу телевидения. Когда Снежок шел обратно к перекрестку Восьмой авеню и Сорок девятой улицы, в конюшню, лошадь и ее молодой наездник уже превратились в знаменитостей.

Телезрители по всей стране теперь хотели знать, чем закончится соревнование. Снежок прочно удерживал второе место, а Первый Шанс опережал его всего на одно очко. Снежок выступал хорошо, с полной самоотдачей, но позади была тяжелая неделя. Это был чемпионский класс, поэтому барьеры превосходили те, что стояли до этого, и в длину, и в высоту. Первый Шанс, который был примерно на четыре года моложе Снежка, имел небольшое преимущество в выносливости. Для соревнований в этом классе – последнем перед закрытием – были приглашены к участию лучшие двенадцать лошадей полуденного соревнования.

Перед началом состязаний Гарри подозвал Йоханну и детей. «Постарайтесь не запачкаться, – сказал он им. – Если мы победим, пойдем гулять все вместе».

Перед тем как Снежку дали возможность выйти на арену, Гарри пришлось ждать завершения международных соревнований – Кубка наций. В них участвовали шесть команд на одной трассе в два раунда, днем и вечером. Сильная немецкая команда, которая побеждала американцев в Вашингтоне и Пенсильвании, превосходила их и в Нью-Йорке. Эллис Хиггинс из «Спортс иллюстрейтед» так комментировала вашингтонскую выставку: «Немцы взяли все, кроме билетов».

Здесь, в Нью-Йорке, американцам удавалось выиграть несколько раз, но Ганс Гюнтер Винклер, один из лучших наездников Европы, раз за разом выступал безукоризненно, и немецкая команда побеждала по очкам. У забора арены Гарри ожидал завершения этой драмы.

Вечернее выступление американской команды прошло ужасно. Лошадь Джорджа Морриса сбила планку и отказалась прыгать. Уильям Штайнкраус, чьи выступления вытягивали американскую команду всю неделю, сбил планку дважды. Затем Хью Уайли на пегой лошади Наутикаль, которая выиграла Кубок короля Георга V в Лондоне в июне, потерпел сокрушительное поражение – сбитая планка, отказ прыгать и ужасное падение. С лошадью и наездником все было в порядке, но фотографам удалось запечатлеть это драматический момент, и фотографии опубликовали в следующем выпуске «Спортс иллюстрейтед». Гарри готовился к выступлению внизу в подвале – проверял стремена, – когда наверху заиграли «Deutschland über Alles», немецкий национальный гимн.

Прошло восемнадцать лет со времен германской оккупации его родины, но восемнадцати лет недостаточно, чтобы забыть. Как голландский иммигрант и как профессионал, он не мог представлять Соединенные Штаты, но сегодня Гарри хотел выиграть в призовом классе, где могли принимать участие любой наездник и любая лошадь.

Сегодня Гарри не представлял никакой нации – он представлял обычного человека. Он выступал за тех, кого всегда недооценивали и презирали, считали недостойными внимания, не замечали. Особая связь между Гарри и Снежком была связью, которая возникает между выжившими: лошадь, настолько потрепанная, что никто не считал ее достойной спасения, и человек, чью жизнь уничтожила война, начавший ее заново в стране, языка которой не знал, где у него не было ничего, кроме его собственных рук, любви к семье и чести.