Из круиза с любовью - Осипцова Татьяна - Страница 58

Он сразу связался со второй машиной.

– Антон, видел? Давай за ними. Я ребят подхвачу и присоединюсь. Телефон не выключай.

– Вот времена настали, ― заметил Кравченко, обращаясь к своему водителю, ― сотрудники в гарнитуре и наушниках, и никого этим не удивишь, каждый второй пацан так экипирован! А помнишь наши громоздкие рации? ―

– А то, ― отозвался водитель, ― бывало, шипением и хрюканьем всех собак в округе распугивали…

Они уже успели развернуться на проспекте, проигнорировав сплошную двойную, когда из второй машины сообщили:

– Андрей Степанович, «газель» завернула на стоянку гипермаркета. Паркуется. Выезд со стоянки один, мы его запрем.

– Смотрите, он может пешком уйти, в магазине оторваться… Мы через пару минут будем.

– Бомж вышел с нашим пакетом и двинулся вдоль ряда машин. Следую за ним. Подошел к желтому «Смарту». Прикольная машинка… За рулем, само собой, молодая баба. Красивая. И на фига ей такой чмошник?.. Все, сел в машину.

– Иди ближе.

– Да мы вдвоем здесь, с Игорем. Сумеем блокировать. Так, пакет передал. Баба его разворачивает. Есть! Взяла пачку баксов в руки.

– Фас! ― скомандовал в телефон Кравченко.

Въезжая на стоянку, полковник видел, как изящно его ребята отрезали шантажистам все пути к отступлению. А когда он еще с двумя сотрудниками подошел к автомобилю, его хозяйка и «бомж» уже стояли в позе «ноги на ширине плеч, руки на крышу автомобиля». Правда, выглядело это несколько комично, больно машинка маленькая. Женщина вертела головой и что-то возмущенно верещала, «бомж» стоял спокойно, ребята привычно делали свое дело.

– Не смейте шарить в моей машине! ― взвизгнула женщина.

– Мадам, производить досмотр автомобиля имеют право даже работники ГИБДД, а мы, между прочим, из ФСБ, ― возразил полковник, подходя. ― О, знакомые все лица! Если мне не изменяет память ― Царева Ольга Александровна?

Женщина удивленно смотрела на него.

– Кравченко, Андрей Степанович, ― показал он раскрытое удостоверение. ― Помните, я в свое время опрашивал вас по делу об убийстве господина Воронова, вы у него секретаршей служили? Чудесно выглядите, Ольга Александровна, совсем не изменились. Красавица! И машинка у вас стильная… Только зачем же вы подозрительных типов в ней возите?

– Андрей Степанович, это какое-то недоразумение… ― начала Ольга.

– Конечно, недоразумение. Ведь не может такая симпатичная девушка быть замешана в дело о похищении человека? А что за пакетик изъяли из вашей машины, Ольга Александровна?

– Это провокация, не было у меня никакого пакета! Его подкинули…

– Как подкидывали ― на камеру заснято. Так же как момент вашего задержания и досмотра машины. Кроме того, на пакете пальчики ваши и вашего подельника. Кстати, как он подобрал пакетик, тоже на пленке зафиксировано. В наш век промежпланетных перелетов и стремительного развития цифровых технологий сделать это несложно, хотя бы при помощи мобильного телефона.

Царева выглядела растерянной, и Кравченко решил, что дожимать ее надо сейчас же.

– Ребята, вы тут изъятие пока оформляйте, а мы пойдем в мою машину, побеседуем с Ольгой Александровной.

Он усадил подавленную женщину в свою «десятку», сам сел за руль.

– Ну, рассказывайте, Ольга, как вы дошли до жизни такой…

– Я ничего не понимаю, это недоразумение!

– Где вы прячете Викторию Соколову? Что круглыми глазами на меня смотрите? Вы задержаны при получении части выкупа. Или думаете, вы случайно нам попались?

Царева молчала. Кравченко сменил тон на более ласковый.

– Зачем вы покрываете Тихомирова? Наверняка идея с похищением его, а вы только исполняете роль курьера. Кстати, в таком случае вы вполне можете отделаться условным сроком, а то и просто выступить на суде как свидетель. Вы понимаете, что я имею в виду? В случае содействия следствию, ― медленно и раздельно проговорил он, ― вы можете избежать лишения свободы. Право слово, нечего такой шикарной женщине на зоне делать! Ведь там жизнь не сахар: телогреечка, платочек на голову, строем на работу, строем в баню, строем в столовую… И никаких богатых кавалеров ― там их роль бабы нетрадиционной ориентации выполняют.

Полковник сделал паузу, искоса посмотрел на Цареву. Кусает губки, глаза налились слезами, вот-вот заревет.

– И как вас угораздило связаться с таким типом, как Тихомиров? Вы ведь образованная женщина, высококвалифицированный специалист. А он кто? Восемь классов, секция карате да три года тюрьмы. Да-да! А вы не знали, что он сидел?.. Еще при Горбачеве, за нанесение тяжких телесных повреждений. Срок семь лет был, между прочим, потому что в составе группы. В девяносто втором вышел по амнистии, вскоре к Воронову попал. Вот и все его университеты.

Он сделал небольшую паузу, чтобы Царева осмыслила свое положение.

– Ольга Александровна, если вы сейчас поможете нам освободить Соколову, а потом будете сотрудничать со следствием по делу черных рейдеров, вам это зачтется. Не надо делать круглые глаза, вы наверняка знаете о том, что Тихомиров обеспечивал силовую поддержку захвата чужих предприятий. Видите, нам известно довольно много, Тихомиров все равно бы сел, вот только вы зачем в криминал ввязались? Из-за бабской зависти оказаться на зоне? Ей-богу, глупо… Ну так как, будете сотрудничать со следствием?

Вздохнув, Царева кивнула.

– Тогда скажите, где прячут Соколову.

– На даче Тихомирова, в Ромашково, ― с трудом выдавила она.

– Дача стоит обособленно?

– Нет, дом на краю поселка, там подряд несколько новых коттеджей.

– Дом охраняется?

– Два человека.

– Телекамеры?

– Только у ворот.

– На карте примерное расположение дачи показать сможете?

– Да.

Освобождение заложницы прошло без сучка, без задоринки. Даже не нашлось работы для вызванной на всякий случай группы из пяти «омоновцев». Ольга въехала во двор на своем «Смарте», в котором притаился сам Кравченко. Две другие машины ворвались за ними. У охранников дачи имелось оружие, но они не пытались его применить.

Викторию держали в кладовке гаража, под домом. Освободив пленницу, Кравченко первым делом набрал номер друга и передал телефон Вике. Та, ничего еще не понимая, радостно лепетала в трубку:

– Володенька, золотой мой… Нет, со мной все нормально… Нет, ничего… только кушать очень хочется… Я не знаю… Сам спроси.

Она протянула аппарат полковнику.

– Скоро приедем, скоро… Незачем тебе сюда мчаться, мы за городом, заблудишься еще… Сейчас протокольчик на месте подпишем и привезу. Показания завтра снимать будем… Хорошо, примерно через час в ее конторе.

Кравченко оглянулся на Вику.

Симпатичная, сразу оценил он. Одежда пыльная, волосы нечесаные, но очень даже ничего. Повезло дружку…

– Ну что, Виктория Анатольевна? Все хорошо, что хорошо кончается? Кстати, я не представился: Андрей Степанович Кравченко, полковник ФСБ и друг Володи Першина. У вас вещи какие-нибудь при себе были?..

Вика вспомнила о сумочке с документами, и они отправились ее искать.

В доме кипела обычная рутинная работа. В одной из комнат допрашивали Цареву, в другой ― охранников, в остальных проводился обыск.

– Валь, тебе тут сумка потерпевшей не попадалась?

– Белая, с камушками блестящими? Да вон она, в углу…

– Я изыму? А то у женщины ни документов, ни ключей, ни косметики.

– Валяй, я протокола еще не писал.

Вика порылась в сумке.

– Телефона нет, и бумажника.

– Этот? ― Валентин указал на прикрытую бумагами трубку.

Она кивнула.

– Пока отдать не могу. Вещдок. Может, какие важные звонки с него делались. Потом заявление напишете, про него и про бумажник. Вернем.

Кравченко взял Вику за руку.

– Я ее сейчас увезу, опрашивать завтра будем. Время-то, почти десять!

По дороге в город Вика пыталась задавать полковнику вопросы, но тот отмахивался:

– Все потом. Вот приедем к вашим друзьям… Вы пока лучше себя в порядок приведите, а то Вовка увидит вас, еще испугается!