Башар Асад. Приход к власти - Бах Стивен - Страница 20

– Я всегда на одной стороне. Эта сторона называется Сирия.

– Рано или поздно ты задашь себе и этот вопрос. На Ближнем Востоке грядет буря. Многие будут смяты. Вопрос лишь в том, хочешь ли этого ты.

– Ну, кто-то же должен говорить нет.

САСовец кивнул.

– Как тебя зовут? – спросил Башар.

– Хочешь отомстить? – спросил САСовец.

– Мне всего лишь интересно.

– Меня называют Дефо. Капитан Дефо.

24 мая 2000 года, Дамаск. Офис Башара Асада. Собрание всех групп. 07.00.

– Вы все сегодня хорошо выглядите. Я рад, что многие из вас еще живы. Хочу сказать вам, что это не политика, не расследования или разоблачения. Это война. Против нас действует сирийская военная машина, вся разведка и полиции. Люди, которым доверяет народ Сирии, больны грязными деньгами. Мы нанесли им удар, и они ответили. Завтра люди Альтаира постараются освободить Джахизу. Для нас наконец-то появилась значительная цель. Мы не только спасем ее, но и ответим злу. Независимо, как закончится главное расследование, Кузнец будет уничтожен. Какие новости?

– Мы нашли базы, где производятся наркотики, – сказал Луго.

– Я хочу ее закрыть! – мгновенно ответил Башар.

– Это территория курдов. Нам туда не попасть.

– Готовьте вертолет и людей, – приказал Башар с энтузиазмом.

– Послушай меня, – обратился Луго.

– Нет, это ты послушай! Я уничтожу наркотики! – чуть ли не крича, сказал Башар. – И ты обещал найти мне повинных в уничтожении людей из группы 2. Ты меня разочаровываешь, Луго.

– Все будет, – сказал Луго.

– Сколько нужно людей, чтобы закрыть базы?

– У нас все равно столько нет.

– Но удар то мы должны нанести. Пора закрыть пещеру, которую обнаружила Джахиза.

23 мая 2000 года, Мосул. Ирак.

Вертолет МИ8 шел на посадку. Где-то в глубине его туловища ждала своей участи связанная девушка. В каком состоянии она находилась, можно было только догадываться. Это и одиночество, и страх, и паника, и отчаяние.

При посадке Джахиза сразу разобрала иракское наречие в арабской речи, а также курдский язык. Спустя минуту пришли три вооруженных охранника. Один охранник схватил истощенную девушку за волосы. Джахиза, тихо вскрикнув, сразу потеряла сознание. Охранник, громко выругавшись, поднял обессиленное тело и положил себе на плечо.

Вечером Башар получил угрозы. Письмо подкинули под дверь. Текст гласил: «Господин полковник! Не советуем лезть в историю с кладом в пещере. Вам мало крови? Смотрите, как бы самому не попасть под клинок. Эти деньги МОИ. Не суйте свой нос туда, куда ни надо! И твой друг Луго тоже. Ваши доброжелатели».

Эта угроза его не остановила. Напротив, у Башара появился энтузиазм.

Сразу после прочтения послания, Башар попросил Махера собрать отряд спецназа, который атаковал пещеру. Охрана сопротивления не оказала.

Мазъюна очнулась от ведра холодной воды. Она была прикована к массивному железному креслу. Перед ней стоял стул с огромным аквариумом и ярко освещенной лампой под потолком, имеющей направленный как стрела свет. Вокруг все было погружено во тьму.

– Знаешь, что это? – голос раздавался откуда-то сверху.

Мазъюна покачала, дрожащей от страха головой выражая отрицания.

– В аквариуме рыбаборадавчатка, известная также как рыбакамень. Ее яд смертелен для человека. На спине ее шипы, которые вонзаются в жертву, выпуская яд. После укуса человек просит ампутировать ему часть пораженного тела или конечности. Боль настолько сильна, что через несколько часов она поражает все тело. От боли человек может потерять сознание. Не волнуйся, мы приведем тебя в чувство. Вопрос лишь в одном, сколько выдержит твое тело, прежде чем ты умрешь. Противоядия нет. Мы просто убьем тебя, облегчив твою смерть. Тебе нужно просто рассказать мне, на кого ты работаешь, сколько вас и кто такой Луго.

Два вертолета МИ-8 долго блуждали по пустыне, прежде чем пилоты вышли на правильный курс. Разведка, давшая данные пещеры, не смогла дать точные координаты, поэтому вертолеты истратили половину топлива, прежде чем приземлились возле необходимого квадрата.

На земле их ждали спецназовцы Луго и люди Махера, прибывшие к пещере на машине. Вход в пещеры был проложен между скал, подобно известной арабской сказке.

– Это большая ошибка, – сказал Луго.

Башар стоял посреди окруживших его друзей и помощников и лишь слегка усмехнулся.

– Ты не понимаешь, Луго, – сказал Башар.

– Не понимаю, что?

– Что самое важное в человеке?

– Разум.

– Нет. Это воля к следованию за своей мечтой. В жизни каждого человека наступает момент, когда против него весь мир. И ему предстоит сделать выбор. Я свой сделал.

Дорога к пещере поднималась вверх, словно лестница к проблемам.

Возле пещеры были обнаружены тела десятерых мужчин, по-видимому, грузчиков. Как показала экспертиза, их убили около десяти дней назад.

– А где охрана? – спросил Башар.

– Убежала, – сухо ответил Луго.

– Как Джахиза вышла на эту пещеру?

– У нее свои секреты.

У Хафеза было много друзей. Но когда дело касается еды, то друзей нет. Есть только хороший кусок и конкуренты за его борьбу. Любого правителя терпят в любой стране, если он способен накормить шестьдесят процентов населения страны. Если он на это не способен, то мир его праху. Сегодня Башар пересек эту черту. Внутри огромная пещера в горах у самой турецкой границы поразила военных. Там оказались не только наркотики всех видов, но и, как предполагалось, контрабандные товары. Изъятые ценности (валюта, золото, алмазы) тянули на полмиллиарда долларов. Никто не сомневался, что вряд ли хозяева простят такую «кражу».

Махер стал ответственным за сохранность изъятых товаров.

Башар верил в справедливость. Иллюзии должны сопровождать жизнь любого человека. Только иллюзии меняют мир. Реальность зависит от виртуальности больше, чем что-либо в мире.

На закате по пыльной пустынной дороге ехали солдаты четвертого дивизиона для защиты столь ценной находки.

25 мая 2000 года, Дамаск. Офис Башара Асада. Собрание всех групп. 11.00.

Башар повел серьезный разговор с самого начала. Он поставил вопрос ребром в планах освобождения ценного сотрудника.

– Пора спасать Джахизу! Мне звонил ее отец, он в бешенстве.

– Не он один, – сказал Луго.

– Технически все готово, но вы обещали мне неделю, – сказал Альтаир. – Будет ли санкция президента?

– Сегодня не будет.

– Спецназ из тридцати солдат готов. Вертолеты МИ-8 на низкой высоте сегодня в четыре утра пересекут границу Ирака. Они произведут высадку на месте лагеря.

– Почему на месте? – спросил Башар.

– Слишком мало времени и топлива. Им нужно освободить одного человека и улететь этими же машинами.

– Слишком опасно.

– Больше двух вертолетов достать не сможем. Мне нужен третий.

– Зачем?

– Запасная машина всегда необходима. В случае технической неисправности какой-либо из машин.

– Я поговорю с отцом. Найдем еще один. Пусть спецназ высадят за пять-шесть километров от базы боевиков ночью. Затем второй вертолет вылетает для эвакуации. На операцию им хватить десяти минут?

– Я думаю, хватит.

– Мне нужна полная уверенность.

– Пятнадцать минут для перестраховки, не считая времени для подхода к базе.

– Охрана?

– Пять-шесть боевиков. Справятся.

– Разведка не подведет?

– Со вчерашнего дня возле лагеря два наших агента. Они находятся в засаде на расстоянии в километр от объекта, максимально пройдут за сутки двести метров. Снаружи никаких изменений, либо движений. На их базу иногда прилетает вертолет. Это происходит в обеденное время. В этой связи у нас появилось предложение высадить спецназ одним вертолетом днем и сделать это со стороны запада под видом вертолета начальства.