Башар Асад. Приход к власти - Бах Стивен - Страница 14

– И как это все можно осуществить?

– Долгие годы успешного труда и пропаганда. Не стоит недооценивать ее. Конечно, нужно провести всеобщую либерализацию ценностей, и, когда ценности твоей страны обесценятся, а так будет, ты сделаешь это раньше. То есть, это произойдет с меньшими последствиями. Культура самой Сирии изменится до неузнаваемости.

– Что ты имеешь в виду?

– Рано или поздно люди последуют за культурой Запада.

Башар невольно нахмурился.

– Культура Запада приводит к ужасным последствиям: телевидение, музыка, интернет. Это неприемлемо.

– С появлением интернета границ больше нет, – перебил его Иоахим. – Китай тратит немыслимые ресурсы на контроль интернета. По сути это деньги на ветер. Популярный зарубежный контент будут завозить черные перекупщики по нелегальным сетям. Существуют миллионы способов обойти любые запреты.

Арабы запретили западный контент порнографического содержания, но оставили детский и познавательный. Практически можно было ничего не запрещать. Контент Запада проникает в арабские страны и формирует новое поколение. Поведенческий стиль дети берут из американских мультфильмов. Женщины подражают героиням мультиков, будущие их мужья также героям мультфильмов. Но, приходя в школу, они осознают, что общество и показанное на экране не совпадает. Особенно это влияет на женскую часть населения. На западе женщины играют другую роль и используют иной поведенческий стиль. Революция уже произошла. Все меняется. Изменения неизбежны. Сейчас традиции, не приспособленные под современность, умирают.

– Либерализация приведет к изменению общества. Пагубное влияние американской культуры уничтожит целые поколения. Потеря патриотизма. Потеря морали.

– Это все ерунда! – отмахнулся Иоахим. – Вздор. На экранах Америки показывается самый невероятный мусор. Самые ужасные шоу, по мнению многих цензоров, но все это не привело страну к краху. Сила патриотизма в штатах также не пострадала. Все дело в самих людях, они просто адаптируются.

Дети – это самая адаптируемая часть общества. Их сознание всегда останется в плену детских образов и это станет их детскими воспоминаниями. Поколение МТВ в США не стало массово бегать по улицам с музыкальными инструментами. Ты ведь понимаешь. Люди адаптируются, а также умеют разделять фантазию и реальность. Другое дело, что там это все разрешено, а здесь в Сирии преподносится как ужасные вещи. Только посмотри правде в глаза – западная культура доминирует, потому что универсальна, проста и привлекательна. Может они и играют на похоти и насилии, но притягательны своей безграничностью. Своим масштабом, а здесь еще и запретом на нее.

– Что самое сложное в ваших предложениях?

– Доказать народу, что это необходимо. Важна легитимность. Можно совершать любые преступления, если вы докажете их полезность.

– Как это понять?

– Нужны основы.

– Что?

– Все в этом мире держится на основах. Всему нужна основа. Уберем основу и можно делать с человеком все что угодно.

Машина ехала быстро. Луго сидел за рулем «Мерседеса» 1991 года выпуска, когда еще не было деления на классы. Передвигаться на машине представительского класса было слишком вызывающе.

Башар сидел рядом с Луго. В руках он пересматривал документы.

– Создать агентурную сеть в Алеппо не хватит ни времени, ни людей, – заметил Луго.

– Что говорит группа 4 по нему?

– За их преступлениями тянется плеяда загадочных убийств честных служителей закона. 30 января упал в море самолет Кенийских авиалиний, погибло 169 человек. Среди них наш связной с военной разведкой Сирии. Ему пришлось покинуть страну. Он вел дело по выявлению наркотрафика. В автомобильной аварии 18 февраля погиб его начальник. В полиции тоже не гладко. 6 апреля были произведены аресты спортивных функционеров…

Внезапно Луго остановил автомобиль. Покрышки сцепились как липкая лента со стекловатой. Машина с визгом остановилась, Луго молниеносно выбежал и побежал вдоль улицы. Прежде чем Башар понял, что происходит, Луго схватил прохожего мужчину и повалил на землю.

Когда Башар подошел к ним, Луго вел допрос.

– Кто тебя подговорил? – спрашивал Луго, теребя его за грудки.

– Что случилось? – спросил Башар.

– Он вел слежку за нами, – быстро кинул Луго Башару и снова обратил взор на подозреваемого. – Я тебе что, кинозвезда меня снимать?

Испуганный взгляд мужчины за сорок переходил то к Башару, то к Луго.

– Что вам нужно? – наконец-то недоуменно спросил он.

Башар подобрал лежащий на земле фотоаппарат. На снимке он увидел себя и Луго, приближенного зумом на максимум.

– Хорошее фото.

– На кого работаешь? – спросил Луго.

Не дождавшись ответа, Луго связал подозреваемого, затем поднял его и повел к автомобилю.

– Допросим на базе, – сказал Луго. – Здесь слишком людно, да и друзья его скорее всего где-то рядом.

– Сам допроси, – сказал Башар. – Мне необходимо встретиться с бывшим главой полиции Дамаска. У него важная информация.

– Мне нужно ехать с подозреваемым. Ты дождешься водителя отца? Это займет буквально минуту.

– Да. Дождусь. Без проблем.

20 мая 2000 года, Дамаск. 19.00.

Под красными солнечными лучами Башар прогуливался вдоль улицы с мужчиной в черном плаще. Башар как журналист записывал любую фразу, произнесенную его спутником. Сейчас этот мужчина пенсионер, но раньше он был главой полиции Дамаска.

– Твой отец, когда пришел к власти, имел множество врагов среди сирийской элиты.

– Какова твоя роль?

– В какой-то момент я отказался выполнять приказы. Меня уволили.

– Это точно?

– Да. У меня сохранились документы.

20 мая 2000 года, Дамаск. Офис Башара Асада. 21.00.

Махер Асад приехал навестить брата и поделиться планами на будущее. Оказывается, несколько лет назад Секретарь уничтожил программу создания особого спецназа в армии Сирии. Махер хотел создать спецотряд по примеру легендарного британского САС, Секретарь больше симпатизировал спецназу ГРУ РФ, который он хорошо знал еще с Шестидневной войны.

Когда Хафез прибыл на совещание, спор был в самом разгаре. Махер не хотел слушать о ГРУ, а Секретарь пылко и долго критиковал бойцов САС, называя их «кучкой маменьких сынков с хорошей экипировкой».

Махер говорил, что САС хорошо себя показали в Фолклендской войне и в операциях в Африке. Секретарь говорил лишь о везении и снова повторял об их слабой подготовке, никак не аргументируя, но после долгих дебатов Хафез утвердил план Секретаря.

– Что ты хочешь от меня? – спросил Башар.

– Я хочу, чтобы ты создал отряд «Народных защитников», – заявил Махер.

– Каких защитников?

– Я сам придумал название.

– Как скажешь, Махер. У тебя будет полный карт-блаш. Хоть новый вид войск придумывай.

– Договорились.

После ухода младшего брата Башар с чувством досады решил, что потерял почти час впустую. Он вызвал своих подчиненных и еще больше разозлился, когда никого не нашел. Лишь молодой дежурный солдат.

– Посмотри сюда! – грозно сказал Башар. – Что ты видишь?

– Часы, – осторожно ответил солдат.

– Я вижу стрелку часов, и она бесконечно движется. А перед собой вижу инфантильного безответственного дурака, разрешившего всем уйти без моего приказа. Вызывай всех назад. Времени больше нет! Работай лучше!

В 23.00 Башар покинул офис после переговоров со следственными группами с радостью, осознавая, что этот бесконечно длинный и невероятно тяжелый день закончился.

21 мая 2000 года, Дамаск. Офис Башара Асада. 07.00.

Утром в офисе Башара собрались руководители всех групп, а также Луго.

– Вчера мы предотвратили слежку за нами, – рассказывал Луго. – А значит, нас начинают опасаться. Это результат вашей работы.

– У кого какие новости? – спросил Башар.