Красное Зеркало. Легенда сумасшедшего - Ватутин Денис - Страница 66

— Щас, на, — ответил низкий голос, — глянем… ш-ш-ш-ш… Агдам… Агдам… говорит Ящер… ящер… блин! Это четвертый, на! Ш-ш-ш-ш-ш…

Я схватил коммуникатор и включил его на полную мощность.

— Сенька! — Я почти кричал. — Сенька, бери мяч! Сенька, это Странный! Ты где?

— Ш-ш-ш-ш… Кто здесь? — раздался перековерканный радиоэфиром голос. — Странный? Это который из них? Ш-ш-ш-ш-ш… ятый снизу… Ящер… ш-ш-ш-ш…

Вновь с башни раздалась короткая очередь из автоматической винтовки, а рядом с холмом вспыхнул ярким тюльпаном бутон разорвавшейся ракеты.

— Сука! — раздалось в ушах. — Я тебя вижу, на, ушлепок… Агдам… ш-ш-ш… тный огонь на десять часов от позиц… ш-ш-ш-ш…

— …ный, Странный… ш-ш-ш-ш… три глаза ш-ш… десять пальцев на руках… ш-ш-ш…

— Одиннадцать на ногах… — закончил я.

— Ты здесь… х-хш-ш-ш-ш… в какую… ш-ш-ш… делупу?

— Ты где?! — крикнул я.

— Отряд на девять часов, на… — раздался давешний хриплый бас.

— Третий ярус, двадцатый этаж, пультовая… — раздался голос Сеньки… — Их тут… ф-ф-ф-ф-ф… не вижу…

— Держись, Сеня! Я уже иду! — крикнул я взволнованно.

— Заходиф-ф-ф-ф-ф-ф, чаю попьем, — зачем-то сострил Сенька.

— Это тот самый? — спросил подъехавший ко мне Йорген.

— Тот самый, — кивнул я, вынимая из седельной сумки рожки к своему автомату и рассовывая их по карманам бронеразгрузки.

— Он марсианин? — вновь спросил Йорген.

— Марсианин, — ответил я, вешая на покалывающее плечо трофейный STG-556, а на другое — свой «абакан».

— И Охотник? — подытожил Йорген, внимательно глядя на меня.

— Клан Желтой Реки. — Я посмотрел Йоргену в глаза. — А что?

— Я пойду с тобой, — сказал он таким тоном, что я понял: любой мой запрет сейчас просто бессилен.

— Пошли, — кивнул я, — только группу надо где-то поставить в безопасном месте.

— Вон там, в корпусе каком-нибудь, — махнул рукой Йорген в сторону построек вокруг климатической установки, обнесенных колючей проволокой.

— Надо обойти территорию справа, — сказал я, — тщательно проверить пару помещений с краю, а потом попасть в башню. И выяснить, что там за пулеметчик такой на бугре сидит и в кого он там шмаляет.

Йорген молча кивнул.

Ко мне подъехала Ирина, нахмурившись, разглядывая нас с Йоргеном.

— Дэн, я понимаю, что отговаривать тебя бесполезно, — тихо сказала она ровным голосом, — но, может, ты все же не пойдешь туда? А вдруг на нас нападут?

— Не нападут, — ответил я как можно ласковее и беспечнее. — А потом, я не могу бросить в башне этого раздолбая, умудрившегося опять влипнуть в какую-то историю.

— Ну почему ты всех должен спасать? — Она с мольбой поглядела мне в глаза.

— И вовсе не всех… — попытался я урезонить ее. — Потом, все равно же мимо едем…

Ирина тяжело вздохнула.

— Я тебя умоляю, — сказала она так же тихо. — Будь сверхаккуратен, пожалуйста, помни, что я переживаю и волнуюсь.

— Ира! — Я положил ей руку на плечо. — Неужели ты можешь подумать, что я наплюю на того, кто так мне сильно нужен? Я буду ужасом марсианской ночи, призраком песков, тенью, скользящей по камням…

— У тебя еще хватает наглости шутить… — Она отвернула свое лицо. — Мальчикам нравится стрелять друг в друга…

— Ира! — прикрикнул я. — Отставить! Это не то, что ты решила… Это так вышло… Так сложилось… Это друг…

— Прости, — тихо произнесла она, — просто не хочу опять начинать все заново…

— И я… — Мне стало невыразимо горько: призрак ее погибшего мужа вновь, как в том видении, строго посмотрел на нас и улыбнулся.

— Ира, — ответил я, помолчав немного, — я обещаю…

— Странный, слышь? — Йорген резко перебил наш разговор, глядя в экран своего КПК. — Я качнул по сетке карту этой фигни, глянь…

Я бросил на Ирину ободряющий и успокоительный, как мне показалось, взгляд и обернулся в сторону достойнейшего эсквайра.

— Смотри, — продолжал он, — «КлиБУс-19 ЗЦ», это ведь оно? Я правильно понял?

— Да, — кивнул я.

— А что, сейчас будет опять? Эта стрельба и… — Пани Дронова с расширенными глазами глядела на нас.

— А мы не можем как-то объехать? — спросил Артур Митчелл. Они с голландцем сидели почти вплотную в седле трофейного верблюда и везде старались следовать за Йоргеном, который пообещал быть их «папочкой».

— Если верблюды взлетят на скалы, — ответил я, — тогда объедем.

Группа сгрудилась вокруг. Я смотрел на схему построек, изучал планировку этажей, пытался вникнуть в расположение агрегатов и коммуникаций. Я мысленно представлял себе, как двигаюсь вдоль этих зданий, захожу внутрь и замечаю засады в самых удобных и неожиданных местах. Вся эта композиция с башней во главе что-то неуловимо мне напоминала… Что?

— Все в порядке, — говорила Ирина Дроновой, — они знают что делают: им нужно спасти человека, которого бандиты заперли в башне, не бойтесь — угроза для вас самая минимальная…

Она говорила это тихо, спокойно, теми самыми интонациями, которые были, когда она рассказывала про Марс с точки зрения экскурсовода. Сердце мое сжалось. В груди моей была легкая дрожь, словно мне предстояло сдавать самый важный экзамен… Ирина… Сенька… У меня продолжалось стойкое ощущение, словно кто-то невидимый продолжает дергать меня за некие незримые нити… Конфликт в долине… «Изумруд»… Сенька в башне…

Мне хотелось выручить Сеньку как друга… близкого человека на этой планете… Но не только поэтому — у меня был охотничий инстинкт: я был уверен, что он скажет мне что-то важное… что-то необходимое для вкрапления в ту дьявольскую мозаику, которая складывалась в моем мозгу уже несколько дней подряд, напоминая собой электронную плату непонятного прибора.

Медленно и неотвратимо кристаллизовалась перед моими глазами чья-то беспринципная злая идея, похожая на сложное уравнение, в которой люди были чем-то вроде переменных, и если в них что-то совпадало или, наоборот, сильно противоречило, их можно было просто сократить… Взаимоуничтожить, невзирая на судьбу и личность…

У меня стал складываться тактический план.

— Йорген, — я водил стилом по планшету, — на два часа у нас имеется котельная: помещение без замороченных планов, там можно спрятать группу на время.

Тот кивнул, хотя я предпочел бы конструктивный спор.

— Далее, — я поджал губы, — на одиннадцать часов — холм с пулеметчиком: он вроде пуляет в тех, кто пуляет в Сеньку. Значит, с ним можно договориться. Это мы с тобой проверим… Дальше… Стрелки идут с севера… там бои… будем надеяться, что это периферический конфликт… Башня никому на хрен не нужна… Да и Сенька тоже…

— А чего он себе на хутор придурка подселил? — возмутился Йорген.

— Вот и узнаем, — с умным видом ответил я. — Значит, так…

Йорген поглядел на меня с нескрываемым интересом.

— Выдвигаемся к котельной, — продолжил я, — полковник и Азиз прикрывают тыл, вы с Сибиллой — фланги.

— Ну… — протянул Йорген, так же, как и я, делая умное лицо. — Давай так… там разберемся…

Сердце мое учащенно стучало в груди… Я боялся, как бы его стук не выдал нашего передвижения… Я повторял мысленно, что это просто работа — обыкновенная работа, при которой надо проявить максимум внимания, терпения и аккуратности…

Мы стали спускаться, придерживаясь правой стороны. Я приказал набросить маскхалаты и попоны на верблюдов.

Я дал указания группе двигаться к забору, а затем, проникнув на территорию, ждать нас с Йоргеном под прикрытием котельной.

Передав Сибилле наших верблюдов, мы с Йоргеном поползли к холмику, ожидая выстрелов и немного нервничая…

Я отключил функции коммуникатора в своем КПК, только рация в шлеме работала на прием ближайших волн, да и то на уровне комариного писка.

Мы с Йоргеном ползли словно два ужа — тихонько, стараясь держаться между бочками и предполагаемым стрелком… В рот и нос лезла пыль, кислородные маски были сняты, чтобы не мешались… А инфрасканеры не показывали впереди ничего. Оно и понятно было: человек, сидящий с пулеметом на холме, не хочет быть на виду.