Агония небес. На исходе дней - Золотухин Алексей - Страница 8

Дальше наблюдать происходящее я не смог. Один из спецназовцев подошел ко мне и, небрежно сдвинув армейским ботинком мой пылесос, потребовал, чтобы я убирался прочь. Глядя на меня сверху вниз, он пояснил, что «здесь не цирк» и что «если я не хочу в кутузку, то должен удалиться с этажа со скоростью света».

Спорить я не стал, и к тому же вскоре услышал все, что хотел. Один из спецназовцев неподалеку отрапортовал мужчине в штатском, в котором я признал того же человека, что прибыл сегодня к моей больнице в сопровождении ОМОНа:

– Анатолий Михайлович, двери подсобки взломали, сейф пуст, в помещении никого нет, окна закрыты, но мы нашли скрытый лаз, не внесенный в план здания. Этот проход идет в подвал. Преследование Посредника уже ведется.

Мужчина в штатском достал из внутреннего кармана пиджака небольшую рацию.

– Внимание всем постам. Посредник бежал, никого не выпускать из оцепления, проверить теплотрассу и иные возможные пути отступления.

Не желая испытывать терпение омоновца и дальше, я не спеша отправился пылесосить помещения другого этажа. Как только основной наплыв стражей порядка схлынул и появилась возможность, предъявив паспорт, уйти из здания, я поспешил это сделать.

Направляясь по коридору к выходу, я обратил внимание на то, как за сравнительно короткое время все вокруг изменилось. Из делового офисного улья, где все было респектабельно и солидно, «Финанс Профи Групп» стараниями спецназа превратилась в руины. Разбросанные по полу в кабинетах документы, открытые настежь пустые сейфы, перевернутая мебель и грязные следы армейских сапог повсюду. К счастью, мне здесь убираться больше не было необходимости. Мой последний рабочий день был окончен, и я с чувством выполненного долга отправился домой.

3 сентября 14:50

Тверь, квартира Семитомнова

Минут через пятнадцать после того, как я вернулся домой и аккуратно упаковал нужные мне вещи в спортивную сумку, в квартиру позвонили.

Вздрогнув от неожиданности, я быстро снял ботинки и в одних только носках тихо подкрался к входной двери. В глазок я увидел в коридоре все тех же двух сотрудников органов правопорядка, которых уже неоднократно лицезрел в течение дня.

Их прихода я, в общем-то, ожидал, но руки и ноги все равно похолодели и стали словно ватными, а желудок неприятно заныл. Инстинктивно я застыл от страха.

В голове суматошно закружились мысли о том, что, возможно, я все-таки где-то допустил ошибку и мое участие в афере раскрыто. Однако за дверями была только парочка законников, и это внушало слабую надежду на то, что дела не так уж и плохи. Видимо, меня иска ли лишь как друга главного бухгалтера «Финанс Профи Групп» – для дачи показаний.

Придя к этому заключению, я немного успокоился, хотя и не исключал худшего варианта: меня могли сдать собственные напарники.

Тихо отойдя от двери, я подал условный сигнал внутрь комнаты, пальцем указав на дверь, а затем быстро спрятался в спальне. Вместо меня к двери подъехал мужчина в инвалидной коляске и с недопитой бутылкой пива в руках.

Подкативший пьяным голосом начал неприветливо общаться с гостями за дверью.

– Убирайтесь к черту!

– Откройте! Это полиция!

– Умные какие! Покажите удостоверение! Многие тут ходят, полицией прикидываются…

Он приподнялся, опершись на руки, и посмотрел в глазок. Затем, недовольно вздохнув, открыл дверь. В квартиру вошли оперативники и поморщились от алкогольного смрада.

Я наблюдал за ними через щель приоткрытой двери спальни и одновременно осторожно искал рукой за стенкой шкафа приклеенный скотчем пистолет. Правда, к тому моменту, когда я его почти отцепил, неожиданно понял, что оружие мало чем поможет, убивать или ранить кого-либо я не замышлял. Меня же в данной ситуации могут подстрелить только за то, что увидят в руке оружие. Еще немного поразмыслив, я убрал руку из-за шкафа.

Полиция, не дожидаясь особого разрешения и не слишком церемонясь, прикрыла за собой дверь.

– Сергей Федорович, если не ошибаюсь? – спросил более молодой оперативник.

– Да я, а в чем дело-то?

– Мы можем поговорить с вашим сыном?

– А нету его… Этот олух, наверно, на работе, полы драит, могу дать адрес, – соврал, не моргнув глазом, мужчина в инвалидном кресле.

– Нам сообщили, что его там уже нет. Где он может быть еще?

– Может, с бабой своей где-нибудь ходит? Вчера я без еды, без пива сидел, а он до позднего вечера где-то лазил. Совсем обнаглел.

В дверь снова позвонили.

Тимофей прижал палец к губам, посмотрел в глазок и резко открыл дверь. Очередной посетитель моей квартиры, видимо, бросился бежать, потому как полицейский выхватил пистолет и крикнул ему вслед:

– Стой! Стрелять буду! Давай, лицом к стене!

Оперативник начал движение к гостю, но инвалид, которого полицейские считали моим отцом, неожиданно бодро встал с кресла и ударил со всей силы зазевавшегося напарника Тимофея бутылкой по голове. Послышался глухой звук с каким-то болезненным хрустом и звон бьющегося стекла. Пожилой полицейский пошатнулся и, потеряв сознание, рухнул без чувств.

Отреагировав на звуки борьбы позади себя, Тимофей резко развернулся и увидел, как «отец» стоит над распластавшимся телом его напарника с разбитой бутылкой в руках. Недобро прищурившись, оперативник навел на него пистолет.

– Брось бутылку, гнида! – зло прошипел Тимофей сквозь зубы. – Только дай мне повод – убью не раздумывая!

«Инвалид» послушно отпустил бутылку, и та упала на пол. Он оценивающе посмотрел на оперативника и начал медленно отступать к стоявшему у стены дивану.

В этот момент гость в коридоре, вероятно, совершил очередную попытку к бегству, и Тимофей перевел пистолет на него.

– Стоять! А ну, давай, внутрь заходи… Еще раз подобное устроишь, пулями нашпигую!

В квартиру послушно вошел водитель такси, хорошо знакомый мне под кличкой Кабан. Вид у него был испуганный, видимо, парень совсем не ожидал, что его здесь так встретят.

Тимофей бесцеремонно схватил водителя за грудки и припечатал к стене у выхода.

– Даже и не рыпайся, – прикрикнул опер на моего гостя, который и так дрожал как осенний лист.

Тем временем «отец» воспользовался моментом и ловко наклонившись к дивану, выхватил из-под него ружье. Однако удача от него отвернулась – Тимофей быстро среагировал и выстрелил из пистолета ему в грудь.

От звука выстрела я вздрогнул, представив во всей красе, как меня самого могли бы пристрелить, начни я угрожать оружием.

Мужчина пошатнулся, но попытался направить на оперативника охотничье ружье.

Выстрелить он, правда, так и не смог. Очередные несколько пуль, вылетевшие из пистолета Тимофея, его добили. Предсмертно захрипев, хозяин квартиры выронил ружье и, упав, навечно затих на полу у дивана.

В эту минуту Кабан, заметивший, что Тимофей от него отвлекся, сломя голову бросился вон из квартиры.

– Держись, Егорыч, я сейчас вернусь, – крикнул оперативник приоткрывшему глаза напарнику и побежал вслед за гостем.

Не снижая темпа преследования, Тимофей выхватил рацию.

– Говорит двенадцатый, веду преследование, нужно подкрепление, напарник тяжело ранен, требуется экстренная медицинская помощь.

Как только служитель закона скрылся из виду, я взял сумку с вещами и, осторожно обойдя лежавшего у дверей полицейского, вышел в коридор.

Вроде бы все шло, как и планировалось… Конечно, за исключением гибели хозяина квартиры, но сейчас я об этом не думал. Стараясь максимально контролировать свои эмоции и движения, я решительно двинулся по заранее намеченному маршруту. Пройдя по коридору к лестнице, я быстро поднялся на верхний этаж здания. Там я вынул из кармана объемную связку ключей, открыл замок решетки, прикрывающей дверцу на чердак, и вышел на крышу.

Оказавшись под открытым небом, я первым делом снова повесил замок обратно, с трудом протиснув руки между прутьями решетки. Потом для окончательной маскировки побега я прикрыл и дверцу, чуть прищемив при этом из-за спешки ноготь большого пальца.