Агония небес. На исходе дней - Золотухин Алексей - Страница 60

– Бла-бла-бла. Ты и правда такой наивный? Разве это мои проблемы? Я уже давно все со своим адвокатом обсудила, просто ждала подходящего момента. Мне нужно свою жизнь устраивать, с тобой мы что-то характерами не сошлись. Удачи тебе. Выкрутишься как-нибудь из долгов, я в твоих способностях не сомневаюсь.

Неожиданно показалось, что земля уходит из-под ног, в глазах помутнело. Это был конец. Все уйдет с молотка. Бизнес всей моей жизни лопнул, как мыльный пузырь, в одно мгновение. Долги, долги, море долгов, пойдут проценты… Полный крах…

– Да, дорогой, чтобы ты не попробовал меня перехитрить, я прямо сейчас пойду в суд и подам заявление на арест всего имущества и счетов. Суды предстоят долгие. Я не хочу, чтобы ты что-нибудь припрятал…

Мне стало совсем плохо, но, к счастью, воспоминание померкло, сменившись виденьем иного плана. После потери способностей мне казалось, что странные образы чужой жизни покинули меня. Но, видимо, еще остались полустертые фрагменты меня прошлого. Сознание вырвало из угасающей памяти другую туманную картину.

Сквозь стеклянный купол был виден отдаляющийся и остающийся позади величественный Юпитер. Где-то на самом горизонте голубоватой точкой красовался Марс. И, наконец, прямо по курсу находилась великолепная планета, окутанная серебристым мерцанием какого-то защитного поля с небольшими кольцами, как у Сатурна. Ее единственный материк утопал в зелени, а огни гигантского мегаполиса и массивы небоскребов можно было разглядеть даже из космоса.

Это небесное тело было прекрасно и в то же время беззащитно. Неодолимую угрозу ему нес я, и с поверхности планеты то и дело в панике взмывали и разлетались в разные стороны космические корабли.

В моей власти было сохранить всю эту красоту и величие, а также жизни тех, кто не успевал сбежать. Но все уже было решено, выбора не оставалось. Моя бледно-голубая рука с тонкими вытянутыми пальцами, украшенными перстнями с дорогими камнями, легла в углубление панели управления. Повинуясь прикосновению, космический корабль выпустил черную молнию, и в мгновение ока планета взорвалась, разлетевшись на миллионы разновеликих обломков. Один из самых крупных, бешено вращаясь, полетел в сторону Марса, неся смерть и красной планете. Но я не стал его сбивать. Запустив автопилот, который должен был спрятать корабль в гиперпространстве, я перешел в шлюзовую камеру и лег в одну из спасательных капсул. Пришло время затаиться от всех до подходящего часа. Началась процедура консервации. Серо-зеленые нити выползли из потайных ниш и начали медленно внедряться в мое тело, забираясь сквозь ноздри, рот и даже глаза. Они заставляли на время уснуть способности и воспоминания. Нити оплели меня изнутри, и вскоре все померкло. Я был теперь в небытии.

Сильные удары по лицу заставили вернуться в реальность. Как гром с неба, послышался голос Зверева.

– Где деньги, чертов урод?! Вспоминай!

После этих слов возникло последнее виденье, в котором я сидел в мансарде своего дома, оставленного во Владимире. Сведения с моего ноутбука закачивались в интернет и через сайт «Хранилище» в виде информационного облака частями распределялись на разных серверах. Перед переброской приходилось просматривать каждый документ, чтобы ничего не упустить. Видимо, и у меня прошлого не все в порядке было с запоминанием. Возможно, это являлось побочным эффектом действия тех серо-зеленых волокон. А возможно, причина была банальнее: переутомление и недостаток витаминов. Постепенно, по частям, «бизнес-план» моей самой крупной и, как я считал, последней аферы, растворялся в информационной паутине. Первый блок подробно описывал технологию проекта, второй – содержал маркетинговый план, потом шел тактический анализ всех этапов организации, включая подбор персонала, и уже в самом конце речь шла о финансировании и выведении впоследствии активов.

Основные ресурсы должны были аккумулироваться на счете в израильском банке «Леуми». Последним файлом ушла в паутину информация о моих заказчиках, именовавшихся членами «Большого клуба».

Наконец, процесс шифрования и переброски данных завершился, программа выдала окно «введите логин», я впечатал латинскими буквами «Проект “Омега”» и набрал пароль в виде даты своего рождения.

Виденье исчезло, и следом за ним пришла тьма. Мое сознание угасло, на неопределенное время я лишился чувств.

Когда пришел в себя, подумал, что у меня, похоже, остался единственный способ добраться до своих денег – заставить противников привести меня лично в банк. А уж там я, скорее всего, придумаю, как отделаться от ненужного сопровождения.

– Что ж, уважаемые бывшие блюстители государственной безопасности. Спасибо вашему препарату. Кажется, вспомнилось все, что нужно.

– Мы в курсе, хитроумный подонок, – зло выругался Зверев. – Все продумал. И сложности с экстрадицией, и деньги не снимешь без него. Но не волнуйся, мы терпеливые и теперь с тобой останемся надолго.

– Кстати, те деньги, что ты по вокзалу рассыпал, и даже те, что оста вил в подарок участковому, – все у нас. Так что и остальное мы тоже бережно соберем, до последней копейки.

– Если надо, из мертвых рук вытащим, – усмехнулся Тимофей.

Но злобно посмотревший на него Зверев заставил замолчать своего подчиненного.

Нас заковали в наручники и, бесцеремонно выведя из кофейни, засунули в джип. Вскоре туда же посадили и Марину, за которой сходил в зал пожилой оперативник Игорь.

Спустя минут тридцать схватили и вернувшегося Максима. К счастью, он уже избавился от денег, а карточку спрятал так, что враги ее не обнаружили, когда ощупывали Шустрика на предмет оружия. Нас отвезли куда-то за город, где и продержали почти до самого отплытия сухогруза…

9 сентября 15:30

Владивосток, порт

Два тонированных автомобиля «Форд-Эксплорер» привезли нас в порт, на северо-западный берег бухты Золотой Рог. Стоявший в доке сухогруз «Пионер Камчатки» многоэтажным домом возвышался над другими судами. Красный киль, черный корпус. Над загруженными на борт контейнерами, словно мачты, возвышались грузовые подъемные краны.

Капитан с настороженным удивлением встретил дополнительных пассажиров. Однако, изучив сунутые ему под нос корочки сотрудников службы безопасности, смиренно пропустил, лишь бросив вслед фразу, заставившую всех застыть на месте.

– Не уверен, что при новом президенте ваши корочки еще действуют.

– Что? – фээсбэшника аж перекосило. – При каком таком новом президенте? Ты что несешь?

– Только что в прямом эфире объявили, что президент неожиданно скончался от сердечного приступа. Теперь исполнение его полномочий на себя принял премьер-министр Тимур Власов.

– Да что происходит?! – не сдерживая досады, воскликнул фээсбэшник. Однако, взяв себя в руки, он снова принял невозмутимый вид. – Это ничего не меняет, отплываем!

Корабль, железным айсбергом пронзая темные воды, обогнул остров Русский и поплыл через Японское море к Сахалину. Плененный, я сидел в каюте, за дверью которой посменно дежурили люди Зверева. Правда, заключение было довольно щадящим, не забрали даже мой мобильный телефон.

Достав его, я привычно набрал знакомый номер, почти не надеясь дозвониться. Но вместо обычного сообщения, что абонент недоступен, на другом конце провода послышались гудки. Затем взяли трубку, и я услышал самый желанный из голосов. Это была Злата.

– Алло.

– Солнце мое, это Саша! – обрадованно произнес я.

– Как я рада, что ты жив! Я очень боялась, что ты тогда погиб. Мне не дали тебе помочь. Просто уволокли оттуда, и все. Прости меня…

– Со мной все нормально. Ну практически все… Почему-то не мог до тебя дозвониться, я очень волновался за тебя. Как ты?

– Мне только что удалось выбраться. Когда они ушли, охраны уже никакой не было. Просто сложно было избавиться от веревки, а потом еще добраться до города.

– Что им было нужно?

– Мне очень плохо, Саша… Они что-то сделали со мной. Помнишь наш последний день в Соликамске? Не знаю, как это возможно, ведь мы только поцеловались. Но, кажется, я забеременела. Еще моя бабушка, помню, шутила: целуйся Златочка, сколько хочешь, детей от этого не бывает…