Агония небес. На исходе дней - Золотухин Алексей - Страница 39

– Хватит ныть, босс! Сейчас или никогда, – скомандовала Светлана и, вынув автомат из сумки, начала вылезать из машины. – Ты нормально шума наделал, им сейчас совсем не до нас. Надеюсь, Кабана тоже завалило этими руинами и он больше уже никого и никогда не предаст.

Максим сидел на заднем сиденье машины в полном остолбенении от происходящего. Он даже перестал моргать и пытался понять, что же случилось у него на глазах, но не находил ответов.

– Макс, спрячься неподалеку и жди нашего возвращения. Уходить будем в спешке, будь наготове и, главное, не потеряй деньги, – скомандовала Светлана.

Шустрый так до конца и не выйдя из оцепенения, медленно, словно в трансе, вылез из машины вместе с сумкой.

От злости, я стукнул по рулю. Тот послушно проломился и баранкой упал на пол, словно был сделан из трухлявого дерева.

К этому моменту Светлана была уже почти у самого здания, и я, смирившись со своей судьбой, вылез из машины и последовал за ней. Пройдя сквозь дыру в стене, я очутился в настоящем аду. Туман из пыли и гари. Огонь, пожирающий мебель, и окровавленные, покры тые ожогами тела сотрудников.

Неподалеку с грохотом обрушилась балка потолочных перекрытий, и зловонно тлеющая проводка вспыхнула, соприкоснувшись с занавеской.

Сделав серьезное усилие над собой, я постарался совладать с разрывающими меня на части чувствами вины и ужаса и пошел дальше, пробираясь сквозь завалы к лестнице, ведущей в подвал.

Раз уж я натворил столько бед, нужно было хотя бы сделать то, ради чего я здесь: спасти предателя, а затем быстро убраться отсюда прочь.

Наконец, мы пробрались к лестнице. Пройдя пару полуразрушенных пролетов, мы оказались внизу. Где-то впереди, там, где была опережавшая меня Светлана, послышался сдавленный крик мужчины.

– Кто-нибудь, помогите…

– Да не вопрос! – ответила Светлана и в качестве помощи выпустила короткую очередь. Голос от такой помощи перешел на предсмертный хрип и затих.

«Надеюсь, у меня не было любовных отношений с этой стервой! – тихо пробормотал я себе под нос. – Господи, пусть все это будет просто страшным сном, а на самом деле я мирно лежу в коме после аварии, скоро меня отключат от аппарата жизнеобеспечения, и все это закончится».

Послышался удар – это Светлана открыла ногой ближайшую дверь.

Затем снова выстрелы.

– Кончай всех убивать! – уже в истерике крикнул я Светлане. И намного тише добавил: – Вот спасу Кабана и удавлюсь на собственном ремне. Хотя был ли шанс у Дениса выжить в этих руинах?

Однако шанс найти его живым все-таки был. Подвал пострадал не так сильно, как остальное здание. Видимо, он планировался как бомбоубежище и потому оказался довольно крепким, а когда мы спустились еще ниже, то и вовсе очутились в нетронутых разрушениями помещениях. Здесь только часть панелей подвесного потолка выпала на пол, и лампы дневного освещения в основном уже не горели, создавая пугающий полумрак.

Большинство дверей в новом коридоре были закрыты, но Светлана проверяла все незапертые помещения на предмет обнаружения выживших. Пройдя одну из запертых дверей, я услышал, как позади громко щелкнул засов.

Резко обернувшись, я все равно не успел вовремя. Последним, что я увидел, была все та же парочка оперативников, что меня посто янно преследовали. В руках у них были странного вида пневматические ружья, видимо, стреляющие транквилизаторами. Оперативники, ни секунды не мешкая, использовали их против меня. Даже не успев подумать о своих суперспособностях, я лишь почувствовал два болезненных укола в грудь и бедро, после которых просто выпал из реальности, и, рухнув на пол, растворился в сонном небытие…

Мне снилась Злата. Это был первый день нашего знакомства, когда я пришел в университет на занятия. Многие уже знали друг друга по подготовительным курсам, на которые я не ходил, и сейчас радост но беседовали друг с другом в коридоре рядом с аудиторией.

Здесь собралась разношерстная молодежь, пришедшая учиться больше потому, что так положено, а не из личного интереса. Что касается меня, то я четко знал, чего хочу. Навыки юридического мышления были жизненно необходимы для осуществления моих планов. Поэтому я держался немного особняком ото всех. Как потом многие говорили, смотрел на них свысока, как на недостойных для общения. Рядом с дверями аудитории, где должны были начаться занятия, висело несколько больших зеркал. В одном из них я увидел по-ангельски прекрасную девушку, которая только что подошла. Солнце из высоких окон коридора золотом играло в ее волосах. Наверное, это была любовь с первого взгляда, хоть я никогда и не верил, что такое возможно. Мое сердце затрепетало, как у подростка, словно ждало этого момента всю жизнь. Бодрым шагом я пошел в ее сторону, чтобы не упустить момент и познакомиться.

Когда я уже был готов заговорить с золотоволосой красавицей, мое виденье жестко прервалось от ощущения резкого удара. Какие-то неясные очертания сурового мужского лица появились в туманной дымке и вновь исчезли, поглощенные моим новым виденьем.

Теперь мы со Златой уже сидели на упавшем дереве, на берегу реки и беззаботно смеялись. Вынув из кармана исписанный мелким почерком блокнот, я начал ей читать свои стихи:

Однако романтика резко закончилась от очередного удара, на этот раз более осязаемого, от которого, я стал постепенно приходить в себя. Реальность оказалась не такой приятной, как то, что я видел во сне.

Осмотревшись вокруг, я обнаружил, что почти все мои враги собрались в одной комнате. В углу мирно беседовали оперативники Тимофей и Игорь. Напротив меня стоял уже знакомый фээсбэшник Зверев, и именно его пощечинам, похоже, я был обязан своим пробуждением. Светлану одной рукой пристегнули к батарее, и та злобно озиралась по сторонам.

Рядом со мной, прикованный так же, как и я, наручниками к стулу, сидел Денис с изрядным количеством синяков и кровоподтеков на лице. Нос его опух, видимо, от перелома. В глазах читались испуг и чувство собственной вины.

– И снова здравствуй, Александр, – ухмыльнулся полковник Зверев. – Да, и постарайся на сей раз без фокусов, чтобы нам лишний раз тебя не усыплять. А то, говорят, это плохо сказывается на сердце. Да и дырки от шприцов «ИСТА» тебе ни к чему, если в итоге все равно придется все рассказать.

В качестве подтверждения серьезности сказанного Тимофей, не сходя с места, навел на меня дуло ружья с транквилизатором.

Неожиданно запертый замок входной двери щелкнул, и в комнату вошел человек с тростью, который пару дней назад отправил меня умирать под поезд.

Тимофей и Игорь направили на него оружие, а Зверев удивленно спросил, кто он такой.

Однако серолицый сделал пасс рукой, как джедай из «Звездных войн», и оперативники, словно под гипнозом, опустили оружие. Фээсбэшник тоже затих и зачем-то начал долго и усердно протирать свои очки платком, словно от этого зависела вся его жизнь.

Светлана, побагровев от злости, начала возмущенно кричать на незваного гостя:

– Ты?! Это точно ты, кто же еще! Теперь ясно, почему все пошло к черту. Мы должны были не допустить изменений! А оказалось, ты и был первопричиной всего! Ты нарушил наш договор!

– Мы оба знаем, как все должно было быть. Просто я расставил все на свои места. Я часть истории, ее спусковой механизм.

– Ты сумасшедший с безмерно раздутым эго. Но ничего еще не свершилось! У меня есть и запасной вариант. Поверь, тебе он не понравится.

Серолицый тихо засмеялся, но кашель с кровью прервал его самодовольный смех.

– Твой запасной вариант не поможет…

– Ты безумец! Ты думаешь, что нашел способ получить перевес в противостоянии? Твой риск не оправдан! Вместо равновесия ты готов принести гибель всем нам! Убирайся обратно в ту дыру, где прятался все это время! – бесилась Светлана.