Агония небес. На исходе дней - Золотухин Алексей - Страница 37

6 сентября 16:01

Тверь, временное прибежище Светланы

Улица Колхозная, где пряталась Светлана, словно подтверждая свое название, располагалась на самой окраине города. Несколько четырехэтажных зданий, собранных из бетонных блоков, с прямыми покрытыми гудроном крышами и торчащими у окон ржавыми телеантеннами, да еще с десяток покосившихся деревянных одноэтажек, в одной из которых сейчас скрывалась моя напарница, – вот, собственно, и вся улица.

Найдя нужный дом, я тщательно осмотрелся. Вероятность того, что меня ждала ловушка, не исключалась. Однако, ничего не заметив и решив в случае западни пустить в ход сверхспособности, я набрался храбрости и постучал в окно.

Через некоторое время в нем колыхнулась выгоревшая на солнце голубая занавеска и, отодвинувшись, продемонстрировала милую женскую ручку, которая показала мне средний палец, после чего снова скрылась. Посчитав это приглашением, я подошел к двери.

Долго мне ждать не пришлось. Щелкнул засов, и замок открылся.

Отворив дверь, я зашел внутрь. Светлана встретила меня в трусиках и шелковом полупрозрачном топике. Она послала мне какой-то саркастичный воздушный поцелуй и, поманив рукой, ушла в комнату.

Закрыв за собой дверь, я последовал за девушкой.

Светлана присела на диван и продолжила шлифовать свои и без того острые, как лезвия, длинные ногти.

– Как дела, Призрак? Тут, видишь ли, кордоны кругом, выбраться из города я не смогла. Нет, ну я, конечно, терпеливая девочка, но не звонить своей подруге несколько дней – это форменное свинство.

Присев на стул напротив Светланы, я попытался, глядя на нее, вспомнить, были ли у меня к этой девушке раньше чувства или нет. Однако, несмотря на то что напарница была и стройна, и даже красива, как настоящая топ-модель, ни в моем сердце, ни в других органах, ничего даже не всколыхнулось.

– Были проблемы, Света. Один добрый парень сбросил меня под поезд. Из-за этого я слегка потерял память. Потом на меня устроили облаву. В общем, суета да текучка заели. Я все-таки за тобой вернулся и надеюсь, это меня как-то реабилитирует в твоих глазах.

Девушка хищно улыбнулась и сверкнула своими карими, почти черными глазами из-под алой, как свежая кровь, челки. В ее взгляде читалось желание что-то у меня спросить, но она сдержалась и как ни в чем не бывало ответила:

– Ты же знаешь, пупсик, на тебя невозможно долго сердиться. Ты у меня такая лапа.

Почесав в задумчивости свое темечко, я добавил:

– И еще одно. Моим деньгам каюк. Нужно у Шустрого мою долю забрать и всем вместе выбираться в Страну восходящего солнца.

Девушка продолжала натачивать свои ногти, даже бровью не поведя, словно была одна.

Наконец, завершив действо, она полюбовалась своими руками и посмотрела на меня.

– Ну деньги у меня есть. Ты же мне долю выделил, хотя Максима, конечно, навестить следует. Что думаешь насчет Кабана?

– Он нас сдал, по крайне мере меня точно. Но даже если бы он держал язык за зубами, я понятия не имею, как ему сейчас помочь.

– Ясно… Да, кстати, это твое, – девушка протянула какой-то микрочип, похожий на дохлого жука. – Извини, мне свою машину пришлось бросить. А вот твой сувенирчик я для тебя же сохранила, спасибо за доверие.

– Прости… – сказал я, покраснев, хотя и считал виновным в подобном отношении себя прошлого, а не настоящего, – больше так не поступлю. Но ведь только благодаря этой штуке я тебя и нашел. – А… машину я тебе компенсирую, когда Макса найдем.

– Ладно, солнце мое, проехали, – сказала девушка и улыбнулась уже без всякой обиды. – Давай Шустрика отлавливать.

Светлана достала из-под подушки автомат Калашникова и две коробки патронов. Сняв обойму с автомата, она быстро извлекла оттуда патроны, а потом поместила их обратно, добавив еще два до тридцати, и вновь вставила магазин на место. Все это она проделала мастерски, даже не глядя на свои руки, словно практиковалась в этом постоянно.

– У тебя автомат? – искренне удивился я. – Ты что, боевиков насмотрелась? Мы простые аферисты, а не бандиты!

– Ну не ругайся, лапа. Это так, попугать кого-нибудь. Стрелять я не собираюсь… Без необходимости.

Девушка положила автомат и коробки с патронами в спортивную сумку, быстро оделась в обтягивающие джинсы, майку цвета хаки и высокие ботинки, похожие на военные. Буквально минута – и она, как по армейской тревоге, уже была готова.

Мы покинули временное убежище Светланы и направились выручать Шустрого. Недолго погуляв в поисках машины, мы заметили стоящую без присмотра синюю «мазду». Слегка повозившись с замком, я ее открыл.

– Ты, смотрю, и машины угонять умеешь, – без особого удивления сказала Светлана.

Тяжело вздохнув, я демонстративно ткнул пальцем в замок зажигания и, заведя уже привычным мне образом машину, нехотя пояснил:

– Короче, у меня кое-какие способности открылись после травмы.

Уголок рта у девушки недовольно дернулся, словно она узнала что-то плохое, однако и на этот раз сдержалась, не высказав ничего, о чем подумала.

– Ну ты у нас и раньше незаменимым был, а теперь еще и Гарри Поттером заделался. Просто клад золотой.

Искренне поразившись такой невозмутимой реакции, я тем не менее промолчал, решив, что так даже лучше, и поехал, периодически поглядывая в карту, украденную в одном из киосков методом расплавления стекла прикосновением руки.

– Куда едем? – спросила девушка.

– Улица Вербная, – ответил я.

– Что? – Светлана искренне удивилась. – Да я сама снимала для него эту квартиру. Он что, прячется там же, где и жил?

– А Кабан знал его адрес?

– Не знаю, но он его вроде иногда возил.

– Хреново. Твои предложения?

– Давай рискнем. Вряд ли кто знает про маячок. А держать Шустрого на квартире в надежде, что мы его рано или поздно будем там искать, федералы вряд ли стали бы. Просто оставили бы засаду, а его самого переправили в другое место.

– Звучит ободряюще, будем надеяться, что мы в своих умозаключениях не ошиблись.

6 сентября 16:41

Тверь, квартира Шустрого

За квартал до дома, где прятался Шустрый, мы оставили машину и пошли пешком. К счастью, народа на улицах было мало. Как мы ни старались, никакой слежки за домом не обнаружили и потому вошли внутрь. Хорошо, что домофоны с недавних пор не являлись для меня преградой. Мы поднялись на седьмой этаж. Радовало и то, что Светлана помнила точный адрес, иначе нам бы пришлось туго, несмотря на маячок в зубе Шустрика.

На наш звонок у двери никакой реакции в ответ не последовало. Подождав минут десять, я уже хотел запросить у Еврея текущие координаты маячка, но тут дверь открылась, и нас встретил взъерошенный Максим в банном халате нараспашку и семейных трусах под ним. Вид у него был заспанный и встревоженный. Мы быстро вошли и закрыли за собой дверь.

– Черт, я не ожидал, что вы придете. Думал, меня копы вычислили. Как вы узнали, где я?

– Это неважно, лучше скажи, как тебя здесь оперативники не нашли, – быстро переменил я тему. – Кабан всех сдал. А он тебя возил, почему тебя-то не арестовали?

– Ну мы для встреч офис сняли, помнишь? Еще в самом начале, когда персонал нанимали. Там я и жил все время. Какой смысл на квартиру ездить, если там интернет кабельный, кофеварка и вообще центр города…

– Понятно, – констатировала Светлана. – У тебя зарплата десять кусков, бонус в полмиллиона, а ты решил еще и на проезде сэкономить. Как это на тебя похоже. Что такой заспанный? Сексом круглую ночь занимался?

– Смешно. Да я уже забыл, что это и как делается. На ноутбуке полночи играл, чтобы мысли всякие в голову не лезли.

– Ясно, – прервал я Максима. – Что с деньгами?

– Все в сохранности. Просто тут такой бедлам начался, я решил отсидеться, пока все не уляжется. Из города выбраться просто нереально. Питаюсь одной овсянкой, хорошо хоть в день приезда в Тверь коробку купил, и она здесь все время валялась. Даже до ларька дойти не рискую. Ел ее без сахара, на одном кипятке.