Агония небес. На исходе дней - Золотухин Алексей - Страница 15

Полистав ежедневник дальше, я обнаружил раздел «Жизненные цели и задачи» и узнал, что это уже мое третье высшее образование. Мне даже стало приятно от осознания того, какой я, оказывается, умный и ответственный. Точнее, каким был раньше…

Немного поразмыслив, я решил сходить в университет, в котором числился до аварии.

Если я задумал стать полезным для общества, то образование, какое бы оно ни было по счету, лишним явно не будет. Хотя, если быть до конца честным с собой, имелась и другая причина, по которой я направлялся на свой факультет. Мне хотелось познакомиться со своими сокурсницами. А то все у меня вроде есть, а романтики нет.

Конечно, возможно, что у меня был любимый человек, например, та же Светлана. Впрочем, каких-либо чувств я к ней не испытывал. Более того, она чем-то мне даже была неприятна. Другое дело – девушка с картины, в которой чувствовалось нечто, наполнявшее желанием стремиться к ней и находиться рядом. Но она вполне могла быть просто моей фантазией… Скажем так: если бы я попытался изобразить девушку своей мечты, то нарисовал бы ее именно такой.

Покопавшись в хорошо оборудованной гардеробной, я нашел черный костюмчик и сорочку от Армани, которые, естественно, пришлись мне по размеру, а также пару итальянских туфель. Одевшись, я собрал еще и сумку со спортивной одеждой и плавками для бассейна, так как после занятий, согласно рекомендациям ежедневника, запланировал еще и посещение тренажерного зала. Взяв все необходимое, я направился к выходу.

Покинув свой уютный дом и сев за руль «мерседеса», я, довольный жизнью, поехал по навигатору в университет.

По пути следования я остановился у ларька с газетами, где купил несколько общероссийских изданий, чтобы бегло пробежаться по заголовкам. Меня сильно волновало, пишут ли там о моих тверских похождениях. Однако, как и на телевидении, пока все было тихо.

У меня немного отлегло от сердца, но на глаза попал некролог того самого ученого, который пугающе походил на моего неприятного знакомого с серым лицом.

В газете писали примерно следующее: «…В Москве на 65-м году жизни скоропостижно скончался выдающийся ученый астрофизик Евгений Дмитриевич Шнек. Он принадлежал к династии русских ученых… Доктор физико-математических наук, профессор, автор двенадцати книг, сотен научных статей, двенадцати изобретений и одного крупного открытия, корифей… Он внес неоценимый вклад в развитие российской науки…» Его продолжали хвалить и хвалить. В завершении добавили, что он всю свою жизнь посвятил науке и умер от обширного инфаркта в собственной лаборатории, изучая образцы обломков космических тел, упавших недавно на Землю в виде метеоритного дождя… В общем, мужик был просто молодец до самой смерти.

Внимательно посмотрев на фото, я постарался себя убедить в том, что это какой-то другой человек. Да и вообще, мало ли что могло исказиться в моих воспоминаниях после всего пережитого.

Успокоение не пришло, и я, прикупив неподалеку баночку запрещенного моим же ежедневником энергетического напитка, поехал дальше, навстречу учебе и, возможно, симпатичным сокурсницам.

4 сентября 10:00

Владимир, Институт юриспруденции

Владимирского Государственного Университета

На занятия я приехал уже в отличном настроении. Почему-то вероятность того, что меня вот-вот выследят, выглядела на данный момент минимальной, а вот аргумент из воспоминаний «Кабан не предаст», напротив, казался сейчас вполне убедительным. Отчасти этому сильно способствовали яркое солнце в голубом небе и беззаботно гуляющие прохожие.

Молодые студентки, украдкой курившие неподалеку от входа в здание университета, по достоинству оценили машину. Бросив в мою сторону пару восхищенных взглядов, они о чем-то начали шептаться друг с другом. Мне не очень нравились курящие девушки, но все-таки внимание с их стороны к моей персоне польстило.

Немного смущало то, что занятий мною пропущено, очевидно, немало. Судя по ежедневнику, прежний я без особого беспокойства оставил учебу как минимум на несколько месяцев.

Однако я настоящий был уверен, что придумаю отговорку даже без справки из больницы.

Спросив в просторном фойе у охранника, как пройти на юридический факультет, я поднялся по широкой лестнице на второй этаж и почти сразу увидел на одной из дверей надпись «Деканат юридического факультета».

Войдя, я увидел молодящуюся женщину лет пятидесяти со значком депутата на лацкане строгого пиджака. Посмотрев в мою сторону, она сняла очки и улыбнулась мне, как старому знакомому.

– Саша… Рада тебя видеть. Как хорошо, что ты появился до сессии. У нас тут последнее время проверки, и было бы очень хорошо, чтобы ты немного походил на пары, для видимости.

– Вы, как всегда, хорошо выглядите, – ответил я с улыбкой, которой решил замаскировать свое незнание имени и отчества собеседницы.

– Спасибо, мой дорогой. Ты всегда знаешь, как сделать женщине приятное… Кстати, сегодня у твоего курса контрольная по уголовному праву, и было бы неплохо, если бы ты на нее зашел. Она будет в десятой аудитории. Уже минут через пять начало.

– Спасибо. Что ж, тогда я, пожалуй, поспешу.

– Давай, Саш… Кстати, мы в субботу тут преподавательским составом мой юбилей отмечаем, ты, если сможешь, приходи.

– Обязательно приду, – ответил я с лучезарной улыбкой на прощание и быстро удалился во избежание каких-либо вопросов, ответов на которые не знал.

Немного пометавшись по коридорам вуза, я нашел аудиторию. Правда, до звонка все-таки не успел.

Войдя, я извинился за опоздание, поискал глазами свободный стул и нашел место в первом ряду возле девушки.

Мгновения было достаточно, чтобы понять: именно ее я и видел вчера на портрете. Меня бросило в дрожь от волнения. Несмотря на это, я прямиком направился к незнакомке и сел за тот же стол.

– Привет, – одарил я девушку жизнерадостной улыбкой, которая должна была не выдать человека, забывшего имя собеседницы и вообще ничего о ней не знавшего. При этом про себя отметил: улыбка – хорошая альтернатива любым словам в ситуации, когда не знаешь, что сказать. Хотя у меня в это утро и так было хорошее настроение.

– Привет, Сашуль. Какими судьбами? Ты вроде и на сессии появляешься только в виде зачетки. А тут на рядовой контрольной, да прямо собственной персоной. Надеюсь, по сокурсникам соскучился?

Решив провести разведку боем, я сразу же перешел к сути.

– Угадала. Вот хотел тебя сегодня вечером пригласить посидеть в каком-нибудь ресторанчике.

– Да ты сегодня в ударе, – девушка заулыбалась. – Это немного неожиданно для… Лично я очень даже за, правда, боюсь, что мой парень этого не оценит, – она демонстративно повернулась и посмотрела в сторону задних рядов.

Последовав ее примеру, я тоже повернулся и увидел, как оттуда на меня весьма недружелюбно смотрит приземистый стриженный под полубокс парень. Он был в татуировках от кистей рук, вплоть до бычьей шеи. Судя по его пережившему не один перелом носу и глубокому шраму через всю левую щеку, однокурсник частенько лез в бутылку.

– А он красавец, – сказал я с издевкой и нескрываемым разочарованием.

Девушка хихикнула.

– Не прикалывайся над Солитером. Он хоть и немного глупый, но моему Тимуру сразу все доложит. Иногда мне даже кажется, что он и на занятия ходит только затем, чтобы следить за мной. Не представляю, что его вообще заставило поступать в университет.

– У-у-у, мне не разрешаешь, а сама на него наговариваешь. У парня же на лице написана тяга к знаниям… Ладно, – тяжело вздохнул я, смирившись, – займусь контрольной, – и стал без особого интереса изучать листок с заданием.

Неожиданно, что-то слегка ударило меня в затылок. Обернувшись, я увидел с ухмылкой разглядывающего меня с задних рядов Солитера и скомканную бумажку, которой он, видимо, в меня запустил.

Развернув листок, я прочел написанную корявым почерком, с орфографическими ошибками записку: «Кончай Злату кадрить, фраер, а то зубы свои по полу собирать будешь переломанными руками».