Любовь и виски - Смолвидж Грег - Страница 8

– Какой вопрос?

– Чем вы занимались в прошлый четверг около полуночи?

– Издеваетесь?

– Совсем нет, я был бы очень рад услышать «ровно тем же, что на этих фото».

– Выкладывайте всё. И без дешёвых спектаклей.

Чувством юмора инженер явно не обладал, хотя в его положении действительно можно разволноваться.

– Хотите сигарету?

– Спасибо, не курю!

– А я вот курну с вашего разрешения. – Я задымил. – Никаких претензий к вам лично у меня нет. Я частный детектив, и один мой клиент сильно беспокоится.

– Так вас жена наняла??? – Филипс побелел.

– Вовсе нет. Понимаю, вы переживаете. Я объясню. Мой клиент будет счастлив, если вы подтвердите, что ночь с четвёртого на пятое июля провели с Евой, то есть с Шэрон. Я отдам вам фотографии и больше не появлюсь.

– И только? Да у вас этих фотографий шкаф небось целый! – Филипс всё ещё косился недоверчиво. – И давно вы за мной шпионите?

– Очень. Со вчерашнего дня. Я понимаю вашу неприязнь, но поверьте, никакого подвоха, показания Мартина Филипса крайне важны для нас.

Я специально приплёл термин «показания» и упомянул инженера в третьем лице для придания беседе оттенка официальности.

– И если можно, со всеми подробностями. Ну, почти со всеми. – Я ободряюще улыбнулся.

– Слушайте, я женат, дорожу работой, меньше всего на свете мне нужна огласка, слухи. Понимаете?

– Прекрасно. Значит, мы говорим на одном языке. Так мне повторить вопрос?

– Сдаюсь. С Шэрон или как там её, мы встречались несколько месяцев, почти каждый четверг в борделе, хотя, полагаю, вам это и так известно.

– Не всё. Меня интересует ваша версия. Особенно про четвёртое июля.

– А что четвёртое? Праздник отмечал с семьёй. Но вечером всё равно дежурство, так что подозрений никаких. Я вообще по четвергам допоздна на работе, с алиби проблем нет.

– В котором часу встречались?

– Как обычно, около двенадцати.

– Орловски упоминала что-нибудь о дальнейших планах?

– Смеётесь, она мне кто, мать?

– Ясно. А ничего странного в ту ночь не заметили? Нервозности с её стороны?

– Да нет, рядовая е…ля, делов-то.

– В ваших же интересах ничего ей не сообщать. Ева известная шантажистка, вы бы поаккуратней с ней.

– Да я теперь на пушечный выстрел к этой шлюхе не подойду!

– Хорошо. Моё любопытство удовлетворено. – Я протянул Филипсу конверт.

– А других у вас точно нет? – Инженер не мог определиться: скакать от радости или негодовать.

– Даю слово. Единственно, могут возникнуть новые вопросы касательно моего расследования. Насчёт верфей.

– Ради Бога. Выбора, как я понимаю, у меня всё равно нет.

– Я бы не стал так драматизировать. Живите спокойно и будьте осмотрительней в связях, мой вам совет. Chao! – Я хлопнул инженера по плечу!

Bingo! Оказаться в двух местах одновременно не смог бы и сам Max Malini. Показания выбиты! За шахматную доску с чистой совестью!

July 12, 1963, Friday, 6:15 p. m.

Bath, 137 Lincoln St, Hatchet’s Hall

– Шлюхи на месте преступления не было. Сто процентов! – Для солидности я закинул ногу на ногу.

Мы расположились в гостиной, на знакомом диване. Платье Анны казалось даже более откровенным, чем три дня назад, а цвет темнее – испепеляюще чёрный. Длинные волосы того же оттенка на этот раз были распущены. Из украшений – золотые цепочка и браслет. Макияж безупречен, взгляд холоден. Последняя женщина, представшая предо мной в подобном образе, пыталась меня соблазнить. Я, конечно, не прочь, но для начала бы всё-таки выпил.

А то отвлекаешься-отвлекаешься. Я попытался абстрагироваться от вожделения женских прелестей и крепкого алкоголя. Дисциплина прежде всего! Отчёты о проделанной работе в этом смысле помогают. Так что докладывать люблю. И Орловски я специально окрестил совсем уж уничижительно.

– Доказательства надёжны, как швейцарский часовой механизм. Четвёртого июля в полночь шлюха обрабатывала другого. Инженера верфей Филипса, если вам интересно. Он раскололся. После того как я поднадавил.

Анна опешила. Видимо, с ней надо помягче.

– Давление исключительно психологическое. Без рукоприкладства. Подробности опускаю, но наглое враньё со стороны проститутки – факт медицинский. Кроме того, в её квартире я застал визитёра. Догадайтесь откуда? С верфей! Пришлось нейтрализовывать…

Анна аж побелела.

– Ничего страшного! Тюкнул маленько, да и всё. Я, признаться, подумал, что это вы его туда направили, для контроля, так сказать…

Анна по-прежнему не могла вымолвить ни слова.

– Ясно, погорячился, только деятель этот явно что-то искал. Может, выпьем? За успех операции?

Анна сама понеслась за бутылкой. Произвести впечатление – один из самых важных навыков в моей работе.

– Льда поменьше.

– Так что… он искал? – Вдова с ходу осушила полстакана.

– Понятия не имею.

До получения вестей от Честера о марке со слоником решил помалкивать.

– Мне удалось удовлетворить… вашу просьбу? – Я не спеша потягивал виски.

– Меня очень интересует этот визитёр! – чуть ли не с мольбой пролепетала Анна.

– Разумеется, но со своей-то задачей я справился, ведь так? Муж ваш никого не снимал. А чем он там занимался в загородном доме – это уже не ко мне.

– Умоляю вас, найдите мне человека с верфей! Я хочу знать, что случилось с Виктором!

– Temper your passion, lady. Человек этот может оказаться обычным сутенёром. Кроме того, я правильно понимаю, что вы хотите предложить мне новый контракт?

– Вытрясите из этого мерзавца всё!

– Анна… – Я поставил стакан и наклонился вплотную к её лицу.

Резко потянуло приобнять вдовушку. Голос мой посерьёзнел в первый раз за всё время нашего общения:

– Либо вы шаг за шагом выкладываете факты, либо из игры я выхожу. Не обижайтесь. Рассказывайте всё, а уж потом решим, что предпринять.

– Хорошо. – Анна выдохнула. – Официальной версии я не верю. Слышите? Не верю! Да, Виктор не был пай-мальчиком. Но и на самоубийство он так просто не пошёл бы!

– Вы полагаете, его могли… подтолкнуть? Тогда давайте с самого начала.

– Just a second…

– Хлебните для храбрости.

– Oh, Thanks. – Анна вновь приложилась к стакану. – Четвёртого июля мы должны были отправиться в отпуск на Гавайи. Беды ничто не предвещало. Перед отъездом решили устроить торжественный обед, Виктор пригласил шерифа Бадлоу. Всё прошло непринуждённо, Пит принёс в подарок бутылку виски. Шотландский… Как же его? «Glenfiddich straight malt»! Ещё бутылка треугольная. Муж собирал алкогольные этикетки, особенно редкие, и такой у него не было.

– Кажется, мы говорили про эту бутылку. А что за фрукт этот Бадлоу?

– Да, бутылка приобщена к делу. А что до шерифа… Мне он никогда не нравился, но с Виктором они были дружны. Никаких претензий к Питу у меня нет.

– Хорошо, дальше.

– Мужчины уединились в кабинете, поговорить за стаканчиком. Мы с детьми стали собираться. После того как Пит ушёл, Виктор позвал меня и объявил, что ему придётся остаться в городе – возникли неотложные дела. Что случилось? – спросила я. Может, отменить поездку? «Ни в коем случае, работа не должна мешать нашему семейному отдыху. Я присоединюсь к вам, когда всё прояснится».

– Что прояснится? Идеи есть?

– Никаких! Все эти разговоры про долги я считаю полным бредом.

– А Бадлоу? Как он объяснил странное поведение вашего мужа? Ведь именно после разговора с ним Виктор принял решение остаться в городе.

– Конечно, я спрашивала. Якобы муж ни словом не обмолвился о том, что собирается откладывать отпуск, они обсуждали потрясшее весь город убийство священника. Если вы в курсе. Немного выпили. Виктор был в нормальном расположении, совершенно не упоминал ни о каких долгах или проблемах.

– И вы верите?

– Не знаю. Пита мне упрекнуть не в чем, смерть мужа он принял болезненно, в кратчайшие сроки провёл расследование.