Любовь и виски - Смолвидж Грег - Страница 12

– So hard to play with you, brother!

Мад еле заметно улыбнулся:

– Это я ещё не в форме!

На этом первый день турнира завершился. Промежуточный результат – четыре очка из четырёх возможных. Правда, и соперников серьёзных я пока что не увидел. Пожалуй, Ланкастер – единственный, кто способен создать реальные проблемы. Абсолютный результат только у нас двоих. Всё решится завтра в очной встрече!

Но беспокоил меня совсем другой человек. Он что, и правда шахматист??? Очень слабо верится… Да и имя, скорее всего, липовое. В противном случае я мало что понимаю.

Народ потихоньку расходился. У самых дверей я догнал этого Мада:

– Дружище, где у вас тут наливают? Нормально так!

Трент посмотрел на меня с небольшим прищуром:

– А, не местный? Have you ever been to «Frankie’s»?

День шестой

July 14, 1963, Sunday, 11:15 a. m.

Bath, 87 Pearl St, Chess Club

Погода в Bath’е переменчива: утро выдалось прохладным и пасмурным. С трудом преодолевая лень, я сумел подняться около восьми – пора входить в режим. Вчера хоть и позволил себе пропустить пару стаканчиков с Трентом Мадом, ретировался засветло, ссылаясь на необходимость соблюсти предельную трезвость мышления (oh, God) в предстоящих баталиях.

Верзила только ухмыльнулся в ответ. Плевать, главное, контакт налажен. Подмывало, конечно, продемонстрировать, как умеют пить ребята из August’ы. Но сдержался. В другой раз. Так что сегодня чувствую себя превосходно. Шансы на победу велики, не растерять преимущество – вот задача на второй тур.

Завтракал в гостинице: крепкий кофе с круассаном, и я в нужной кондиции. В этот раз прибежал с запасом. Джек, вчерашний типчик с регистрации, курил у входа. Накрапывающий дождик загнал участников турнира в душное помещение. Я замедлил шаг:

– Привет коллеге-шахматисту!

«Коллега» чуть заметно улыбнулся:

– Привет и вам. Сегодня играем в клубе. Думаете кубок взять? – Он выпустил струю дыма.

– Загадывать не люблю, но почему бы не попробовать?

– Интересно будет посмотреть на вас с Ланкастером. Вообще, я удивлён. Думал, мистер Дейр – очередной выскочка, мнящий себя Капабланкой.

– Как можно? Я новый Ботвинник!

Мы посмеялись. Внутри вовсю кипела шахматная жизнь. Игроки толпись у стенда с турнирной таблицей, волонтёры расставляли доски, supervisor’ы громко обсуждали что-то в уголке оргкомитета. Обожаю эту суету!

Я сел за первый стол, прикрыв глаза. Ристалище лидеров! Три, два, один. Поехали! Самый принципиальный поединок. Напротив меня Сэм Ланкастер. Да, вчера мы вежливо пообщались, он любезно заступился за приятеля, но сегодня всё иначе. Соперника недооценивать нельзя.

Ланкастер вообще не смотрит в мою сторону, лишь изредка бросает взгляды исподлобья. Худощавый и светловолосый, он аккуратно гладит фигуры своими длинными, как у пианиста, пальцами. Неужели я имею дело с перфекционистом? Мне вдруг представилось, как он так же нежно расставляет ферзей с ладьями, обдумывая очередной ход в нашей партии по переписке.

Необычно наконец-то сесть за стол с человеком, с которым уже больше года играешь удалённо. Что ж, остаётся только поблагодарить почту за оперативность передачи ходов.

Но первая очная встреча пошла совсем не так, как планировалось. Я привык атаковать. Брать противника темпом, напором мышления, а Ланкастер ушёл в глухую оборону, взломать которую «нахрапом» никак не удавалось. Я пробовал и так, и этак, но всё тщетно.

За собственным королём тоже пришлось приглядывать. С этими «тихонями» ухо надо держать востро: проморгал дерзкую комбинацию, и прощай, ладья! Но случилось непредвиденное. В пылу борьбы я совсем забыл о времени. Детская ошибка, пустяк – не уследив за часами, очутился в цейтноте, а там и вовсе без своих минут. Поражение.

Даже не знаю, как это объяснить… Такое действительно произошло впервые.

– Не расстраивайтесь, – Сэм откинулся на спинку стула, – я и сам порой, заигрываясь, теряю эти коварные стрелки.

– Не стоит меня утешать. Скажите прямо: «Мик – ты простофиля».

Ланкастер улыбнулся, протянув руку для пожатия:

– Бросьте, дружище. Не наговаривайте на себя. Позиция-то у вас была лучше, просто времени не хватило.

– Что-то часто стало мне его недоставать… – Я пожал протянутую руку.

July 14, 1963, Sunday, 4:55 p. m.

Bath, 113 Center St, Pancakes’ Cafe

А «Eggs Benedict» в том кафе под «International House of Pancakes» оказались вполне сносными. Ещё бы! Добрый глоток пива улучшит вкусовые качества даже холодной овсянки. Я уплетал ленч, угрюмо поглядывая на бронзовую статуэтку в уголке столика. God damn right, на бронзовую! После досадного поражения от Сэма Ланкастера меня ждал следующий неприятный сюрприз. Misfortunes never come singly![6]

Затрапезного вида оборванец заставил попотеть ещё больше. Глоток пива.

– Спинни! – лаконично представился он.

Грязный плащ, щетина, фетровая шляпа и… настоящая американская улыбка. Даже удивительно. Идеально белые зубы.

– У стоматолога в жизни не был! – Чувствовалось, что забулдыге доставляет немалое удовольствие приводить в замешательство своим контрастным видком.

Более того, он явно гордился прекрасным состоянием ротовой полости, чем козырял при каждом удобном случае. В остальном внешний вид очередного соперника свидетельствовал, что выпить этот Спинни не дурак, но с деньжатами на подобные развлечения у него, видимо, серьёзные напряги.

– Дейр. И как это вам удаётся?

– Это семейное. И пальцем не ударил, зато не потерял ни одного зуба. Не то что старина Сэм…

– Вы о мистере Ланкастере?

– Ага. У него на нижней челюсти родных зубов вообще нет. Одни эти… как их? Имплантаты! Вот он, бедный, и мотается то в Portland, то вообще в другой штат чуть ли не каждый месяц. Профилактика, там, диагностика… Житья нет! Не дай Бог никому!

Да уж… Безобидный трёп привёл к явной недооценке соперника. То ли от того, что в уме я всё ещё прокручивал предыдущую партию, то ли потому что Спинни на самом деле чего-то стоил в шахматном искусстве, одолеть его я не сумел. На тридцать четвёртом ходу пришлось соглашаться на делёж очков.

Грёбаные шахматы реально вывели из себя. Теперь ведь точно скажут: приехал дурачок из столицы. А «золото» предсказуемо взял Ланкастер. Да, нагнули меня славно.

Вот и остаётся теперь только пялиться на несуразное бронзовое изваяние. Ещё глоток. Но кроме самого старины Дейра винить в поражении, разумеется, некого. И вообще пора перестать считать себя несостоявшимся чемпионом. Не смог «натянуть» не самую сильную компанию – пенять не на кого! А раньше такое выдавал, что хоть сеансы одновременной игры устраивай. Последний глоток. Пусто!

– More booze!

Неторопливо поставив пиво «Coors» на стол, официантка долго не могла найти, чем откупорить бутылку. Все карманы обшарила. Делала она это, правда, не слишком быстро. Я поднял глаза.

– Может, мне поискать? – Немного грубо, но я был не в том настроении, чтобы играть в вежливость.

Она улыбнулась.

– Куда-то делась. Схожу до стойки.

– Да я и сам открою! – крикнул я вслед.

– Об стол не долбить!

Никто и не собирался. Зажигалка-то на что? Резкий «чпок», и пенный напиток снова со мной. Возможность отведать «Coors» в наших краях представляется нечасто. В северные штаты эту марку завозят с перебоями. Но хоть в чём-то же должно повезти сегодня!

А теперь к делу. Трент Мад меня не узнал, это точно. Зато я его вычислил безошибочно. Вроде бы даже вышло наладить какие-никакие приятельские отношения. Правда, сегодня его что-то видно не было.

Я бросил взгляд на часы – только пять. А стрелку мы забили на восемь. Время есть, заеду-ка я к Анне!