Долгий уик-энд - Генри Вероника - Страница 19

Составляемое Лукой меню всегда было коротким, изменчивым и спонтанным. Оно включало как старые излюбленные блюда, так и плоды экспериментов, и целиком зависело от товара поставщиков и настроения шеф-повара. Лука провел пальцами по большому куску свиной грудинки – ее он запечет в духовке, пока она не зарумянится, не станет восхитительно хрустящей. На гарнир приготовит ревень – в корзине зеленщика красуются зелено-розовые стебли. Лука пощупал круглобокие груши, к которым прекрасно подойдет карамельный соус и миндальная крошка.

Осталось проверить выпечку. Времени на то, чтобы готовить хлеб самостоятельно, у шеф-повара «Приюта» не было, а нанять для этого еще одного человека по нынешним временам оказалось накладно. Поэтому выпечку заказывали пожилой женщине, которая до выхода на пенсию занималась кейтерингом. Лука недовольно поморщился – булочки с орехами, похоже, пересушены. Он с подозрением ткнул в них пальцем. Так и есть, жесткие и темные. Лука оторвал кусок лакомства, попробовал, скривился.

– Фред! – гаркнул он, разламывая надвое песочную сырную палочку и одобрительно кивая. – Скажи этой, как ее там, пусть заменит булочки с орехами. Эти не годятся. – Лука швырнул огрызок через всю кухню в мусорное ведро. – Так, сегодня вечером я жду очень важных гостей. Еда должна быть непревзойденной. Пораскиньте мозгами и придумайте меню. – Глаза у него весело сверкнули. – Победителю – пятьдесят фунтов!

Помимо всего прочего, иногда он был очень щедрым.

Лука вытащил из ящика чистую бандану зеленого цвета, повязал на голову.

– Ну что, поехали!

– Анжелика… Я сбегаю на почту. – Клэр схватила стопку конвертов. – Буклеты надо разослать сегодня.

– Хорошо. Я тебя подменю. – Анжелика удивленно подняла взгляд. Начальница никогда не отправляла почту лично.

– Спасибо. – Клэр сунула письма в сумку и поспешила к выходу.

На крыльце, по обе стороны которого росло два благородных лавра, она посмотрела сначала налево, потом направо. Пеннфлит – городок маленький. У Ника не так уж много вариантов, куда пойти. Слева от отеля – несколько магазинов, дальше дорога вьется к яхт-клубу; вряд ли Ник отправился туда. Клэр повернула направо и быстро зашагала по улице, оглядываясь по сторонам в поисках знакомой русой головы. Сияло солнце, медленно прогуливались люди. Несущаяся куда-то женщина им не нравилась; она нарушала окружающую идиллию. Такое поведение ассоциируется с часом пик, с метро – но никак не с началом солнечных выходных.

Клэр бросала мимолетные взгляды в каждый магазин, мимо которого проходила, – вдруг Ник там? Булочная со свежими бутербродами и пышными, липкими от глазури пирожными. Крошечный книжный магазин, перебивающийся случайными заработками от продажи бестселлеров, детективов, карт и путеводителей. Элитный магазин дорогих сувениров, которые никому не нужны, но которые почему-то пользуются спросом у отдыхающих. Нику такое не нравится. Антикварный магазин. Клэр всмотрелась в его темную глубину, но Ника не обнаружила – лишь коронационный фарфор, лампы в стиле ар-деко да кружевные скатерти. Кулинария, в которую она посоветовала ему зайти за пирогами, – тут выстроилась внушительная очередь, однако Ника в ней не было. «Белый лев»? Сомнительно, не его уровень. Она проверит и там, но позже, если в других местах поиски не увенчаются успехом. Лавка с открытками, небольшие кафе… Ник как в воду канул. Клэр заскочила в газетный киоск – может, он решил купить журнал или «Кит Кат»…

«Кит Кат» Ник любил. Они часто уплетали один батончик на двоих, лежа в постели. Она помнила хруст обертки, следы от шоколада на простыне… Помнила, как они кормили друг друга. И шоколадные поцелуи.

У газетного киоска Ника тоже не было.

Клэр дошла до конца улицы. Оставалось обойти магазины сзади и по набережной возвратиться к отелю. Она свернула за угол и зажмурилась от ослепительных бликов солнца на воде. Вскинула руку козырьком, прикрывая глаза и вглядываясь в людей у кованого парапета. Открывающийся отсюда морской пейзаж каждый раз радовал сердце, но сейчас ей было не до того.

На Клэр косились – вид у нее, должно быть, безумный. Она не хотела привлекать к себе внимание и замедлила шаг. На набережной отдыхающих оказалось еще больше, чем в центре: кто-то лакомился мороженым, кто-то бросал крошки от пирога чайкам, – те радостными криками приветствовали новое блюдо в своем рационе. Клэр осмотрелась. В основном молодые семьи с малышами да пожилые пары; школьники, видимо, еще на занятиях. Невдалеке сбилась в кучку толпа пенсионеров, приехавших на однодневную экскурсию и боящихся потеряться. Все столики возле «Белого льва» заняты; загнанная официантка снует туда-сюда с панированными креветками. Эта картина напомнила Клэр о работе: у них на террасе скоро тоже будет не протолкнуться, да и постояльцы вот-вот начнут съезжаться. Пора назад.

Клэр обхватила себя руками за плечи и побрела к «Приюту». Зачем она сюда помчалась? Какая муха ее укусила? Что она скажет Нику, если найдет? И что подумает Лука, если узнает о ее отлучке?

Клэр подняла взгляд и увидела Ника. Он стоял к ней спиной; облокотился о парапет в конце пристани и вглядывался в воду, плещущуюся о серую кирпичную стену. Она узнала бы его со спины где угодно – по светлым волосам, сходящимся на затылке в мысок.

До него оставалось двенадцать шагов… семь…

– Ник.

Он обернулся.

Клэр приближалась медленно, но на последних шагах не выдержала, рванулась навстречу. Ник привлек ее к себе.

Он пах, как раньше. «Персилом», «Маст де Картье» и… Ником. Господи! Если бы не его запах, она, возможно, устояла бы. Но Клэр вдруг показалось, будто она вернулась домой. Такое долгожданное чувство… Нет, целоваться нельзя. Ник прижимал ее все крепче. Что это – объятия старого друга или нечто большее?

– Я не знаю, что делать, – звенящим от слез голосом пожаловалась она. – Не знаю, что думать.

– Куда ты пропала? – Ник нежным движением убрал с ее лица волосы. – Я тебя искал, искал, но ты исчезла с лица земли…

– Ты сказал, что больше не хочешь меня видеть. – Рот Клэр прижимался к груди Ника, поэтому говорила она глухо.

– Я же не всерьез. Сгоряча.

Клэр посмотрела на него влажными глазами. Слезы останавливать бесполезно. А если ее заметит кто-нибудь из знакомых? Ну и пусть!

– Я же не знала, – прошептала она. – После того, что случилось, я думала, ты говоришь всерьез.

– Мы были детьми. А вокруг творилось такое… У меня в голове не укладывалось. – Он на мгновение зарылся лицом в ее волосы. Она пахла, как раньше. Словно и не было двенадцати лет разлуки. – Да и сейчас не укладывается.

Они стояли, прильнув друг к другу. Вокруг толпились люди, не обращая никакого внимания на их беду. Разве можно объясняться здесь, на глазах у всех?

– Мы выбрали не самое лучшее место, – пробормотал Ник.

– Да уж. Мне нужно в отель, – отозвалась Клэр. – Сейчас народ съезжаться начнет.

Как странно говорить о том, что происходит здесь и сейчас, когда их поглотило прошлое.

– Мне, наверное, лучше уехать.

– Нет! – В голосе Клэр послышались истерические нотки. Она постаралась взять себя в руки. – Нет. Мы оба выросли. Зачем рушить все планы? Это ничего не меняет. Просто мы наконец-то заключим друг с другом мир. Успокоимся и будем жить дальше.

Ей не хотелось, чтобы он уезжал. Не хотелось терять его из виду. Но нужно сохранять хладнокровие. Если Ник решит, что эта поразительная случайность значит для Клэр слишком много, он может броситься наутек. Мужчины плохо переносят сюрпризы.

– Твои друзья будут разочарованы. – Она ободряюще улыбнулась, воплощение идеального спокойствия и благоразумия.

– Да. Они хотели устроить мне классный отдых. Это мои сотрудники. Если я сбегу, они решат, что я чокнулся.

– А Феликс с Недорослем приедут? – При мысли о братьях Ника сердце Клэр снова забилось сильнее. Воспоминания, воспоминания…

– Нет. Не смогут. Мы с ними договорились оттянуться в четверг. Пойдем в «Герб Мимсбери».