Гонконг: город, где живет кино. Секреты успеха кинематографической столицы Азии - Комм Дмитрий Евгеньевич - Страница 22

Фильмы Джона Ву и Ринго Лама с их гипертрофированным урбанизмом и взвинченной, истеричной атмосферой действия, где хэппи-энд был редкостью, а гибель героев в финале – почти правилом, идеально отвечали невротическому самоощущению гонконгцев в преддверии воссоединения с Китаем. Что и предопределило их колоссальную популярность у гонконгской аудитории в конце 80-х годов, в полном соответствии с утверждением Ринго Лама: «Мои фильмы рождаются изнутри моей собственной психики. Я человек, я – часть этого мира, и то, что я чувствую, могут чувствовать и другие»[23]. Как следствие, начиная со второй половины 80-х и до середины 90-х годов, гонконгская кинематография выпускает десятки полицейских и гангстерских фильмов в традициях «героического кровопролития». Среди наиболее ярких: «Стрелки» (1988) и «Бюро по борьбе с организованной преступностью» (1994) Кирка Вонга, «Большая жара» (1988) и «Герой никогда не умирает» (1997) Джонни То, «Мое сердце – это вечная роза» (Патрик Там, 1989), «Момент романтики» (Бенни Чан, 1990).

Снимая «Наемного убийцу», Джон Ву вдохновлялся фильмом Ж.-П. Мельвилля «Самурай» (1967)

Вершинным достижением «героического кровопролития» является, без сомнения, снятый в 1989 году фильм Джона Ву «Наемный убийца». С этой картины, вдохновленной гангстерскими фильмами француза Жан-Пьера Мельвилля и японца Теруо Исии, началась культовая слава гонконгского кино на Западе – и неслучайно. Сюжет об одержимом чувством вины профессиональном киллере (Чоу Юньфат, разумеется) и не менее одержимом чувством долга полицейском (Дэнни Ли), волею судьбы оказавшихся партнерами в противостоянии мафиозному клану, стал в «Наемном убийце» основой для эпической оргии насилия, где все черты «героического кровопролития» доведены до той грани, за которой начинается самопародия. В каждой перестрелке здесь погибает не менее десятка человек, в пистолетах почти никогда не заканчиваются патроны, а снятые рапидом полеты персонажей по воздуху длятся так долго, что начинают напоминать уся (неслучайно постановщиком трюков в этом фильме был знаменитый экшен-хореограф Чин Сютун).

Протестант по вероисповеданию, Ву наполнил фильм христианской символикой, а грандиозную финальную перестрелку мизансценически выстроил как оборону церкви от полчищ варваров. Эта сцена своей масштабностью вызывает ассоциацию с финалом второй серии «Нибелунгов» Фрица Ланга, где горстка персонажей героически противостоит несметным ордам гуннов. Откровенным стремлением поражать воображение зрителя даже не в каждой сцене, но буквально в каждом кадре, Джон Ву сделал «Наемного убийцу» похожим уже не на мюзикл, а на самую настоящую оперу: в его чрезмерности и преувеличенной страстности нетрудно увидеть нечто величественное – это настоящий триумф стиля над содержанием. «По сравнению с „Наемным убийцей“ большинство американских фильмов выглядят так, словно страдают анемией», – печально констатирует Леонард Молтин в своем справочнике Movie and Video Guide.

Хрестоматийный кадр из фильма «Наемный убийца» (1989)

Последовавшая в 1990 году «Пуля в голове» стала результатом конфликта между Джоном Ву и Цуй Харком, до тех пор продюсировавшим его картины. Сценарий этого фильма был изначально написан Ву для третьей серии «Светлого будущего» и представлял собой приквел первых двух серий, рассказывая о юности героя Чоу Юньфата. Действие картины было перенесено во Вьетнам конца 60-х годов и повествовало о приключениях трех друзей из Гонконга, отправившихся туда в разгар войны в надежде быстро разбогатеть. Но Цуй Харк, выросший во Вьетнаме как раз в этот период, справедливо считал, что лучше понимает тамошние реалии, нежели Джон Ву, который там никогда не был. Кроме того, он имел собственные представления о том, как нужно снимать экшен, и, возможно, немного завидовал успеху своего протеже. В итоге он отстранил Ву от съемок, радикально переписал сценарий, введя в него femme fatale в исполнении Аниты Муи, и сам поставил «Светлое будущее – 3: Любовь и смерть в Сайгоне» в 1989 году. Этот фильм отличается характерным для Цуй Харка комиксовым темпом действия и абсурдными сценами экшен, в одной из которых Анита Муи стреляет с обеих рук уже не из пистолетов, а из автоматических винтовок. Тем временем, конфликт между Ву и Цуй зашел так далеко, что во время работы над «Наемным убийцей» съемочная группа фактически осталась без финансирования, и менеджеру Джона Ву Теренсу Чану пришлось в спешке договариваться с другой компанией, Golden Princess, чтобы суметь завершить фильм. Рассказывают, что Джон Ву и Цуй Харк, некогда считавшиеся лучшими друзьями, не разговаривают и по сей день.

После этого Джон Ву ушел с Film Workshop и поставил свой оригинальный сценарий «Светлого будущего – 3» под названием «Пуля в голове» в качестве независимого продюсера. Увы, этот проект ждала неудача в прокате. Возможно, гонконгская публика просто не была готова смотреть два фильма на вьетнамскую тему подряд. Или же дело в том, что в картине не принимал участия Чоу Юньфат (главные роли сыграли Тони Люн, Джеки Чун и Уайз Ли). Но, скорее всего, проблема заключается в том, что в картине продолжительностью 136 минут оказалось слишком мало фирменных перестрелок шоустопперов Джона Ву: на сей раз он сконцентрировался на психологических нюансах и развитии характеров, что никогда не было сильной стороной его таланта. Вместе с тем, этот причудливый ретроэпос, снятый под влиянием «Охотника на оленей» Майкла Чимино, может считаться одним из самых личных фильмов Ву. Сцены в бедном квартале Гонконга 60-х годов, где живут трое друзей, вдохновлены юношескими воспоминаниями режиссера, а предательство одного из них в кульминационный момент недвусмысленно отсылает к истории взаимоотношений Джона Ву и Цуй Харка.

Джон Ву сделал выводы из провала «Пули в голове». Его следующая картина – «Вор в законе» (1991) – представляла собой динамичное и непритязательное объяснение в любви старым «каперским» фильмам 60-х годов, историям об обаятельных мошенниках, таким как «Афера Томаса Крауна», «Топкапи» и «Как украсть миллион». Ву придал этому фильму элегантный, европеизированный облик (изрядная часть съемок проходила во Франции), а один из шоустопперов превратил в настоящий музыкальный номер: сцена на благотворительном балу, где троица симпатичных жуликов в исполнении Чоу Юньфата, Лесли Чуна и Шери Чун крадет у директора аукциона ключи от сейфа, поставлена как серия сменяющих друг друга танцев, а кульминацией ее становится танец Чоу в инвалидном кресле. Эпизод же похищения картины Поля Дезире Троильберта «Служанка гарема» недвусмысленно объясняет, почему Том Круз впоследствии пригласил именно Джона Ву для постановки фильма «Миссия: невыполнима – 2». Есть в «Воре в законе» и балетная перестрелка в финале, однако на сей раз она сделана в комедийном ключе.

Новый стиль экшена в «Круто сваренных» (1992)

Наконец, последний гонконгский фильм Джона Ву, созданный в жанре «героического кровопролития» – «Круто сваренные» (1992), является настоящей энциклопедией этого направления. Ву снимал эту картину уже фактически имея в кармане билет в США и вложил в нее все, что знал и любил в кино, словно предчувствуя, что больше ему уже не придется иметь такой творческой свободы, какой он располагал в безумном гонконгском кинопроизводстве той поры. Например, восьмиминутная сцена в чайной могла бы стать кульминацией для любого голливудского боевика, но в «Круто сваренных» она служит всего лишь прологом действия. Джон Ву буквально начинает свой фильм там, где режиссеры типа Джеймса Кэмерона и Майкла Бэя их заканчивают.