Гонконг: город, где живет кино. Секреты успеха кинематографической столицы Азии - Комм Дмитрий Евгеньевич - Страница 1

Д. Е. Комм

Гонконг: город, где живет кино. Секреты успеха кинематографической столицы Азии

Гонконг. Город, где живет кино

Эта книга имеет цель познакомить читателя с основными этапами развития одной из самых влиятельных кинематографий наших дней, ее художественными и идейными поисками, а также социокультурным контекстом, в котором она существует. Данный труд не является энциклопедией гонконгского кино и не претендует на то, чтобы представить его детальную хронологию.

Все гонконгские фильмы имеют два названия: китайское и англоязычное. Оба эти названия являются официальными, поскольку даются самими создателями картины в момент ее выхода на экран. Как правило, оба они присутствуют в титрах фильма. Китайское название предназначено для внутреннего рынка, англоязычное – для международной аудитории. Разумеется, в тексте использованы переводы англоязычных названий.

Читателю, не знакомому со спецификой азиатских языков, полезно знать, что в китайских именах фамильный иероглиф всегда идет первым. Пример: в имени Чоу Юньфат Чоу – это фамилия. Большинство гонконгцев имеют также европейские имена; в этом случае к написанной латиницей фамилии спереди добавляется имя. Пример: Люн Цзывай = Тони Люн.

Унифицированной и официально утвержденной системы транскрибирования китайских имен и терминов в русском языке не существует; все справочники носят рекомендательный характер. Общепринятая русская транскрипционная система Палладия, равно как и китайский фонетический алфавит (КФА) на латинице, воспроизводят нормы произношения на путунхуа (мандарине), в то время как в Гонконге говорят на кантонском диалекте, в котором практически все иероглифы звучат иначе. Системы русскоязычной транскрипции кантонского диалекта нет. На Западе же имеется сразу несколько систем романизации кантонских слов, а потому в различных текстах можно встретить одни и те же имена, написанные по-разному.

При транскрипции имен гонконгских кинематографистов я стремился ориентироваться на их кантонское произношение (когда знал его), в ряде случаев использовал пособие Л. Р. Концевича «Китайские имена собственные и термины в русском тексте» (Москва, 2002) или прибегал к калькам с наиболее распространенного написания латиницей. Если в российском киноведении уже существовало устоявшееся написание имени кинематографиста, я использовал его, даже когда оно заведомо являлось ошибочным. Примеры: Цуй Харк, Вонг Карвай. Разумеется, без неточностей в таком деле обойтись не могло, а потому я буду признателен читателям за поправки и дополнения.

Я благодарю Анжелику Артюх и Андрея Плахова за помощь и поддержку при написании этой книги.

Дмитрий Комм,

сентябрь 2014 года

Вместо предисловия

Пять причин, по которым я люблю азиатское кино

В последнее время, когда я смотрю фильмы из Европы, Америки, России, то уже с первых минут начинаю испытывать странное неудобство. Возникает ощущение, что чего-то не хватает, отсутствует важная составляющая, без которой фильм просто не может быть удачным.

После некоторого размышления я понял, чего мне не хватает в этих картинах. Азиатов. Японских, китайских или корейских фамилий в титрах. Каким-то образом, за годы отсматривания дюжины фильмов в неделю я, сам того не осознавая, пришел к мысли, что кино и Азия – это своего рода синонимы. А фильм без азиатов – оксюморон, нечто вроде безалкогольного коньяка.

Любопытно, что европейские и американские картины, снятые до 1980-х годов, не вызывают у меня подобной реакции. Я бесконечно могу пересматривать «Сладкую жизнь» или «Кабаре», чего не скажешь об «Аватаре» или «Догвилле». Озадаченный этим открытием, я задумался о его природе и в итоге сформулировал пять причин, по которым азиатское кино является сегодня, с моей точки зрения, лучшим в мире.

1. Кино в Азии по преимуществу зрительское и жанровое. Большинство крупных азиатских кинематографий почти не получает субсидий и дотаций от государства. Тамошних кинематографистов почему-то не привлекает перспектива пихаться локтями у государственной кормушки. Они ориентируются не на заказ сверху, а на спрос снизу, и кропотливо, годами, формируют и воспитывают собственную аудиторию. В Азии также отсутствует система блокбастеров и пакетного производства (только в последние годы эта ситуация начала меняться). Бюджеты большинства фильмов относительно скромны, а значит, азиатским кинопроизводителям приходится рассчитывать в основном на увлекательность сюжетов, харизму звезд и мастерство режиссеров – как в эпоху Золотого века Голливуда. Одним словом, типичная азиатская киноиндустрия – это честная девушка, зарабатывающая на жизнь своим трудом, а не находящаяся на чьем-либо содержании.

2. Азиатские кинематографисты обладают высоким профессионализмом. Профессиональное мастерство в кино – это не когда картинка глянцевая, а каждая минута фильма стоит миллион долларов (как убеждены некоторые студенты наших киношкол). Наоборот – непрофессионально и безнравственно тратить на производство фильма деньги, на которые можно было бы накормить целую африканскую страну. Вот сделать фильм для трех актеров – он, она и бритва – и поддерживать напряжение в этой камерной истории на протяжении полутора часов – это, действительно, испытание мастерства. Профессионализм – это когда режиссеры занимаются режиссурой, а не самовыражением, сценаристы пишут тексты, а не словесный понос; когда женщины на экране – яркие и сексуальные, а мужчины выглядят как мужчины, а не как Леонардо Ди Каприо. И еще это значит – уважать свою аудиторию. Тот, кто считает публику быдлом, не способен снять хорошее кино по определению. (Русские режиссеры и продюсеры часто используют стыдливый эвфемизм «массовый зритель», который, по сути, означает то же самое.)

3. Азиаты сегодня производят лучшие образцы почти всех существующих жанров. У некоторых кинематографий есть свои «фирменные блюда»: например, корейцы лучше всех делают триллеры и мелодрамы, Гонконг же никому не уступит по части гангстерских и полицейских фильмов, а также романтических комедий. Что касается японцев, то они хороши во всем, включая порнографию. Даже Китай в последние три-четыре года выпустил обойму первоклассных жанровых картин, которые еще десять лет назад не имели бы шансов пройти местную цензуру. Были времена, когда киношники из Азии зверски подражали Голливуду, – теперь все наоборот. Уже в конце 70-х годов в голливудских фильмах, типа «Звездных войн» и «Конана-варвара», лучшие идеи были, мягко говоря, позаимствованы из азиатских картин. Сегодня это стало правилом. Все эти «Бешеные псы», «Миссия: невыполнима», «Матрица», «Убить Билла», «Люди Х», «Голодные игры» и так далее есть подражания азиатским фильмам, по большей части меркнущие рядом с оригиналами. А количество прямых ремейков уже побило все рекорды. Азиаты буквально диктуют кинематографическую моду всему миру. Смотрите, что в Азии снимают сегодня, и вы узнаете, чему в Голливуде станут подражать завтра.

4. В азиатских фильмах мы не встречаемся с бэтменами, хоббитами, пауками-мутантами и говорящими плюшевыми медведями. Тамошним режиссерам по какой-то странной причине до сих пор интересны люди и отношения между ними. Сюжеты картин могут быть сколь угодно фантасмагоричны, но действующими лицами в них всегда будут обычные люди с узнаваемыми характерами и продуманными психологическими мотивировками. Что наполняет эти фильмы драматизмом и часто превращает их в высказывания об актуальных проблемах общества. Азиатское жанровое кино – это кино социальной ответственности, которое чутко реагирует на любые изменения в обществе и почти никогда не бывает только развлечением, побегом от реальности. При этом месседж азиатских картин впечатляет гуманизмом. Там немыслимы фильмы с тараканьей моралью «сожри другого, пока он не сожрал тебя». Азиатское кино не только про людей – оно еще и делается людьми, имеющими вполне человеческие представления о том, что такое хорошо и что такое плохо. Их персонажи могут иметь весьма экзотическую мораль, но мы, зрители, всегда чувствуем дистанцию между ними и авторами картины.