Алфи – невероятный кот - Уэллс Рейчел - Страница 3

– Извини, если я не вовремя, просто ты говорила, что Джон собирается в тренажерный зал. Мэтт повел детей в парк, вот я и улучила минутку.

– Чепуха, совсем ты не помешала, входи, – Клэр посторонилась.

– Привет, Алфи, – Полли наклонилась и погладила меня. Теперь-то мы стали добрыми друзьями, а вот когда только познакомились, я старался не попадаться ей на глаза.

Клэр приготовила кофе; подруги сели к кухонному столу, и я устроился поближе к Полли, время от времени касаясь ее хвостом.

– Даже не знаю, стоит ли мне пить кофе, – заметила Клэр, сделав глоток.

– А ты…? – спросила Полли.

– Нет, не беременна, но у меня овуляция.

– Мой тебе совет, подружка, не переживай ты так. Оба раза, как я забеременела своими, я пила – и не только кофе. Не зацикливайся на этом, постарайся расслабиться, – с искренним сочувствием проговорила Полли. Видя, как близко к сердцу она принимает тревоги Клэр, я благодарно потерся о ее ноги.

– Я и сама себе это твержу, – покачала головой Клэр. – Но ты же меня знаешь, я вечно из-за всего переживаю. А уж теперь, когда мы решили завести ребенка… – хозяйка покачала головой. – Мне кажется, я свихнусь раньше, чем это произойдет.

Клэр замолчала. Да уж, понервничать она любит, это я давно понял. Все-таки в проницательности мне не откажешь: было просто гениально с моей стороны познакомить их с Джонататом. Конечно, у Джонатана имелись свои недостатки – как, впрочем, и у меня, – но к Клэр он относился прекрасно. Будучи в каком-то смысле человеком старой закалки, он взял на себя заботу о жене, предоставив ей заботиться о доме, и Клэр это определенно нравилось. Я не вникал во все тонкости их отношений – я же кот, в конце концов, – но старательно мотал на ус. Джонатан вел себя как сильный мужчина, он оберегал Клэр, не давал ей тревожиться и грустить, а она рядом с ним чувствовала себя в безопасности. Он мог и поворчать, но сердце у него было золотое – и полностью преданное Клэр. А люди, как я обнаружил, очень ценят преданность.

– Беспокоиться нормально, но слишком сильно переживать все же не стоит. Ты только посмотри, сколько вокруг нежелательных беременностей. Уверена, эти девицы в последнюю очередь думали о детях, когда раздвигали ноги, – хихикнула Полли.

– Ничего не могу с собой поделать, – вздохнула Клэр. – Хотя ты права, мне нужно расслабиться.

Клэр подошла к буфету, взяла с полки коробку бисквитного печенья и поставила на стол.

– А что думает Джонатан? – спросила Полли, жуя печенье.

– Как настоящий мужчина, считает, что нужно больше стараться и наслаждаться процессом, – заулыбалась Клэр.

– Послушай своего мужа, он правильные вещи говорит! – закивала Полли.

– Знаю, просто у Джона другой характер. Он вспыльчивый, но отходчивый, и, слава богу, не изводит себя по пустякам. Мне кажется, он будет хорошим отцом.

Полли потянулась к Клэр и пожала ей руку.

– Вы оба будете прекрасными родителями. В отличие от меня, – сказала она с грустной улыбкой.

– Сколько можно, Полли, когда ты, наконец, себя простишь? – спросила Клэр.

Когда я познакомился с Полли, она была ужасно подавленной, много плакала и почти не улыбалась. Потом выяснилось, что у нее послеродовая депрессия (это значит, что женщина грустит, родив ребенка). Я привел к ней помощь, когда Полли стало совсем плохо. Генри тогда был чудесным здоровым малышом (сейчас из него получился симпатичный мальчуган), но Полли потребовалось время, чтобы прийти в себя. После рождения Марты она ужасно переживала, что депрессия вернется. К счастью, этого не случилось. У них с Мэттом счастливая семья, и я люблю заглядывать к ним в гости, чтобы поиграть с детьми.

– Думаю, что никогда. В глубине души я понимаю, что ни в чем не виновата, но… Мне так хорошо с Мартой, что я все время чувствую, будто обделила Генри. Ладно, с этим просто нужно смириться. – Полли замотала головой. – Не вздумай переживать еще и за меня! – шутливо пригрозила она Клэр.

– Хорошо, хорошо, – рассмеялась Клэр. – Кстати, моя подруга Таша ходит на иглоукалывание, – вдруг сказала она.

– Фу!

– Таша уверяет, что это совсем не больно. Они с ее парнем давно пытаются завести ребенка и много чего перепробовали. Я тоже подумываю об иголках, но пока не всерьез. Джон и так считает, что чем больше я стараюсь забеременеть, тем больше загоняю себя в своего рода порочный круг.

– Он прав. Я бы ни за что не решилась на иголки, терпеть не могу уколы, – Полли передернуло.

Клэр подлила подруге кофе, и я начал задремывать, пока они болтали о работе и доме, благополучно оставив в покое детскую тему.

– Ну что ж, дорогая, я, пожалуй, пойду, приготовлю своим что-нибудь на обед, – сказала Полли, когда чашки опустели. – Не забудь, завтра приезжает Франческа с мальчиками. Они хотят повидать Алфи.

Я раскрыл глаза и громко мяукнул, заявляя, что тоже хочу с ними повидаться.

– Могу поспорить, кошки понимают все, о чем мы говорим, – проговорила Клэр и взяла меня на руки, чтобы мы оба могли проводить Полли до дверей.

Ох, я, конечно, люблю своих людей, но иногда они, мягко говоря, умом не блещут. Конечно, я понимаю, что они говорят! Я вообще почти все понимаю.

Глава третья

Несмотря на уговоры Тигрицы, мне не хотелось идти на обычную утреннюю прогулку, чтобы не пропустить встречу с Алексеем и маленьким Томашем.

Алексей был первым ребенком, с которым я подружился. Мы познакомились, когда его родители переехали на Эдгар-Роуд, и с тех пор стали не разлей вода. Хоть я любил и его младшего братишку Томаша – странно, почему его назвали так же, как отца? – и, разумеется, Генри и Марту, Алексей все-таки был моим лучшим другом-ребенком.

– Но мы можем навестить дом № 48, – предложил я Тигрице. Это было недалеко от Полли, так что я бы не прозевал приезд Алексея. После пятничной ночи дом так и стоял пустым и оттого казался еще более таинственным. По всей видимости, туда еще никто не переехал.

– Алфи, ничего там не происходит. Раз ты не хочешь гулять, я пойду и посмотрю, что поделывают другие кошки, – ворчливо заявила Тигрица. Тщетно я пытался растопить ее сердце умильным выражением мордочки – подруга на меня даже не взглянула.

– Женщины – вздохнул я про себя (этому выражению я научился у Джонатана).

– Мы потом с тобой поиграем! – пообещал я, но Тигрица фыркнула и удалилась, гордая и неприступная. Я знал, что она какое-то время будет дуться, но потом забудет про обиду. Тигрица не злопамятная – иначе мы бы вряд ли остались друзьями – но иногда показывает характер. Я слышал от Джонатана, что многие женщины так себя ведут, а Клэр всегда сердилась, когда он это говорил. Наверное, потому что он все-таки прав.

Я в одиночестве прохаживался по палисаднику перед пустующим домом. Люди, жившие в нем раньше, снимали жилье на паях: пятеро молодых специалистов, так называла их Клэр. Ребята они были неплохие, но все время где-то пропадали и не интересовались кошками, так что знакомства у нас не получилось.

Сейчас дом казался совсем необитаемым. Я по-прежнему терялся в догадках, почему новые владельцы перевезли вещи глубокой ночью, а сами вселяться не стали. Бессмыслица какая-то. Для верности я запрыгнул на невысокий подоконник, но за окном гостиной виднелись только коробки и кое-какая мебель. Соскочив обратно на землю, я принялся рассеянно размышлять, какими будут следующие жильцы. Мне представлялось милое семейство, возможно, с детьми – только постарше, дошкольников в моей жизни и так хватает. А вдруг, на мое счастье, они любят рыбу (ту, которая на тарелке, а не в аквариуме)? Тогда я не останусь без вкусного угощения! Главное, чтобы они не оказались любителями собак…

Поежившись от последней мысли, я пересек палисадник и направился к Полли. Когда я только познакомился с ней и Мэттом, они снимали квартиру, но потом обзавелись собственным домом, очень славным и уютным. Полли потратила немало сил, украшая его, и теперь обстановку гостиной оживляло множество картин, фотографий и ярких подушек. О моем удобстве она тоже не забыла и купила специальную кошачью лежанку. В конце концов, это ведь мой второй дом.