Каждые пятнадцать минут - Скоттолине Лиза - Страница 61

Эрик понимал ее состояние. Полиция так же, как и он, соблюдала профессиональную этику – и поэтому Мэри осталась в полном неведении и в ярости.

– Я говорю копам, я типа ищу своего сына и его мозгоправ велел мне его искать, а они говорят, что это все в другом участке и они ни при чем. А я говорю им, что нет вообще никаких доказательств, что он ее знал и что вообще не должны ничего такого думать, что он ее знал и все такое…

Эрик не очень понимал, что она бормочет, она путалась в словах и заикалась под влиянием эмоций и алкоголя. В кармане у нее зазвонил телефон, но она не обратила на него внимания.

– И они меня такие спрашивают, а можно нам типа тут все посмотреть, ну типа в его комнату, как вы тогда, и я говорю: «Черт, нет!», а они тогда начали шуметь что-то про какой-то ордер. – Мэри повысила голос, входя в раж: – А я им говорю: «Да несите свой долбаный ордер, потому что мой приятель будет здесь вот-вот и он засунет вам этот ордер в задницу!»

Эрик с ужасом представил себе, что произошло бы, если бы обыск проводили детектив Роадес и Пагано.

Телефон Мэри перестал звонить.

– Ну вот, я тогда включила телик, и кого же я там вижу? Вас! Я вижу вас, хотя вы и пытались замаскироваться или типа того. Вы там выглядели как уличный парень, на доктора вообще не похожи. На психиатра – вот ни капельки.

Эрик понял, что она говорит о спортивном костюме.

– Сначала я думала, что вы там из-за Макса, что пытаетесь найти его, но потом они сказали по ТВ, что это связано с убийством той девочки, и тогда я поняла связь. Какую связь? А вы связь! – Мэри ткнула в него пальцем и стала трясти им в воздухе. – Вы пришли к копам и сказали им, что это мой Макс убил ту девочку! Зачем вы это сделали? Как вы могли? Как вы посмели?! Он же ваш пациент!

– Мэри, я этого не делал. Все, что Макс говорил мне во время сеансов, я храню в тайне. – Говоря это, Эрик чувствовал себя лицемером, хотя это и было чистой правдой. Потому что в результате его действий и молчания Макс оказался на крючке – но все, что он делал, он делал только ради того, чтобы спасти мальчику жизнь.

– Он вам доверял, а вы его предали! А он никого никогда не убивал, он эту девочку даже не знал!

– Я не предавал его.

– Что же вы там тогда делали, а? Как они вообще узнали про вас? Знаете, что я думаю? Я думаю, все вообще подстроено. – Мэри закусила губу. – Я думаю, вы и есть убийца. Я думаю, это вы убили девочку, а теперь пытаетесь обвинить во всем Макса. Вы подставляете Макса! Вы пытаетесь подставить моего сына и обвинить его в убийстве!

– Нет, Мэри, все совсем не так…

– Да именно так все! – закричала Мэри, взгляд у нее стал совсем мутный. – А еще знаете, что я думаю? Я думаю, вы убили моего сына. Он не пропал – он убит! Вы убили их обоих!

Эрик отступил назад, совершенно шокированный.

– Мэри, нет, я делаю все, чтобы найти Макса, чтобы спасти ему жизнь. Я очень беспокоюсь за него и…

– Я вам не верю! Вы, наверное, ту девочку обесчестили, а она, скорей всего, грозилась рассказать родителям или что-то в этом роде… и вы ее заставили замолчать. Вы их обоих убили! Вы убили их обоих!

– Нет. Мэри…

– Вы как те парни из «Первых 48 часов»[14], которые притворялись, будто очень расстроены, что их жены пропали, а сами их и убивали! Вы тоже притворялись, все это время! А сами убили и ее, и Макса, и он никогда не вернется домой, он никогда больше не вернется домой! Я сначала потеряла мать, а теперь и сына! У меня больше никого не осталось, никого, совсем никого!

– Мэри, давайте присядем, и я объясню…

Вдруг входная дверь распахнулась, и в гостиную ввалился огромный бородатый мужчина в синей футболке с надписью «Montgomeryville Motorcycles», грязных джинсах и потертых рабочих ботинках. Его темные глаза уставились на Эрика из-за очков в тонкой металлической оправе, которые сползли на кончик носа, похожего на картошку. Толстые губы, искривленные в недовольной гримасе, тонули в темной кудлатой бороде.

– Мэри, это и есть тот парень? – спросил он, не отрывая взгляда от Эрика.

– Да. – Мэри повернулась к Эрику. – Это Зак, мой сожитель, я вам про него говорила, и он провел в дороге целых два дня, торопясь домой. Вы скажете Заку, что вы сделали с моим сыном, и вы скажете ему правду, всю правду и ничего кроме правды – потому что иначе он выбьет эту правду из вас! Зак любит моего Макса так же сильно, как и я, он собирается его когда-нибудь усыновить. Так что давайте покончим со всем этим здесь и сейчас!

– Зак, я доктор Пэрриш. – Эрик пытался соблюдать приличия. – Я психиатр Макса, и я никогда не делал ему ничего плохого. Я пытаюсь найти его и очень боюсь, что он может причинить себе вред.

– О, да вы что?! – Зак двинулся на него, презрительно хмурясь. – У нас не было никаких проблем с Максом, пока не появились вы, а потом он исчез. И я вам скажу, что до меня – так я считаю, что все это как-то неправильно, весь этот ваш интерес к нему, то, что вы приходили сюда и шарились в его комнате…

– Погодите-ка… Арчи, это ты, что ли? – вдруг спросила Лори, стоящая у входной двери. Она вошла в комнату, и этот великан тут же обернулся на ее голос.

– Доктор Ф.? – Зак расцвел в улыбке, показав желтоватые зубы. – А вы что здесь делаете? Как поживаете?

– Хорошо, спасибо. – Лори радушно обняла Зака. – А ты как? Выглядишь отлично!

Эрик понятия не имел, что происходит, но решил просто наблюдать и ждать, когда все разрешится само собой. Он взглянул на Мэри – та казалась искренне расстроенной тем, что в ее гостиной так и не состоялся поединок между Эриком и Заком.

– Доктор Ф., я на все сто! Невролог, которого вы посоветовали, отлично поработал со мной, и реабилитационный центр Брина Мора просто отличный. Я выучил свой урок и теперь всегда езжу в шлеме.

– Чудесно! Ты даже не хромаешь. Просто отлично!

– Спасибо. – Зак повернулся к Мэри. – Детка, это доктор Ф., та самая, про которую я тебе рассказывал – ну, помнишь несчастный случай… Нам надо будет пригласить ее на свадьбу.

– Серьезно? – Мэри явно была безмерно удивлена. – Это доктор Ф.?

– Да, и она самый лучший маленький доктор, который у меня когда-либо был. – Зак, казалось, обращался к большому скоплению публики и говорил очень эмоционально. – Я попал в аварию на своем мотоцикле месяцев девять назад, какой-то подросток поехал на красный, и е-мое… Это было совсем не клево. И меня на «скорой» привезли в больницу, а там доктор Ф. меня подлатала и направила к своему супер-пупер-неврологу. Он принял меня только потому, что она попросила. – Зак крепко обнял и прижал к себе Лори с такой силой, словно спасал ее от разверзнувшегося перед ними ада. – Он хорошо знает свое дело, но он не такой добросердечный человек, как доктор Ф.

– Вау. – Эрик в замешательстве встретился взглядом с Лори, как будто торжествующе утверждающим: «Я же говорила!»

Мэри нахмурилась.

– Я все-таки кое-чего не понимаю. Она доктор Ф., это ясно, но кто такой, к чертям собачьим, Арчи?!

Зак смутился.

– Арчи – это мое настоящее имя, крошка. Я тебе никогда не говорил. Ну, потому что… Ты ведь не будешь сердиться?

– Арчи? – повторила Мэри потрясенно. – Это как Арчибальд?

– Нет. Арчи как Арчи Эндрюс. – Зак неловко повел своими здоровенными плечами.

Лори посмотрела на него:

– Арчи, я знаю, что вы с Мэри очень расстроены из-за Макса, но послушайте меня. Эрик один из моих самых старых и самых верных друзей в больнице, и я могу за него поручиться. Я клянусь тебе, что он интересуется Максом исключительно от чистого сердца и с чистыми намерениями.

– Хм… – Мэри снова нахмурилась, еще сильнее, чем раньше. Ее телефон опять зазвонил.

– Вы не думаете, что надо ответить на звонок? – спросил Эрик вкрадчиво. Все его существо восставало против того факта, что кто-то может не ответить на телефонный звонок. – Кому-то ведь может быть действительно очень нужно до вас дозвониться. И вы не можете быть уверены, что это не Макс.