Новый мозг - Пинк Дэниел - Страница 12

Оставим американские медицинские вузы и отправимся в страну второй по величине экономики мира. В Японии, которая благодаря особому упору на Л-ориентированное мышление поднялась из руин Второй мировой войны, сейчас идет переосмысление источника национального величия. И хотя японские студенты набирают наивысшие баллы по физике и математике, многие в этой стране полагают, что традиционная опора на академическую ученость уже устарела. Знаменитая японская система образования подвергается реформам, цель которых – повысить роль творческой, художественной игровой компоненты. И вот вам маленький сюрприз. На сегодняшний момент самая прибыльная статья японского экспорта – не автомобили и не электроника. Нет. Это поп-культура[69]. Одновременно, чтобы сбалансировать безумный академический прессинг, под которым находится японская молодежь, Министерство образования заставляет студентов размышлять над смыслом и предназначением жизни, поощряя то, что оно называет «образованием сердца».

Теперь вернемся из Японии и посетим еще одно место, где меньше всего можно было бы ожидать расцвета общей концептуальности и глубокого проникновения, – огромную мультинациональную корпорацию «Джэнерал Моторс». Несколько лет назад туда был нанят человек по имени Роберт Лутц, чтобы он помог вывести автомобильного гиганта из кризиса. Боб Лутц – вовсе не сентиментальный любитель цветочков. Ему за семьдесят, у него седые волосы и резкие черты лица. За свою жизнь он успел поработать в руководстве трех крупнейших американских фирм по производству автомобилей. Он похож на морского пехотинца и ведет себя как морской пехотинец. Собственно, он и был когда-то морским пехотинцем. Он курит сигары. Он управляет собственным самолетом. Он считает, что глобальное потепление – выдумка экологов. Но когда Лутц занял должность в переживающей кризис корпорации «Джэнерал Моторс» и газета «Нью-Йорк Таймс» задала вопрос: чем его методы будут отличаться от методов его предшественников? – он ответил так: «Они будут в большей степени правополушарными… Я считаю, что наша компания работает в арт-бизнесе. Мы занимаемся искусством, индустрией развлечений, передвижной скульптурой – а по случайному совпадению еще и производим средства передвижения»[70].

Давайте-ка остановимся и переварим этот комментарий. «Джэнерал Моторс» – детище даже не Информационного, а Индустриального века – занимается арт-бизнесом. Арт-бизнесом. А человек, который ведет эту компанию в правополушарный мир, – не какой-нибудь художник в берете, а бывший морской пехотинец семидесяти с лишним лет. Перефразируем «Буффало Спрингфилд»: здесь что-то происходит – и становится ясно что[71]. Высокая концептуальность и глубокое проникновение перемещаются с периферии нашей жизни в самый центр.

Поступить в бизнес-школу Гарвардского университета легче легкого. Так, по крайней мере, могут считать абитуриенты, которые в прошлом году провалились при поступлении на факультет изящных искусств Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Если в Гарвардскую бизнес-школу было принято около десяти процентов подавших заявки, то на художественный факультет Калифорнийского университета попало всего три процента желающих. Почему? Да потому, что в мире, где даже «Джэнерал Моторс» занимается арт-бизнесом, диплом художника стал наилучшей рекомендацией. Менеджеры по персоналу все чаще в поисках талантов наведываются в ведущие художественные вузы – такие, как Род-Айлендская школа дизайна, Школа искусств Чикагского института, Академия искусств в Кранбруке, штат Мичиган. Такой подход зачастую бьет по интересам выпускников факультетов менеджмента. К примеру, в 1993 году шестьдесят один процент работников, принятых в консалтинговое агентство «Мак-Кинси», имели диплом по менеджменту. Меньше чем за десять лет эта цифра упала до сорока трех процентов: в «Мак-Кинси» утверждают, что непрофильное образование вовсе не мешает новым сотрудникам прекрасно справляться со своими обязанностями. По мере того как конкурс при поступлении на художественные факультеты растет, а их выпускники все чаще занимают ключевые посты в крупных корпорациях, правила игры меняются. Сегодня диплом художника – это диплом менеджера.

У этого явления две причины, и я описал их в предыдущей главе. Из-за аутсорсинга многие дипломированные менеджеры становятся «голубыми воротничками» нашего столетия: они появляются на многообещающем рынке труда лишь для того, чтобы наблюдать, как их рабочие места уплывают за океан. Инвестиционные банки, как мы уже выяснили, для проведения финансового анализа нанимают специалистов в Индии. По оценке консалтингового агентства «Эй-Ти Керни», за ближайшие пять лет американские финансовые компании переведут в «дешевые» страны (наподобие Индии) около полумиллиона рабочих мест. Как пишет «Экономист», работа, «которую некогда поручали амбициозным, но еще неопытным молодым сотрудникам, вкалывающим без устали ради того, чтобы сделать карьеру на Уолл-стрит или в лондонском Сити, теперь, благодаря оптоволоконным чудесам, уходит к их коллегам-индусам, работающим за меньшие деньги». А изобилие ориентирует мир бизнеса на то, что дифференцировать свои товары и услуги на современном переполненном рынке можно только одним способом: сделать их красивыми по форме и эмоционально привлекательными. Получается, что способность художника к созданию высокой концептуальности зачастую оказываются ценнее, чем легко воспроизводимые Л-ориентированные способности новичка, недавно получившего диплом менеджера.

За десять лет количество графических дизайнеров в США выросло в десять раз и вчетверо превысило количество инженеров-химиков. По сравнению с 1970 годом в Америке количество людей, зарабатывающих на жизнь писательским ремеслом, увеличилось на тридцать процентов, а количество тех, кто сочиняет или исполняет музыку, – на пятьдесят процентов. Около двухсот сорока американских университетов ввели у себя программы по «творческому письму», хотя еще двадцать лет назад их были считаные единицы[72]. В современной Америке художников, дизайнеров и работников индустрии развлечений больше, чем юристов, бухгалтеров и аудиторов[73]. (Яркое свидетельство наступления нового времени – компания, недавно открытая в Александрии, штат Виргиния. Куда податься законникам, если рутинная юридическая работа уходит в другие страны, а основную юридическую информацию можно найти в Интернете? Видимо, заняться «концептуальной» работой, вроде той, которую выполняют «Аниматоры в законе» – фирма по графическому дизайну, укомплектованная дипломированными юристами и выпускающая видео– и прочие визуальные материалы для юридической элиты, работающей в судах.)

В 2002 году Ричард Флорида, специалист по городскому планированию из университета Карнеги-Меллон, описал прослойку, составляющую в Америке тридцать восемь миллионов человек, которую он назвал «классом творческих работников» и которая, по его мнению, держит в своих руках ключи от американской экономики. И хотя границы области «творческой» работы Флорида нарисовал нечетко (он включил туда бухгалтеров-экономистов, страховых агентов и юристов-налоговиков), количественный рост этого класса трудно не заметить. Его доля на американском рынке труда выросла в два раза по сравнению с 1980 годом и в десять раз – за последние сто лет[74].

Похожие тенденции в отношении «концептуальных» видов деятельности заметны и в других странах мира. Британский аналитик Джон Хокинс, воспользовавшись более корректным определением «творческой работы» и включив в ее рамки пятнадцать различных индустрий (дизайн, исполнительское искусство, научные исследования и инновации, индустрию видеоигр и так далее), выяснил, что этот «творческий сектор» в Великобритании производит товаров и услуг на сумму почти в двести миллиардов долларов в год. Хокинс подсчитал, что через пятнадцать лет этот сектор во всем мире будет оцениваться в 6,1 триллиона долларов и сделает Нацию Общей Концептуальности одной из крупнейших экономик мира[75]. А тем временем такие британские структуры, как Лондонская школа бизнеса и Йоркширская водопроводная компания, утвердили в своем штате должность художника. В штате компании «Юнилевер» работают живописцы, поэты и художники, рисующие комиксы; их задача – вдохновлять остальных сотрудников. У одного футбольного клуба в северном Лондоне есть свой штатный поэт.