На краю тени - Липински Морин - Страница 40

— Она сбита с толку, — пояснила я, и Слейд покачал головой.

— Я поеду домой, — пробормотала Брук. — Поеду и спрошу Грегга, что за чертовщина происходит. — Она направилась к двери.

— Нет! Брук! Тебе не стоит этого делать! — сказала я.

Слейд встал перед дверью, преграждая ей путь.

Брук повернулась ко мне:

— Это просто смешно. Что вы тут изображаете?

Я посмотрела на Слейда. Мы оба знали: если Брук поговорит с отчимом, всему конец.

Слейд замялся, а потом еле заметно кивнул, давая свое согласие. Хорошо, что он понял меня.

— Брук, присядь. — Я сделала паузу и выдохнула: — Сейчас ты узнаешь такое…

Как ни странно, Брук выполнила мою просьбу, а может, ноги просто не держали ее.

Я намеревалась рассказать ей все. Ну… или почти все.

— У меня есть некоторое способности… Я вижу то, чего не видят другие. А он, — я указала на Слейда, — он Темное существо. А если точнее, оборотень.

Брук замотала головой. Она выглядела так, словно не могла решить, что делать: то ли спросить, надо ли вырывать зуб мудрости без разрешения Зубной феи, то ли без моего согласия сдать меня в сумасшедший дом.

Я покачала головой и посмотрела на Слейда. Помогай, что ли.

Слейд закрыл глаза и напрягся. Запахло паленой шерстью. Черты его лица стали искажаться. Вскоре перед Брук стоял волк, цвет глаз у него был такой же, как у Слейда.

Она подавила крик и съежилась, а Слейд снова принял облик человека.

— Брук? — мягко позвала я.

Она, как сомнамбула, повернула ко мне голову. Похоже, ее мозг готов был взорваться.

— Я… — Брук закрыла рот и обхватила руками колени. — Но… как… я хочу сказать… как мы связаны?

Я поняла, что она имеет в виду. Даже не ожидала от нее.

— Наши миры разделяет тонкая завеса, Брук, — мягко произнесла я. — И все, что мы делаем здесь, отражается там. Это как… — Я порылась в памяти в поисках подходящего сравнения. — Когда твои джинсы слишком узкие, на них появляются дырки. В общем, одно всегда связано с другим.

Сравнение было неудачным. Я осмотрела на стол в поисках подходящего предмета. На глаза попалась голубая канцелярская кнопка. И взяла ее и ткнула Брук.

— АЙ! — взвизгнула она, потирая бедро. — Какого черта?

— Извини. Это для того, чтобы донести до тебя свою мысль. Ты ощутила боль, верно? Даже сквозь джинсы.

— Да, черт возьми, ощутила. А ты… А ты… — На ее глазах появились слезы.

Я погладила ее по руке:

— Не сердись, Брук. Это аналогия. Существа тоже могут чувствовать такие уколы. Особенно там, где штаны тонкие.

В моей голове это звучало очень здорово, но стоило мне произнести слово «штаны», как я едва не покатилась со смеху. Полагаю, я не смогу претендовать на высший балл в тесте на схоластические способности.[19]

Брук кивнула:

— Когда я была маленькой, я была уверена, что другой мир существует. Я пыталась убедить в этом родителей, но они никогда мне не верили. Но я точно знала, что кто-то живет в моем шкафу.

— А, Зеноф… Он, конечно, очень страшный, но довольно славный парень. И он очень переживает из-за того, что ему приходится пугать маленьких детей, чтобы те оставались в постелях, когда на дворе ночь. — Я ободряюще улыбнулась. — То же самое и с лох-несским чудовищем. Там тоже тонкая завеса. Полагаю, оно просто любит купаться в озере Лох-Несс. Ну, что? Теперь ты мне веришь?

Глава двадцать седьмая

— А что ты будешь делать с Алексом? — спросила Брук.

С тяжелым сердцем я пожала плечами:

— Понятия не имею… Не думаю, что он что-то знает, но и не уверена, что он примет меня. Примет то, что я другая… — Мой голос дрогнул.

В офисе было тихо.

— Я знала, что мой отчим придурок. Но никогда бы не подумала, что он еще и убийца, — тихо произнесла Брук. — Я думала, что у него какие-то дела с этой странной девушкой Мелиссой, но даже не предполагала, что он будет вызывать злых духов.

Я одарила ее сочувствующим взглядом:

— Прости, что пришлось втянуть тебя в это.

— Она забрала шкатулку, да? — спросила Брук. — И что теперь будет?

Я понимала, что ее мысли все еще находятся в некотором сумбуре из-за свалившейся информации, однако у меня не было времени посвящать ее в подробности.

И я просто сказала:

— Шкатулку — да. Но не ее содержимое. — С улыбкой запустив руку в карман, я вытащила свернутый листок.

— Ой, а что это? — прошептала Брук.

— Подожди, сейчас увидишь.

Листок был размером с вырванную из тетрадки страницу и сильно выцвел. Я положила его на стол, и над его поверхностью появилось голографическое изображение.

Брук смотрела во все глаза, но, похоже, уже ничему не удивлялась. На белом фоне проступила надпись на древнем языке Существ. Сощурив глаза, я громко прочитала:

Ниже шло заклинание, призывающее Дары:

Так просто…

По краям стали проступать рисунки. Я наклонилась, чтобы разглядеть их. Четыре женщины. У каждой в руках один из Даров. Потом я увидела герб.

— Похоже на… — Я резко выпрямилась и повернулась к Слейду.

— На что? — спросил он. — На что это похоже?

— Н-не… знаю… не уверена… — Я снова уставилась на герб.

Щит. В центре меч, обвитый ветвями. За мечом проступала буква «О». О’Донты… Герб моей семьи… Гобелен, который висит у нас в фойе…

— Ты сможешь одолеть фомор? — спросил Слейд.

Я расправила плечи:

— Да, смогу. Теперь я уверена в этом.

— Но где ты найдешь Дары? — Он приподнял брови.

— О, мне не придется искать слишком долго, — прошептала я.

Мы вышли из офиса и двинулись по коридору. Там ничего не изменилось: целующиеся парочки, грохот музыки, только теперь играли не рок, а традиционную ирландскую музыку.

— Давайте заглянем, что там, — предложила Брук.

Бородатый солист рычал в микрофон, визг волынки резал уши. Подогретая публика прыгала перед сценой, пытаясь изобразить ирландскую джигу.

— Я Майкл Флэтли — Повелитель Танцев! — выкрикнул какой-то парень рядом с нами и затрясся в пляске святого Витта.

— Одержимый, точно… — прокричала мне в ухо Брук.

Мы уже собрались уходить, когда к Слейду пристала обдолбанная девица в футболке с трилистником и с надписью: «Поцелуй меня, я ирландка».

— Привеееет, милый! — пробормотала она и рыгнула. — Ууууупс!

Слейд посмотрел на меня и спросил:

— Тебя не задевает, что клевер так тиражируют?

Я пожала плечами.

— Остерегайся троллей и фей, — крикнула Брук девице и подмигнула мне.

— Ох, тролли… — простонала та. — Познакомь меня хоть с одним. А то тут каждый парень либо лузер, либо гей.

Глава двадцать восьмая

— Лея, ты дома! Как же я волновалась за тебя! — сказала Джия, накрывая на стол к ужину на следующий вечер. — Существа, наверное, пытались удержать тебя? — Она поставила на стол очередную тарелку и тряхнула длинными светлыми волосами.

— Ну, не так чтобы очень активно, — ответила я, подошла к холодильнику, достала бутылку с водой и сделала долгий глоток. — Прости, сегодня перед школой не зашла с тобой поздороваться.

Джия кивнула:

— Ничего. Я была занята, помогала одному писателю придумать кульминацию к книге. Это было так здорово.

Я улыбнулась и ничего не ответила. То, чем она занимается, довольно сложно, но не идет ни в какое сравнение с посещением Иного мира.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила мама, входя в кухню и обнимая меня за плечи. Пока что она не расспрашивала меня о визите к Существам.

— Да так, не особо, — призналась я, опускаясь на стул.

— Ты выглядишь как куча мусора. — В кухне появилась Рея, а следом за ней вошел Слейд. — Мам, он останется на ужин, — сообщила сестрица.