Последний ученик магистра - Корж Сергей - Страница 23

– Нет, ваша милость, оно, может, на рынке и есть, но магистр такого ни разу не требовал. Я завтра же поинтересуюсь.

– Завтра это будет завтра, а сегодня смотри и учись. Берешь горсть жареных зерен – эти, кстати, слегка поджаренные, и перемалываешь. Есть у тебя маленькая мельничка? Нет? Плохо, Сима, очень плохо. Чтобы завтра была! Тогда размельчаешь в ступке. Что стоим? Берем ступку и размельчаем. Да осторожней, Сима! Еще раз уронишь зерна на пол, я тебя, Матерью клянусь, в козу превращу. Аккуратно, не спеша, без злобы, с чувством радости. Растолкла? Дай гляну. Нет, Сима, до состояния муки… Вот так, молодец. Отлично. Где у тебя можно вскипятить вот этот маленький котелок с водой? Что значит в очаге? А поменьше печки нет? Ага… В очаге угли? Тогда ставь котелок на угли… Закипела? Мне маленькую ложку и тряпку почище, выхватить котелок из очага. Смотри внимательно! Вода закипела, засыпаем в котелок порошок мокко и ставим на огонь. Следим внимательно, вот собирается пенка, быстро снимаем с углей, пенка осела, бурление затихло, вновь на угли, следим, снова пенка, снова снимаем. И так три раза. Ситечко маленькое есть? Нет! Почему я не удивлен, Сима? Что ни спрошу, у тебя один ответ: нет. Завтра чтобы было. Есть большое? Отлично. Приготовь кувшинчик, чтобы перелить в него мокко, отфильтровав его от осадка через сито. Прэлестно. Мокко пьют из маленьких чашек. Чашки есть? Молчишь? Завтра чтобы были. Не больше вот этой поварешки, и из фарфора, а сегодня дай мне самую маленькую кружку. Это маленькая? Да из нее лошадь поить можно. Насыпь в плошку сахару и неси уже в кабинет.

Нет, доверять ей приготовление кофе нельзя. Надо озаботиться простейшей кофеваркой на спиртовке.

Наконец мокко в кабинете, наливаю из кувшинчика в кружку, добавляю десяток капель ликера и ложку сахара, по кабинету разносится аромат свежезаваренного кофе. Делаю глоток. Блаженство.

Сима стоит у двери, принюхивается к аромату.

– Напиток богов! «Мокко Рэя»!

– Разрешите, ваша милость? – В кабинет, бочком мимо Симы, протиснулся тан Яр. – Вы хотели меня видеть?

– Да, тан. Для начала присаживайтесь. Сима, не забудь на вечер купальню и легкий ужин. Сейчас принеси еще одну кружку. Свободна. Хочу вас, тан, угостить напитком «мокко Рэя».

Сима принесла кружку, я налил гостю еще горячего напитка, добавил ингредиентов и предложил:

– Угощайтесь, тан.

Яр осторожно сделал один глоток, второй, распробовал и допил чашку маленькими глотками.

– Чудесный напиток, ваша милость.

– Налейте себе еще, вы же видели последовательность приготовления.

– Если позволите, ваша милость.

– Угощайтесь. Так вот, я позвал вас узнать, что вы успели сделать по моим вчерашним распоряжениям?

– Э-э.

– Вы пейте и наслаждайтесь напитком, тан. Я изложу свои вопросы, и, пока буду готовить себе вторую чашку мокко, вы обдумаете их и уже потом ответите, договорились?

– Если вам так угодно.

– Кроме того, я хотел бы узнать, как далеко находится мастерская по изготовлению фиалов, проехать осмотреть ее, поговорить с мастерами. По итогам осмотра состоится разговор с вами о «секретном рецепте». Итак, я вас слушаю.

– Ваша милость, письмо с посмертной волей магистра ване Руане доставлено, она прочла его и согласилась с его распоряжением относительно сына. В банке я открыл счета на детей магистра и на вас, у ваны счет уже есть, перевел деньги согласно полученным указаниям. Там же я переоформил купчую на имущество на ваше имя, ибо в свое время вся недвижимость по частям была куплена у банка. Теперь мастерская. В десяти верстах есть деревенька, там карьер прекрасного песка, дома, в которых живут мастера с семьями, и сама мастерская. Около ворот моя коляска, можем проехать ознакомиться.

– Так и сделаем, но я поеду верхом. Привык, знаете ли, к свободе передвижения. Есть еще один вопрос, тан.

– Весь внимание, ваша милость.

– Банк. Насколько популярен он в королевстве и насколько безопасен в смысле банкротства?

– Это банк казначейства короны, ваша милость, банк может обанкротиться только с гибелью королевства.

– Хм, даже так. А филиалы?

– Во всех коронных городах, в каждой столице графства, герцогства. Странно, что вы этого не знаете, ваша милость.

– А вот это как раз нисколько не странно, Яр. Магистр открыл портал в полушаге от меня, выпал на меня и хлопком уничтожил след от портала. Как я вообще жив остался, непонятно, вот оттуда у меня и провалы в памяти. Хорошо хоть сохранились кое-какие навыки, ну и память понемногу возвращается. Мы едем или обсуждаем мое здоровье, тан? Онис! Коня!

Вновь надел перевязь со шпагой, за голенище засунул кинжал бретера, в руках «сестра», вроде готов, как пионэр. Конюх придержал коня за удила, я запрыгнул в седло, открыли ворота, я выехал, коляска тана ехала впереди, я гарцевал позади, осматривая окрестности.

– Вот отсюда и в ту сторону, – Яр махнул рукой вдоль дороги, – на семнадцать верст ваша земля, по обе стороны от дороги по десять верст, три деревеньки арендаторов, два озера, приличный лес, судоходная река. Имение дает около трехсот золотых в год чистого дохода, да мастерская столько же. Много денег у магистра уходило на редкие ингредиенты для магических опытов. Кое-что заказывали из соседних королевств. Ну вот, практически доехали, ваша милость, сейчас поворот к деревне мастеров, осталось не более полуверсты. Минут десять, и мы на месте.

Что сказать? Основательно! Забор, каменное здание, труба плавильной печи. Вперед пробежал управляющий, через пару минут открылись ворота, и мы въехали во двор мастерской. У меня приняли поводья, и я спрыгнул с коня. Вошли в мастерскую. В углу гудела печь, мастера трубками выхватывали расплав и выдували его в формы. Чуть охладившиеся формы разбирали, доставали фиалы и, развешав их на рогатых стойках, закатывали в большую духовку. Бывало, фиал падал и лопался на мелкие кусочки. Я поднял один. Вы разбивали когда-нибудь хрустальную вазу? В мастерской варили хрусталь! Хрустальные фиалы затем доводили до кондиции, изготовляли и притирали к ним хрустальные пробки, укладывали по двадцать штук в добротно сделанные сундучки и отправляли на склад, откуда оптовые торговцы разбирали их партиями и развозили по заказчикам.

– Довольно! Я все понял! Едемте.

Управляющий непонимающе уставился на меня.

– Что? Вы больше не хотите ничего осмотреть?

– Нет.

– Но вы же еще ничего не видели. Склад готовой продукции, например.

– Тан! Я видел достаточно, чтобы сделать вам предложение, от которого не отказываются. Догоняйте. – Я вскочил на коня и через быстро открытые для меня ворота вихрем вылетел на дорогу.

Через полчаса я уже был у себя в кабинете. Первая моя супруга была инженером-технологом на стекольной фабрике в нашем городе, при фабрике существовал цех по производству зеркал. Предприятие выпускало бутылки для винзаводов, банки для овощных цехов, оконное стекло для домостроительного комбината и зеркала для мебельных фабрик. Про технологию производства стекла и зеркал я знал все. Как и она о первой помощи и первичных диагнозах наиболее распространенных болезней. Вот такой обмен опытом на дому. Гляди-ка, пригодилось! Я спешил в кабинет, для того чтобы до приезда управляющего найти среди минералов и металлов олово, среди жидкостей – кислоты. Ртуть, как говорил, я видел раньше. Найдя практически все, я сел за стол и стал описывать процесс.

В общем, до появления управляющего я успел набросать конспективно получение оловянной и серебряной амальгамы, описать способ отливки плоских стекол на расплавленное олово, технологию покрытия амальгамированной поверхности стекла минеральной краской или смолой. Кусок хрусталя я положил на стол, любуясь его чистотой и игрой света на гранях.

– Ваша милость! Куда вы так торопились? – это, постучавшись в двери кабинета и получив разрешение войти, задал вопрос запыхавшийся управляющий.

– Тан, что это такое? – Я выложил на стол «трофейное» зеркало.