Эра титанов - Риддл А. Дж. - Страница 13

Запас еды в носовом отсеке закончился вчера вечером, но я так устал, что не обратил на это внимания. Тут и там слышались возмущенные голоса: люди говорили, что еду украли, и требовали устроить обыск в лагере и перераспределить продукты.

– Я готов прикончить кого-нибудь ради диетической «Колы», – сказал тощий мужчина в деловом костюме.

Я решил проверить запас напитков, если останусь в живых.

Джиллиан досталось больше всего – люди вокруг поносили ее, что-то требовали и возмущались, как будто это был обычный рейс и она плохо их обслуживала. Хотя на самом деле стюардесса стала такой же, как и они, – одной из тех, кому посчастливилось остаться в живых после крушения самолета. Но форма автоматически делала ее человеком, раздающим еду.

Когда Джиллиан увидела меня, на лице у нее появилось облегчение.

– Помощь пришла, – сказала она, после чего бросилась ко мне и, схватив меня обеими руками за запястье, подтащила к подножию импровизированной лестницы, а потом повернулась лицом к толпе.

Я увидел Боба и Сабрину – они стояли с серьезными лицами, но дружно кивнули мне, попытавшись поддержать.

Люди в толпе притихли, принялись пихать друг друга и тихонько переговариваться:

– Это он!

– Да, тот парень с озера.

– Ладно, – сказал я. – Мы добудем еду, но на это потребуется время.

– Еда нужна нам сейчас! – крикнула женщина в перепачканном грязью свитере.

– Сейчас у нас ничего нет, это понятно? – Я посмотрел на нее в упор. – Послушайте, мы должны действовать заодно. Если будем помогать друг другу, у нас будет еда. Если нет, нам придется голодать.

Я зря произнес слово «голодать». Толпа подхватила его, и оно заметалось среди людей, набирая силу и наполняясь страхом, пока не превратилось в ритмичное скандирование. Мне потребовалось несколько минут, чтобы исправить эту ошибку и снова привлечь их внимание.

– И как мы добудем еду? – спросил тучный мужчина с ярко выраженным акцентом жителя Нью-Йорка.

И правда, как? Так далеко я еще не планировал. Но я прекрасно понимал, чем это может закончиться. Если я позволю толпе взять верх и не заставлю замолчать паникеров и злопыхателей, ругань будет продолжаться до заката солнца, и мы останемся голодными, так и не приняв никакого решения. Значит, мне требовался план, и немедленно.

Кроме самых фантастических вариантов, оставалось два реальных: другая часть самолета и рыба из озера. Возможно, нам удалось бы убить какого-нибудь зверя в лесу, но, учитывая, что нужно было накормить сто человек, это вряд ли нам помогло бы. Если только… рядом нет какой-нибудь фермы.

– Хорошо, шаг номер один, – сказал я максимально уверенно. – Мы сделаем опись.

– Опись? – переспросил кто-то из толпы.

– Да. – Я показал на Джиллиан – бедняжку Джиллиан! – и Боба Уорда, который расправил плечи и нацепил на лицо выражение спасителя людей. По крайней мере, этот человек получал удовольствие от происходящего. – Джиллиан и Боб подойдут к каждому и выяснят, что у вас было в багаже и ручной клади и на каком месте вы сидели… или, что важнее, на какой багажной полке лежали ваши вещи. Вспомните все, что может оказаться полезным, особенно еду. Подойдите ко мне прямо сейчас, если у вас есть с собой рыболовные снасти или снаряжение для подводного плавания – гидрокостюм или ласты с трубкой.

Обрюзгший тип лет сорока повернулся к толпе:

– Эй, приятель, в Нью-Йорке в ноябре ласты и трубка ни к чему!

Кто-то рассмеялся, а этот тип ухмыльнулся, глядя на меня и дожидаясь, что я скажу.

Я знал таких, как он, и мне очень хотелось хорошенько ему врезать, но я не мог себе позволить завести еще одного врага. Поэтому я решил не сворачивать с выбранного пути:

– Это правда. Но я подумал о тех, кто возвращался домой с Карибских островов, о пассажирах, которые летали туда в отпуск, чтобы понырять и поплавать. Аэропорт Кеннеди является центральным перевалочным пунктом для международных рейсов. Или, может быть, кто-то направлялся на Средиземное море через Хитроу. Я подумал, а вдруг нам повезет?

Джиллиан занялась опросом, но Боб остался на месте.

– Ты собираешься нырять в озеро за продуктами и другими припасами? – уточнил он у меня.

– Да, мне представляется, что это разумный шаг.

– Согласен, но тут есть одна проблема. – Уорд сделал драматическую паузу, и у меня сложилось впечатление, что ему очень нравится говорить «тут есть проблема», а потом замолкать.

– И какая?

– Весь зарегистрированный багаж находится в УКГ-три.

– УКГ-три? А это еще что такое?

– Устройство комплектования грузов.

«И почему было сразу так не сказать?» – фыркнул я про себя, но вслух об этом говорить не стал.

– Я не знаю, что это такое, Боб, – сказал я вместо этого.

– Металлические ящики, в которых находится наш багаж. На маленьких самолетах чемоданы и сумки просто складывают в грузовом отсеке. Но на больших, таких, как наш злополучный «Боинг», их помещают в устройства комплектования, которые затем перевозят на самолет. Благодаря этой системе они могут загрузить больше багажа и обеспечить его сохранность. На «Боинг 777» помещается до тридцати двух таких ящиков и, возможно, двенадцать платформ для перевозки грузов. Точно я не помню.

– Платформ?

– Ну да, с едой, напитками и все такое.

– И что все это значит? – спросил я.

– УКГ расставлены на расстоянии друг от друга по всей длине до самого хвоста. Так что, даже если мы сможем нырнуть в озеро, найти их будет трудно. Возможно, удастся натолкнуться на первые два, но вытащить наружу или добраться до тех, что за ними, нереально. Итак, вывод: мы не можем рассчитывать на то, что находится в нашем багаже.

– Хорошо, что ты нас предупредил.

Получалось, что нужно было придумать что-то другое.

– Я поговорю с Джиллиан и пилотом, попытаюсь выяснить, где могли находиться платформы, – предложил Уорд. – Если они возле того места, где развалился самолет, или здесь, в носу, возможно, нам повезет, и мы сможем их достать.

– Хорошо, спасибо, Боб.

Боб Уорд? Назойливый и раздражающий? Да. Полезный? Тоже да.

Тут в наш разговор вмешалась доктор Шредер, на лице которой застыло выражение типа: «Случилось нечто совершенно ужасное, мистер Стоун». «Может быть, она всегда так выглядит?» – пришло мне вдруг в голову.

– Привет, Сабрина, – сказал я, взяв себя в руки.

– Нам нужно построить укрытие, – сразу же перешла она к делу.

По крайней мере, хоть кто-то об этом заговорил!

– Зачем? – уточнил я.

– Большинство пассажиров пострадали от легкого переохлаждения в первую ночь. Некоторые – такие как вы и мисс Лейн – представляют собой случай переохлаждения средней тяжести. Сегодня утром я заметила тенденцию: половина пассажиров простужена. Если они останутся на открытом воздухе, болезнь будет прогрессировать. Если пойдет дождь, следует ждать серьезных проблем. Например, бактериальной инфекции или пневмонии, и очень скоро. Как минимум, я бы хотела переправить всех, у кого слабая иммунная система, – пожилых людей, а также тех, кто принимает иммунодепрессанты, которые назначают при аутоиммунных заболеваниях, – в носовой отсек и закрыть его каким-нибудь способом.

– Хорошо. Мне нужно попросить кого-нибудь проверить деревья, которые поддерживают самолет. Вчера носовая часть немного сдвинулась, и, если она упадет из-за дополнительного веса, у нас появятся новые проблемы. Я вернусь вечером, и мы решим, что делать дальше.

– А куда вы сейчас?

– Кто-то должен разведать территорию вокруг, поискать еду, возможно, помощь – или более надежное укрытие.

Медичка широко раскрыла от удивления глаза и заявила:

– Вы не можете уйти!

– Почему?

– Без вас тут разразится хаос.

Я смотрел на нее, не зная, что сказать. Возможно, она была права. Это меня беспокоило, но одновременно рождало ощущение, которого я не испытывал уже довольно давно: удовлетворение. Я делал то, что должен был делать: помогал людям выжить, – и уже много лет не переживал подобных эмоций.