Дневник одинокого копирайтера, или Media Sapiens (сборник) - Минаев Сергей Сергеевич - Страница 27

В ЖЖ всё выглядело несколько лучше. Но сможет ли компания интернет-маргиналов обеспечить нужный градус паники, вот в чём вопрос. Я набрал в браузере www.yandex.ru и снова увидел здоровенный баннер фильма «Боги из подвала». Не удержался, кликнул на него и попал на промо-сайт, рекламирующий это кино. Оказалось, фильм вышел неделю назад, показывает какие-то сумасшедшие кассовые сборы и повествует о судьбе «новых беспризорников в новой России». Я набрал Генку, который считался среди нас основным киноманом:

– Ген, слушай, ты смотрел «Боги из подвала»?

– Ага.

– И про что там?

– Ну, такая розовая жвачка про то, как молодые беспризорники конца 80-х сколотили бригаду бандитскую, потом стали рулить нефтяным бизнесом, а уже в наше время, будучи нефтяными олигархами, типа, сидели в каком-то клубе, позвонили дилеру, чтобы кокса купить, а его привёз молодой пацан. Они ему водки налили, узнали, что он маленький бомж, он им рассказал, как грузинская братва заставляет беспризорников барыжить наркотой, наши олигархи расчувствовались и решили вырвать малолеток из цепких лап улицы. Учёбу им организовали, брали на работу. У них сразу пошли рамсы, типа, с плохими наркоторговцами и прочее. Ключевой момент фильма – это когда главному злодею отрубает голову буровой установкой, а наш герой, израненный и простреленный, говорит на крупном плане: «Нефть – всему голова»!

– Ясно. В общем, пиар национального проекта по борьбе с беспризорниками. Заодно до кучи хорошие олигархи, грузинские наркоторговцы – всю линейку представили. И что, популярное кино?

– По ходу да. Сборы хорошие, я слышал. Ну, а как ещё-то? Весь город заклеен постерами, реклама в интернете и по Первому. Узнавание бренда 100 %. Фильмом года хотят сделать.

– Ясно. Спасибо, что просветил.

– Брендинг у них уже даже в кино пошёл. Такими темпами они скоро «Триумф воли» снимут. Давай мы тоже какое-нибудь кино снимем?

– Например?

– Например, «Олимпию-2». Про то, как проебали конкурс на проведение Олимпиады в Москве.

– Ха-ха-ха. Идея хорошая. Надо подумать.

Когда я уже почти погрузился в иронические размышления о возможных декорациях для «Олимпии-2», в дверь постучала моя секретарша:

– Антон Геннадьевич, к вам Яша. Говорит, серьёзное дело.

– Пусть заходит.

Яша с той же подобострастно дурацкой улыбочкой входит в кабинет, держа, как икону, лист бумаги.

– Яша, если можно, короче.

– Я писал репортаж о грядущей встрече восьмёрки. И все никак заголовок не мог придумать. В статье рассматривались позиции западных политических лидеров по отношению к России в целом, и самому президенту в частности. Озабоченность по проблемам свободы слова, правозащитных организаций, делу ЮКОСа и прочего. Репортаж закончил тем, что жена президента Франции до сих пор не знает, как зовут президентского лабрадора.

– Ну и что? Из пустого в порожнее. Избитый, но всё-таки действенный приём повторения ранее сказанного. Это всё, что ты придумал? А лабрадор причём? Намёк на то, что собака президента живёт лучше, чем его народ?

– Нет, Антон Геннадьевич. Я вас сегодня послушал, и меня осенило! Вы посмотрите, какой заголовок из-за лабрадора получился.

Я беру протянутый мне листок и вижу заголовок, который просто потрясает меня своей наглостью и шельмовством:

Как зовут собаку Путина?

Западные политики спустя восемь лет не могут ответить на вопрос:

Who is mister Putin?

– Молодец мальчик, понял, – удивлённо говорю я. – Гениально. После совещания пришло, говоришь?

– Ага. Как вышел из кабинета, так и срослось.

– Кстати, художник не должен оставаться голодным. – Я открываю сейф, достаю триста долларов и протягиваю ему. – Знаешь, что такое первый постулат в медиа?

– В известном смысле, но не уверен, Антон Геннадьевич, – смущённо отвечает он.

– Быстродействие. Это когда гонорар за сегодняшний сюжет ты получил ещё вчера. Причём неизвестно, вышел ли твой сюжет сегодня. Только не увлекайся особенно – за каждый заголовок столько же не получишь. Это второй постулат медиа: лучше медленно умирать от голода, чем хамить инвестору. Потому что тогда умрёшь быстро.

Когда за ним закрывается дверь, я встаю, беру из хью-мидора сигару, обрезаю и долго раскуриваю. Потом подхожу к окну и смотрю на бегущие по улице машины и дальше, на строящийся дом в глубине переулков. В голову приходят всякие сентиментальные мысли вроде того, что «растёт смена», «вот и я кого-то научил» или «я сам был таким когда-то». Когда мой взгляд упирается вправо, туда, где, исходя из географии, должны стоять башни Кремля, моя сентиментальность сменяется грустью. Я беру ручку и записываю в органайзере: «Проверить сметы по последним Яшиным митингам».

Без пятнадцати три я сижу на заднем сиденье «Peugeout 607», плетущегося по Садовому в сторону проспекта Мира. Я практически не отрываю телефон от уха, ёрзаю и изредка кричу водителю, что мы опаздываем. Мимо проносятся две машины со спецсигналами.

– В хвост им пристройся, – говорю я водителю, – иначе до утра будем ехать.

– Это милиция, Антон Геннадьевич. Я пристроюсь, а потом будем с ними ещё час разбираться. Вот бы нам мигалку.

– Это тебе в Кремль идти работать надо.

– Может, лучше вы пойдёте? И меня заодно пристроите.

– Это вряд ли.

Звонит Саша:

– Посмотрел?

– На сайте вроде всё было неплохо, пока эта сука глупая не пришла с опровержением. Неужели они так быстро мониторят?

– Эта сука кого надо сука.

– В смысле?

– Антон, всё идёт по плану. Это наши люди.

– А ты не боишься, что мы аудиторию с толку собьём?

– Мы или идём ва-банк, или Никитос идёт к нам, понимаешь?

– Как говорят интернетчики, патсталом. Кстати, а в блогах чего?

– Флеш-моб. Их надо подогреть, чтобы они на улицу вышли. У тебя ресурсы есть?

– Я попробую.

– Отлично. Вечером посмотрим, как все развивается.

Я не успеваю положить трубку, как звонит Вадим:

– Я нашёл врача той больницы…

– И?

– Пришло указание прапора в Москву перевезти на операцию. Судя по всему, будут из него лепить иллюстрацию к гуманности наших органов. Типа, мы делаем сложные операции даже преступникам. Но потом все равно судим. По закону. Дело глухое.

– Ты даже не представляешь, Вадим, как нам повезло. Когда?

– Завтра вроде.

– Мне после операции любой ценой нужна встреча с этим «сапогом».

– Я постараюсь…

– Подключай всех. Цена вопроса не интересует.

– Ты едешь на акцию?

– Уже подъезжаю.

Постоянные телефонные переговоры заставляют меня нервничать ещё больше. Динамика звонков никак не соотносится с динамикой движения. Помните в «Капитане Немо»? Там девизом «Наутилуса» было «Подвижный в подвижном». А девиз Антона Дроздикова, стоящего в адской пробке, постоянно говорящего по телефону и опаздывающего на митинг, «Подвижный в неподвижном». Я пытаюсь успокоиться и минут пятнадцать играю в «street racing» на телефоне Nokia 8800. Затем возвращаюсь к мысли о кино. Пялюсь в окно. Мы проезжаем плакат, рекламирующий соревнования по айкидо. «Используй энергию противника», написано под изображением хрупкого юноши, перекидывающего через себя сумоиста. Бред какой-то. Да сумоист смёл бы этого обсоса, как грейдерный танк легковую машину. Разводят народ на фантастику. Я не сильно разбираюсь в восточных единоборствах, но думаю, что только в кино реальны такие фишки. «Используй энергию противника». И тут меня клинит. Я звоню Генке:

– Чего ты там про узнавание бренда говорил, когда я тебя про кино спрашивал?

– Аа… это. Ну, что рекламой город заполонили, походу, даже слепые на него пойдут. В общем, как говорится, у всех на устах.

– А у тебя есть киношники знакомые?

– Если поискать, найду.

– Найди сегодня к вечеру. Одного режиссёра и одного сценариста.

– Ты даёшь. Зачем?

– Приквел снимать.

– Чё мы им, кассу будем подогревать?

– А мы правильный приквел снимем. Даже не кино, а документальный фильм. Назовём его, типа… «Реальные герои „Богов из подвала“».