Тебе, Победа! - Мошков Кирилл - Страница 33

В принципе дела его здесь были закончены. В рюкзаке оставалось еще место, Йон сунул туда, сходив в ванную, свою бритву и свой привычный дезодорант — он даже перед вылетом на Акаи купил такой в последний момент. Сейчас тот флакон, на треть использованный, лежал в его рюкзаке возле сгоревшей станции. А дома был полный.

Йон глянул на часы. У него оставалось еще двадцать резервных минут. Он извлек из рюкзака свой сэндвич и съел, запивая пивом. Пленку и банку сбросил в мусоропровод, надел рюкзак, подхватил сумку, погасил свет и вышел, буднично клацнув дверью.

Итак, ровно половина дела была сделана. Из подозрительного бродяги Йон стал сначала работягой в масле, потом технарем после смены, потом — самим собой. Он добыл все, что собирался добыть. Предстояло вернуться назад. Он твердо помнил: станция магистрали «Транзит ВСВ», метро «Северо-восточные промсектора» на четырехсотых горизонтах, затем транспортером до кольца, повернуть налево, за входом в зал воздушно-регенерационной службы идти прямо до служебного лифта, на нем спуститься на три уровня, выйти в гараж Северо-восточного транспортного управления, пройти мимо столовой Љ 1467 и спуститься к подсекторному воздушному шлюзу. Как стучать в люк? Йон помнил, как именно стучать в люк.

На обратном пути он поспал — с трех до шести утра. Ему хватило. За время полугодового перелета на Акаи он привык спать долго, но раньше всегда спал не больше семи-восьми часов и от разового недосыпания никакого дискомфорта не испытывал. В восемь утра он уже входил в знакомый гараж.

Машин в гараже было заметно меньше, чем вчера: видимо, большая часть уже разошлась на маршруты. Столовая, будучи круглосуточной, работала, но была полупуста. Йон прошел мимо, никому особенно не попавшись на глаза. Спустился, нашел лесенку, собрался постучать в люк…

И обмер.

Люк был приоткрыт.

Йон стремительно распахнул его и кинулся по лесенке вниз, бросив наверху сумку и рюкзак.

Ни Реми, ни Клю в тамбуре не было.

Журналист Йонас Лорд сел на пол возле лестницы и оцепенел, уставившись в стену.

Все прахом. Ночь в дороге, переодевания, приключения — все рухнуло.

Наверное, полиция, думал он. Нет, не полиция, люк не опечатан. Тогда кто же? Министерство имперской безопасности? Нет, с какой стати… И они бы тоже опечатали… Чаннаго? В таком людном месте?! Вербовщики? Тоже вряд ли, в промышленных-то секторах…

Вдруг Йон рывком поднялся и кинулся вверх. Подхватил рюкзак, сумку, выбежал в коридор, оттуда вверх, в гараж, а в гараже подбежал к курилке возле столовой, осторожно уселся там, оглядевшись, сунул под лавку свой багаж и замер, изображая усталого родстера.

Иногда — как он сам понимал, слишком редко — у него бывали такие вспышки не то предвидения, не то зачатков телепатических способностей. Как он завидовал в молодости психократам! Легин Таук, например, ощущал присутствие враждебной воли метров за сто. А уж уйти с места, куда приближается опасность, мог в любое время дня и ночи, запросто. Йона же такие озарения за всю жизнь охватывали раз пять. Но всегда вовремя.

Он увидел, как желтый полицейский робот грузно прокатился вдоль гаража ко входу в нижний коридор, перешел с колес на ноги и мерно зашагал вниз. Минуты через полторы он оттуда вернулся, встал на колеса и прямиком подъехал к Йону.

— Предъявите ваши документы, пожалуйста, — скучным голосом сказал железный стражник. На его каске зажегся транспарант:

Йон осторожно (чтобы не возбудить у робота подозрения, что лезет за оружием) сунул руку во внутренний карман и достал имперский паспорт. Робот взял у него карточку, поднес ее к своему забралу и прижал к пластику. Сверкнул голубой луч сканнера.

— Благодарю вас, господин Лорд, — промямлил робот и вернул паспорт. — Извините за беспокойство. Всего доброго.

Он повернулся и покатился вдоль гаража куда-то. Йон проводил его глазами. Только этого еще не хватало, подумал он. Теперь компьютер МВД зарегистрировал факт, что я-таки в Космопорте. Причем с точным указанием, где именно. Вопрос только в том, действует ли еще нарийя и могут ли они запросто влезать в работающие сервера МВД. И ищут ли меня еще.

— Йон, — послышалось откуда-то сзади и сверху. — Йон, не оборачивайся. Мы тут.

Журналист Йонас Лорд вполголоса произнес ряд слов на старом английском языке.

— Что? — обеспокоенно спросили сзади и сверху.

— Ничего, ничего. Почему вы не на месте?

— Кто-то ломился в люк, потом ушел. Судя по звукам, такой вот робот, как к тебе сейчас подходил. Мы сбежали и залезли сюда.

Йон медленно, как бы невзначай повернул голову. Две пары блестящих глаз смотрели на него из-за пластиковой решетки вентиляционной отдушины в низкой потолочной балке.

— О Боже, — пробормотал Йон, внезапно ощущая себя разбитым. — Я думал, я сойду с ума. Вы бы мне хоть знак какой оставили.

— Откуда мы знали, где мы спрячемся? — почти в голос возмутилась Клю. Слышно было, как Реми зашипел на нее по-французски.

Йон бессмысленно ухмылялся, слушая их голоса. Внезапно ему захотелось плакать, как тогда, на побережье, когда Клю купалась.

— Alor, mes ami, — наконец сказал он, усилием воли нахмурившись, чтобы обрести контроль над своей улыбкой. Мартены замолчали, потом Клю осторожно спросила:

— Que's que c'e j'ecout? Tu parlai france-espacial?

— Нет, не понимаю, — отозвался Йон. — Это из какого-то фильма. Я вспомнил эту фразу в метро и все повторял, чтобы вам сказать. Что это значит?

— Это значит: ну что ж, друзья мои, — отозвался Реми.

— А! Именно это я и хотел сказать. Alor, mes ami, можете вы по вентиляции долезть вон до той лестницы? Там никого нет, я сниму решетку, и вы пойдете переодеваться.

Вместо ответа он услышал удаляющуюся возню. Поулыбавшись еще немного в пространство, Йонас Лорд встал, подхватил свой багаж и пошел снимать решетку.

Часть вторая

КУЗНИЦА ГАЛАКТИКИ

Въехать в Космопорт Галактика без документов теоретически невозможно. На практике удавалось, но — единицам. Выехать же без оных нетрудно, но надо знать — как и куда.

В составе Империи есть ряд так называемых сырьевых планет. Это либо безжизненные шары, похожие на Меркурий, богатейшие руды которых рождают сверхпрочные конструкции и броню Космопорта; либо — не менее безжизненные хладные окраинные планетки, имеющие водяной либо кислородный состав. Доставшись Империи (либо в результате войн, которых немало было в первые пятьсот лет имперской истории, либо по торговым договорам, либо — это уже в последние столетия и в отдаленных частях Галактики — по праву открытия), такие планеты обречены на почти полное исчезновение. В ближайших к Космопорту звездных системах уже есть пять-шесть планет-трупов, превратившихся за века разработки в гору шлака и пустой породы, а крайние планеты нескольких звездных систем почти всей своей массой пополнили стратегические водяные и кислородные резервуары Космопорта. Космопорт растет, а кроме того, десятки имперских планет-фабрик перерабатывают ресурсы сырьевых миров, снабжая пол-Галактики машинами, припасами, оружием и космическими кораблями. Ничего исключительного тут нет, точно так же пожирает свои сырьевые планеты и Конфедерация человечеств (известно, что масса Меркурия уменьшилась вдвое, а несколько спутников Сатурна полностью переработаны на конструкции пояса Земли-Большой). Многие молодые планеты независимой Периферии насмерть дерутся друг с другом за обладание сырьевыми планетами своих систем (если они там есть) — не затем даже, чтобы использовать их самим (зачем сырьевой придаток цивилизации, насчитывающей десять-двадцать миллионов населения?), а чтобы в будущем продать их Земле или Космопорту. Сырья в Галактике не так уж много, а человечества растут — ста с лишним миллиардам людей нужно много всякой всячины.

Так вот, на имперские сырьевые планеты из Космопорта в принципе можно попасть без всяких виз и вообще без документов, просто купив билет или даже залезши на какой-нибудь грузовик зайцем. Другое дело, что ни один опытный человек — коли только не лез он в совсем уж гнилую ситуацию, коли не гонится за ним безжалостная полиция Космопорта или еще более безжалостная мафия (триада, коза ностра, каморра, якудза, шварце брудершафт, братки-любаки — выбрать по вкусу) — такой возможностью не воспользуется, если в кармане нет либо хоть каких документов, либо, на худой конец, некоторой суммы денег. Чаще — немаленькой. Дело тут вот в чем.