Тебе, Победа! - Мошков Кирилл - Страница 16

— Подождите минуточку. Не надо, Йон, не надо, я стреляю быстрее. Ёсио, не крадитесь, я вас вижу. У вас на колене царапина. Остановитесь. Йон, брось оружие. Брось, я говорю.

Нехотя Йон бросил разрядник на пол. Ёсио от досады стал видимым.

Сардар помолчал.

— Ёсио, у вас здесь где-то глайдер? А в нем Реми Мартен, да?

Ёсио не ответил.

— У вас было предложение меня похитить.

— Было, — отозвался Ёсио.

— Я его поддерживаю, — серьезно, неожиданно окрашенным голосом сказал Сардар.

Все остолбенели.

— Я серьезно, — настойчиво сказал Сардар. — Вы окажете мне гигантскую услугу.

Ёсио, Клю и Йон переглянулись.

— Возьми, — Сардар протянул Йону пистолет.

Йон взял «питон», оглядел его, усмехнулся.

— Тот самый?

— Тот самый. Ёсио, поднимите разрядник. — Сардар сунул руки в карманы, ссутулился.

Ёсио подобрал маленький вилкообразный пистолетик.

— Идем. — Сардар на секунду остановился, глянул на Микиса. Тот съежился, опустил голову. — Иди в кубрик. Постарайся в ближайшие три дня ни во что не лезть, парень. Не повезло тебе с местом прохождения практики.

Микис скользнул в коридор, миновал полуоткрытую дверь приемной и помчался в кубрик. Там он нырнул в свой бокс, мигом разделся и, трясясь, залез под одеяло.

Завтра скажу, что простудился, лягу в лазарет, и будь что будет, решил он.

Сардар двинулся по коридору — руки в карманы, за ним — Йон с пистолетом, потом решительная хмурая Клю и неясная тень Ёсио с разрядником. В нижнем коридоре Сардар сделал им знак рукой. Йон выразительно поднял пистолет. Сардар кивнул, заглянул в рубку:

— Не спишь, сержант? Сиди… Я пойду на внешнюю броню, не сканируй меня, мне надо кой-чего проверить.

Пока он говорил, остальные, не сводя с него стволов, на цыпочках прошли мимо входа в рубку. Сардар снова засунул руки в карманы.

— Во сколько подходит караван?

— Через десять часов ровно, о великий, — отозвался дежурный из рубки.

Сардар кивнул и молча пошел по коридору прямо на оружие. Его пропустили. Открылся шлюз. Все выбрались на холодный ветер, под облачное ночное небо. Сардар привычным движением открыл подъемник и первым вошел в него, дождался, пока все влезут в кабинку, и направил ее вниз.

Через несколько секунд все четверо ступили на плоские, в широких трещинах базальтовые плиты.

— Куда идти, Ёсио? — спросил Сардар.

— Пока прямо, — отозвался монах. — Подождите.

Он извлек из неприметной трещины свою белую шерстяную одежду — лохмотья дхоти он использовал, чтобы заткнуть воздухозаборник — и войлочные сапоги. Оделся и сказал:

— Глайдер там, в скалах. Идти минут десять. Внимательнее — под ноги, здесь очень коварные трещины.

И, вдыхая запах ночи, маленькая группка людей зашагала к скалам.

— О каком караване шла речь? — спросил Йон. В салоне глайдера свет был выключен, и жуткого лица Сардара не было видно. Так с ним было легче разговаривать.

— Я все расскажу, когда мы взлетим, — отозвался Сардар. — Хотя мой выход и не сканировался, меня могут хватиться. В любом случае до прихода этого самого каравана нам нужно оказаться где-нибудь очень далеко отсюда.

— Почему?

— Я объясню, когда мы взлетим. Реми, поднимите машину и идите на высоте метров десяти, чтобы скалы закрыли нас от кораблей.

— Взлетать, Йон? — спросил Реми.

— Если он сам сдался нам и вывел нас с корабля, значит, ему нет резона подкладывать нам подлянку сейчас, — сказал Йон из темноты и зашипел: начал действовать ревиталан, заживляющая мазь из бортовой аптечки, которой Клю щедро смазала разбитую скулу журналиста. — И вообще я, кажется, начинаю понимать, в чем дело. Впрочем, он, наверное, сам нам сейчас расскажет. Взлетай, Реми.

Звезды над прозрачным колпаком глайдера качнулись и поплыли назад, Справа над горизонтом из-за скал показалось белое двойное пятно Центра Галактики. Реми внимательно смотрел на левый дисплей, чтобы не напороться на скалу: глайдер скользил над самой поверхностью плато.

— Я полагаю, лететь надо на «Юго-Восток», — раздался сзади голос Сардара. — Станция там уцелела, и с нее можно выйти на связь, а это все, что сейчас нужно.

— Как — станция уцелела? — спросил Йон. — Они же ее сожгли.

— Спроси у Клю, — усмехнулся Сардар.

Клю посопела, но сказала:

— Да. Дядя Иван, Мила и их дети живут в пещерах. Там огромные пещеры. Там у них глайдер, лаборатории, терминал — все. В здании станции у них была мастерская. Ее, видно, и сожгли.

— Сколько туда лететь? — спросил Сардар.

— Часов пятнадцать, — ответил Реми, — отсюда — даже больше, тем более — до восхода еще часа три, а у нас энергии — процентов тридцать.

— Все равно, летим туда, — проговорил Сардар с заднего сиденья. Слева и справа его стискивали плечами Йон и Ёсио с автоматами. — Я ожидаю серьезной погони не раньше, чем часов через одиннадцать, а то и двенадцать. Нам надо ее максимально опередить.

— Мы вышли из зоны сканирования, — сказал Реми. — Я поднимаюсь и выхожу на марш. Клю, пристегнись. Йон, Ёсио, автоматы поставьте и придержите, сейчас будет перегрузочка…

Глайдер прыгнул в звездное небо, за колпаком зашумел воздух, тела вдавило в кресла. Когда машина выровнялась, Йон с шипением потрогал нестерпимо зудящую скулу и нетерпеливо сказал:

— А теперь говори.

Помолчав, Сардар начал:

— Начнем, как на допросе. Я родился двадцать девять лет назад в Космопорте Галактика. В двенадцатилетнем возрасте выехал на Землю по квоте студенческого обмена и принял гражданство Конфедерации Человечеств, поступив в Первое Училище Космофлота на специальность «астрогренадерская служба». Закончил в шестнадцать лет, работал в Службе безопасности Космофлота, потом был переведен в Управление безопасности человечеств — в общем семь с половиной лет проработал на разных уровнях оперативной и резидентурной работы, затем был назначен командиром особого подразделения при Начальнике Управления. Участвовал в предотвращением войны между Империей Галактика и Конфедерацией Человечеств в сороковом году, за что награжден орденом Солнца, получил внеочередное звание капитана второго ранга и назначен на должность заместителя начальника Первого оперативного управления Безопасности человечеств. С марта сорок первого — капитан первого ранга, начальник Первого управления.

Сардар помолчал. Клю нарочито бесстрастным голосом сказала:

— Я читала книгу Йона, еще когда мы с ним не были знакомы. Вы — Легин Таук.

— Да, — ответил Сардар.

— Боже мой, — шепотом сказал Реми. — Вы?

— Да.

— Невероятно, — пробормотал Ёсио.

— Мое подлинное имя — действительно Легионер (или Легин) Таук, — терпеливо ответил Сардар. — Я продолжаю. В январе сорок третьего я был вызван новым начальником УБ и вместе с ним приглашен к только что избранному новому Президенту Галактического совета. Мне было предложено возглавить операцию по нейтрализации и уничтожению структур мафиозных организаций, сращенных с некоторыми органами Конфедерации и носящих название «шура».

— Ну, все правильно. Я — дебил. Прости меня, дружище, — мрачно сказал Йон. — А ведь я мог бы догадаться.

— Да вряд ли, — ответил Таук. — Ты ведь всегда видел меня только в моем собственном облике, а тут я перевоплощен и глубоко законспирирован. Нарийя умеет проверять, так что ты волей-неволей должен был поверить, что я сознательно перешел на их сторону. Для них была подготовлена сверхмощная легенда, я для них — бывший сотрудник УБ полковник Джо Страммер, а в Первом управлении продолжает трудиться некто капитан первого ранга Легионер Таук, и другую информацию им взять неоткуда.

— А, так вот почему я не должен был тебя узнать.

— Естественно. Ты ведь узнал бы меня как Таука, а я для них — Страммер. Мне сделали это лицо, изменили некоторые части генкода, но, если бы ты меня публично узнал — все пошло бы прахом. Так что это ты — и Клю — меня простите. Я не успел привести сюда корабль раньше… и остановить этих бандитов… возможно, все пошло бы по-другому…Но я ведь сам бегу.