Победа ускользает - Мошков Кирилл - Страница 32

Джессли смутилась, опустив голову. Завившиеся кольцами два светлых локона, знак принадлежности к хайкерскому братству, упали ей на лицо.

— Отвернитесь еще раз, — тихо сказала она наконец. — Я оденусь. Кстати, я все-таки вышла из чемпионата. Так что я могу ехать и не в Стокгольм. Я могу всем говорить, что мы из пятой группы, а не из четвертой. А у пятой группы контрольная точка этапа — в Париже. Я могу вас провести по Европе. Вам там без знания хайкерских реалий будет трудновато.

Она сбросила полотенце на койку, глядя на голый затылок Кима, и внезапно ощутила странный наплыв эмоций. И сама на себя рассердилась: с партнерами-хайкерами никогда так не бывало, а ей при них случалось бывать и нагишом. Он биоклон, старше меня лет на двенадцать, и вообще очень странный тип, сказала она себе и торопливо натянула белье.

— А вы знаете, Джессли, давайте так и сделаем, — сказал Ким, не оборачиваясь. — Нам ведь как раз в Париж и надо.

Джессли торопливо одернула майку и принялась натягивать джинсы.

— Можете поворачиваться, — чуть хриплым голосом сказала она.

Ким обернулся, очень внимательно на нее посмотрел, но ничего не сказал.

— Вещи все брать? Мы сейчас уходим? — спросила его Джессли, смутившись.

Ким поразмыслил.

— Да, берите. Если и не прямо сейчас, то ночевать здесь еще раз вы точно не будете. Давайте, я поднесу рюкзак.

Они спустились по лесенке в центральный ярус и вошли в рубку. На центральном посту сидел, громоздясь горой в рабочем кресле, капитан Муханов — он был вахтенным. Миша мрачно перебирал новостные каналы в Галанете.

— Где Таук? — спросил его Ким.

Капитан ткнул пальцем в свой мультиком, закрепленный на поясе, и сказал:

— Таук.

Мультиком пискнул.

— Легин, иди в рубку, — мрачно сказал Миша.

Наверху послышалось характерное «дж-дж» открывшейся и закрывшейся каюты, затем шаги по лесенке, и в рубку вошел Таук. Он сбрил бороду, отчего отрастающие светлые волосы на голове стали заметнее. На Легине была полная униформа хайкера, со всеми полагающимися ремнями и пряжками; в руке он нес тот самый рюкзак, который под ментальным прикрытием Кима вынес из склада вещдоков следственного управления МИБ в лисском Красном Доме. Поставив рюкзак на пол рядом с рюкзаком Джессли, Легин поглядел на нее, потом на Кима и прокомментировал:

— Ты не похож на хайкера. Куртка ничего, а вот штаны никуда не годятся. И обувь, другая обувь нужна. Впрочем, ладно. Сойдет. Просто все время держи в голове, что окружающие должны воспринимать тебя как хайкера, ладно?

— Я и так массу всего должен держать в голове, — усмехнулся Ким. — Ладно, я понял.

Мишин мультиком закурлыкал. Миша ткнул в него пальцем, подав сигнал на наушник своего веббера.

— Капитан Муханов. Да, Ёсио. Да, пожалуйста, сейчас открою.

Миша ткнул пальцем в консоль; слышно было, как в холле сработали сервомоторы внешнего люка. Через несколько секунд в рубке беззвучно возник Ёсио.

Юный монах сильно изменился с того дня, как Лорд и Мартены встретили его на тропе в лесу на Акаи. Голова его обросла густой черной щетинкой, лицо обрело жесткое и собранное выражение, в углах рта появились складки. Молодежная одежда и вовсе делала Ёсио похожим не на монаха, а на активиста какого-нибудь студенческого союза.

— Капитан Таук, — обратился он к Легину. — Я пришел сделать официальное заявление и надеюсь, что вы и полковник Волошин выслушаете меня.

Ким и Легин переглянулись.

— Говори, — сказал Легин наконец.

— Я пришел от имени всего экипажа «Лося». Мы понимаем, что вам предстоит сложнейшее испытание и что только такие сильные люди, как вы, смогут с честью выполнить все, что намечено. Но мы — весь экипаж «Лося», во главе с вернувшимся на борт капитаном Лордом, приняли решение просить вас взять с собой одного из нас. Мы считаем, что в таком важном деле имеет право принять участие кто-то с «Лося». Последние полтора часа, с тех пор, как капитан Лорд и Клю вернулись на борт, мы обсуждали этот вопрос. Конечно, хотели идти все. Но после долгого обсуждения остановились на двух кандидатурах — Йона, то есть капитана Лорда, и моей. Затем Йон снял свою кандидатуру на основании того, что он менее силен в специальной подготовке, чем я. Так что выбор пал на меня.

Ким кашлянул. Ёсио мигом повернулся к нему и с неожиданной мольбой в голосе произнес:

— Полковник! Один раз вы уже отказали мне. Я принял ваши доводы и, как вы и просили, провел экипаж «Лося» на корабль. Теперь я очень прошу не отказывать мне. Я не буду обузой.

Ким и Легин опять переглянулись. Легин спросил:

— А как быть с твоим статусом? Одно дело — защищаться. Но сейчас мы собираемся, в общем-то, нападать.

Ёсио смиренно проговорил:

— Воля неба была ясно высказана. Сама судьба заставила меня переодеться. До недавнего времени, думая о будущем, я представлял себе возвращение в сангху. Теперь я окончательно принял решение отказаться на ближайшие годы от этого пути. Небеса привели меня к новой стезе, и я пойду по ней. Я решил отказаться от монашества.

Ким кивнул.

— Твоя воля, Ёсио. Хорошо, я принимаю твои аргументы. Легин?

Таук встал и обнял Сакамото.

— Я знал, что так будет, — сказал он просто. — Спасибо, Ёсио-кун. Идем с нами.

Миша покосился на расплывшегося в улыбке Ёсио и пробурчал:

— Мне, что ли, от звания отказаться, чтобы вы меня с собой взяли? Все равно же не возьмете, черти…

Оживленного движения не было не только на горной дороге, но и на объездной трассе. Джессли и ее новые спутники отшагали километра три, пока далеко сзади не раздался гул двигателя. Ким и Ёсио присели на придорожные камни, поскольку вид у них был не слишком хайкерским. Джессли и Легин вышли ловить.

Ждать пришлось минут пять: должно быть, машина шла тяжелая. Отсюда хорошо было видно место, где над дорогой стояли два джампера. Конечно, опытный глаз мог найти в изображении моря и скал какую-то шероховатость, но только человеческий глаз — и только в том случае, если его обладатель знал, что должен увидеть. Благодаря введенному Тауком в операционную систему обоих кораблей алгоритму маскировочной прозрачности ни один прибор теперь не мог обнаружить их местоположения, если корабли оставались недвижимыми.

Показалась машина — тяжелый грузовой электровоз. Натужно завывая двигателем, пожилой «мерседес» поднимался медленно, грузно раскачиваясь. На призывно поднятые руки Джессли и Легина машина стала тормозить еще издали и, завизжав колодками напоследок, остановилась. Джессли и Таук подошли к кабине, Легин открыл дверь, Джессли встала на подножку и заговорила на фарси:

— Салам! Агляр мумкене бяман комаконни бэ биостейшен беравам…

Длинноволосый усатый шофер, улыбаясь, перебил ее:

— Да вы на линке говорите. Я не переселенец.

— Фу, слава Богу, — откликнулась Джессли. — До биостанции не подбросите? Или до трассы на Ак-Месджид? Нас четверо.

— А в Ак-Месджид в другую сторону, — сказал шофер. — Правда, я в Аль-Эшту еду. Оттуда начинается шоссе до Ак-Месджида, там легко машину поймать. Поедете? Тогда я пущу вас в кузов.

В кузове были навалены огромные тюки с чем-то мягким. Подсаживая Джессли (Ким и Легин подхватили ее сверху за руки), шофер крикнул:

— Там в мешках мытая овечья шерсть, можете сидеть прямо на них. Это в Аль-Эште производство — шерстяная одежда ручной работы. Туристам продают… когда туристы есть.

— А что, мало туристов? — перекрикивая клекот двигателя, спросил Ким.

— Не сезон! — ответил шофер и захлопнул кузов. Сразу стало намного тише. Сквозь узкие окошки под потолком пробивался свет. Все сразу же стали рассаживаться, грузовик дернулся раз, другой и пополз вверх по шоссе.

Довольно скоро Джессли почувствовала сонливость: все-таки ночью она спала совсем немного, да и за вчерашний день сильно устала. Забравшись с ногами на мешки, она быстро уснула: Ким сказал ей, что до Аль-Эшты вдоль побережья ехать часов пять-шесть.