Мне некогда! В поисках свободного времени в эпоху всеобщего цейтнота - Шульте Бриджид - Страница 55

Некоторые из присутствующих трудятся на полную ставку, у кого-то есть собственный бизнес, кто-то работает неполный рабочий день или удаленно. Некоторые постоянно сидят дома с детьми. Они называют свою группу «Просто мамы». Ее участницы собираются вместе хотя бы на час в неделю, чтобы уйти от повседневного материнского «сумасшествия» и понять, чем они могут помочь друг другу. «Просто мамы» живут далеко от своих матерей, бабушек и тетушек, которые могли бы, как мать Кеши, в недоумении спросить: «Это кто же выдумал такие стандарты?», а потом посоветовать меньше напрягаться. Поэтому они стараются помочь друг другу сами.

– Если честно, это не очень сложно, – говорит одна из присутствующих, – сдаться и действовать по инерции.

– По инерции? – уточняю я. – Разве это не та сила, которая не дает нам действовать?

– Я имею в виду инерцию, которая заставляет вас действовать так же, как остальные, – говорит моя собеседница. – «Вы записались в этот класс?», «Вашим детям нужно сделать это», «Необходимо попробовать это». Наоборот, требуется много сил, чтобы остановиться и не делать так, как делают все вокруг.

Другая мать, Джен Йокен, признается, что только недавний ураган позволил ей понять, насколько невыносимой стала ее обыденная жизнь. В течение двух недель семья жила без электричества, спала на матрасах в подвальной прачечной и питалась консервами.

– Вначале я думала, что у меня случится нервный срыв. А потом я поняла, что еще никогда не чувствовала себя настолько спокойно. Мы зажигали свечи, дети установили палатку. У нас не оставалось другого выбора, кроме как жить просто.

И она захотела сохранить этот дух после того, как электричество вновь подключили.

Писательница Кассандра Диксон ходила в квакерскую[49] школу, поэтому ее всегда привлекала красота простой жизни. Она стала одной из первых, кто захотел избавиться от комплекса всепоглощающего материнства.

– Если вы находитесь в группе единомышленников, если вы не скрываете свою слабость, то это ваш шанс стать мудрее и сильнее, – объясняет она. – Только тогда вы сможете что-либо изменить в своей жизни, даже если эта перемена будет не очень значительной.

«Просто мамы» будут первыми, кто расскажет вам, что у них нет готового решения этой проблемы. Но они очень стараются найти его. Когда я встретилась с ними, они давали друг другу задание найти время для себя лично, хотя, как они признают, свободное время никогда не стояло у них в списке приоритетов.

– Я села на лестничные ступеньки, нагретые ярким солнцем, чтобы просто отвлечься. Меня тут же охватило чувство вины вроде «О боже, я трачу пятнадцать минут на то, чтобы ничего не делать», – рассказывает Меган Галахер, – но, по крайней мере, я получила на этой неделе свои пятнадцать минут.

– А нужно было проводить по пятнадцать минут каждый день, – напоминает ей Диксон.

Они работают над созданием ритуалов, таких как регулярные семейные ужины, призванные стать «якорями» в хаосе жизни, и «островки спокойствия» – незапланированное свободное время для них самих, их детей и семей. Теперь, когда одна из дочерей стала профессионально заниматься спортивной гимнастикой, Диксон старается сделать так, чтобы у них обязательно нашлось свободное время спокойно пообщаться за чашкой чая. Матери стараются помочь друг другу увидеть, что время, проведенное с детьми по расписанию, не настолько ценно, как уникальные моменты обычной жизни – спонтанные танцы или шутки, рождающиеся, например, во время совместного мытья посуды. Они учатся видеть красоту в простых вещах, отвлекаясь от проблем и суеты.

Мэри-Бет Фреричс как раз старалась сделать свою жизнь проще, когда присоединилась к группе. Она ушла с работы и организовала собственный бизнес. Она разрешила сыну бросить все кружки и секции и заниматься только одним видом спорта, который ему действительно нравился. В группе ей помогли научиться всегда останавливаться и думать, прежде чем что-либо предпринимать: «На самом ли деле я хочу испечь эти пирожные, или я просто хочу показать другим, что я хорошая мать?» Она научилась отказываться от приглашений, которые были похожи на обязательства. Постепенно вся ее семья стала время от времени собираться за поздним ужином и ездить на лыжные прогулки по выходным, хотя все это не было заранее запланировано. Она с некоторой тенью удивления рассказывает: «Я стала глубже чувствовать – и огорчения, и радость. Пока я была загнанной лошадью, у меня ни на что не хватало времени. А теперь я почувствовала, что живу».

Кэти Мазари, педиатр и тренер, помогающий решать проблемы родителей, встречалась с «просто мамами» и считает, что их эксперимент должен продолжаться, ведь в одиночку очень сложно отказаться от стереотипа идеальной матери. Люди – социальные существа, и они чаще всего действуют так, как это делает толпа. Часто единственным путем противостояния, говорит Мазари, становится создание собственной «маленькой толпы». Она утверждает, что это необходимо сделать не только ради собственной спокойной жизни, но и ради своих детей: «Культура всепоглощающего материнства старается привить вам те ценности, которые ими не являются. Что вам делать? Любите своих детей. Обезопасьте их. Принимайте их такими, какие они есть. А затем не вставайте у них на пути».

Положительный момент: мать-природа

Я подъезжаю к ореховой ферме Сары Блаффер Хрди, которая находится у подножья гор Вака в Северной Калифорнии, и паркуюсь у рощи элегантных кипарисов. Красивый дом построен в плантаторском стиле, а внутри его находится огромная коллекция произведений народных и этнических промыслов, которую хозяйка собирала в течение тридцати лет. Ее коллекция из тех мест, где Хрди изучала поведение самок обезьян, в том числе человекообразных, чтобы лучше понять их материнское поведение и, соответственно, и наше собственное. Она выпускница Гарварда, антрополог, занимающийся вопросами эволюции, член Национальной академии наук, почетный профессор Калифорнийского университета в городе Дэвис и один из признанных экспертов по вопросам материнства. Хрди приглашает меня пройти в большую кухню в фермерском стиле. Она отгоняет своих собак, наливает мне чашку кофе и протягивает тарелку с орехами.

Я искала встречи с Хрди, потому что, если честно, после моей беседы с Патом Бьюкененом и погружения в тему всепоглощающего материнства я была растерянна. Может быть, и правда, как утверждают некоторые, для матерей было бы более естественным оставаться дома с детьми? А вдруг все-таки женщина на самом деле «основной» родитель, как говорит одна моя подруга, мать-домохозяйка. Тогда зачем переделывать природу? Должна ли я, как тот жертвующий собой Ангел дома из популярной викторианской поэмы Ковентри Пэтмора, высмеянный Вирджинией Вулф, уйти с работы? Закрывать собой сквозняки? Предугадывать все желания своих домашних? Доедать подгоревшие тосты? Возить детей в школу и на дополнительные занятия? Быть гордой матерью-«наседкой»? Были ли мои попытки понять, как мы проводим время на работе и дома, и мое желание как матери найти хотя бы немного времени на увлечения бесполезным вмешательством в естественный ход вещей?