Жизнь других людей - Нортон Шейла - Страница 42

– Я решила, что тебе стоит на него взглянуть – ведь ты уже давно убираешь его квартиру!

Я жду, не добавит ли она что-нибудь еще. Она непременно должна посмотреть на меня понимающим взглядом, как водится между женщинами, когда речь заходит об умопомрачительном, безупречном представителе мужского пола, о котором мечтает любая женщина. Она обязательно покачает головой и со смехом скажет, что всегда восхищалась им и не сомневается, что он произвел на меня неизгладимое впечатление.

– Приятный парень, – рассеянно замечает Луиза, захлопывая дверцу машины.

Приятный парень?

Я в недоумении смотрю ей в затылок. Может быть, она шутит? Это все равно что сказать, что в Сахаре немного жарковато, а египетские пирамиды – довольно занятное зрелище.

Она оглядывается на меня:

– Ты так не думаешь?

– Отчего же, – осторожно говорю я, стараясь не выдать себя. Но я не могу сдержаться. На меня это не похоже. Наверное, я схожу с ума. Может быть, вчера я слишком много выпила? – Просто красавец, – добавляю я как можно небрежнее, отводя глаза.

– Кто, Алекс? – удивленно спрашивает Луиза.

Похоже, она действительно шутит.

Теперь мы смотрим друг на друга в упор.

– Алекс красавец? – повторяет она. – Не знаю. Никогда об этом не думала. Пожалуй, он ничего. Но не в моем вкусе. – Она пристально смотрит на меня. – Он тебе приглянулся! – восклицает она с улыбкой. – Я вижу, не отрицай!

Я иду наверх, чтобы позвать Элли.

– Скажи, он тебе понравился? – не отстает Луиза.

– Он ничего, – соглашаюсь я.

По-моему, я сказала это достаточно сдержанно. По моему голосу ни за что не скажешь, что мое сердце готово выпрыгнуть из груди.

– Черт возьми, – тихо говорит Луиза за моей спиной. – Как же я сразу не догадалась. Я же видела, как ты на него смотрела. Видела, как вы смотрели друг на друга, когда ты танцевала с Мартином. Я должна была догадаться!

– Не о чем догадываться, – отрезаю я, стараясь не терять достоинства.

Это меня встревожило.

Оказывается, этот самый Алекс Чапмэн совсем не кажется самым восхитительным и неповторимым представителем мужского пола всем женщинам на свете, а значит, со мной что-то неладно. Разумеется, все мы изо дня в день встречаем привлекательных мужчин, чей голос, улыбка и обаяние возбуждают нас и доставляют нам удовольствие. Взять все того же сексуально озабоченного извращенца Оливера. Но у него было красивое тело – поверьте мне, это подтвердила бы любая женщина, – и я не сомневаюсь, что многим его предложение насчет платяного шкафа показалось бы весьма соблазнительным. Я ведь не затворница, которая провела всю жизнь в монастыре и впервые в жизни увидела мужчину.

Так что же со мной стряслось?

Что я нашла в Алексе Чапмэне?

Почему именно он?

И почему я?

И почему сейчас?

Сейчас, когда у меня появился такой замечательный Мартин, который готов ждать сколько угодно, пока я наконец смогу его полюбить.

Почему именно сейчас, когда впервые с тех пор, как мы расстались с Дэниелом, мои дела на любовном фронте пошли на лад? Когда я наконец перестала думать, что все мужское население планеты отвернулось от меня раз и навсегда. Когда я вырвалась из сексуальной пустыни и непристойные фантазии о проходящих мимо незнакомцах перестали казаться мне непростительным преступлением.

Казалось бы, я должна быть довольна.

Довольна ли я?

Остаток дня я стараюсь убедить себя, что довольна. Я стряпаю, убираю, играю с Элли. Запускаю стиральную машину и глажу белье. Читаю Элли книжку. Думаю про Мартина и напоминаю себе, какой он хороший. Какой он внимательный и заботливый. Как хорошо нам было в постели. Да, я должна быть довольна. Поздно вечером, когда Элли уже спит, звонит телефон.

– Привет, Бет. Это Алекс.

Пожалуй, сердце не колотилось так ни разу с тех пор, как я была подростком. Нет, последний раз это случилось, когда я познакомилась с Дэниелом.

– Здравствуй, – запнувшись, говорю я. Кажется, что сердце стучит громче, чем я говорю.

– Я… я обещал позвонить.

– Да. Но я не думала, что ты позвонишь.

Воцаряется нескончаемая тишина. Она длится целую вечность. У меня в голове только одна мысль: он там, на другом конце телефонной линии, он говорит со мной, и я слышу его дыхание.

– Мне надо с тобой поговорить, – наконец произносит он.

Я слышу, как неуверенно звучит его голос. Он волнуется? Неужели это из-за меня?

– Да? – я пытаюсь изобразить ободряющий тон.

– Это… это насчет Сары.

Сары? Какой Сары? Какая, к черту, Сара? Какое отношение ко всему этому имеет Сара? Или я чего-то не понимаю?

– Сара – это моя жена.

Как мило. За последние двадцать четыре часа я успела навыдумывать бог знает что, в том числе и про этот звонок, но ни одна из моих фантазий не предполагала упоминания о его жене в первую же минуту разговора.

– Она… у нее собственное дело. Она… гм… у нее большие связи… она… э… знает… нужных людей…

При чем тут я?

– Каких еще людей?

Почему мы говорим о ней?

– Людей, деловых людей… они могут помочь. Если нужно кого-то представить… познакомить… с кем-то…

Наверное, она владелица брачного агентства!

– Зачем ты мне это говоришь? – Я истекаю болью, как кровью, которая сочится из свежей раны. – Ты считаешь, мне нужна ее помощь?

Он вздыхает. Снова воцаряется молчание.

– Послушай, Бет, извини. Забудь, что я сказал. Зря я завел этот разговор.

– Я не одинока, – говорю я, захлебываясь болью. – Я не одна, и не надо меня жалеть, ясно? У меня уже есть мужчина.

– Я знаю. Я видел вас на вечеринке. Вы танцевали.

Именно.

При этом я смотрела на тебя. А ты – на меня.

– О чем мы вообще говорим? – еле слышно спрашиваю я.

Я имею в виду не только этот звонок.

– Не знаю, – так же тихо отвечает он.

Снова молчание.

Я не хочу, чтобы он повесил трубку.

– Я тебе все еще нужна? Я про уборку квартиры, – быстро спрашиваю я. – Ведь теперь я знаю, что ты там не живешь.

– Ну и что? Все равно там нужно поддерживать порядок.

Порядок? Порядка там больше, чем на кладбище.

– Да, насчет денег, – говорит он. – Мать будет оставлять твои деньги у миссис Пэйтел. Миссис Пэйтел хочет, чтобы ты и дальше убирала Сельский домик.

– Прекрасно. Они сказали, что позвонят мне.

– Значит, все в порядке?

– Разумеется.

Я в замешательстве. Не может быть, чтобы на этом разговор окончился. Неужели он позвонил только ради того, чтобы поговорить о своей жене и о моих уборках?

– Так что?.. – начинаю я.

– Да. Так что?..

– …мы…

– …еще…

– …когда-нибудь…

– …увидимся?

Кто сказал это первым? Он или я, или мы произнесли эти слова одновременно? Может быть, они возникли сами по себе и сами собой понеслись по соединившей нас телефонной линии? Мы еще когда-нибудь увидимся?

Да или нет?

– Конечно.

– Ну, конечно.

– На этой неделе?

– Было бы здорово.

– Может быть, в пятницу?

– В любой день. Когда хочешь.

– Тогда в пятницу. Я тебе позвоню.

– Ладно.

– Увидимся.

– Да. Пока.

Мне не хочется вешать трубку. Но приходится. Какое-то время я стою, уставившись на телефонный аппарат, точно вижу его впервые.

Я вступаю на незнакомую территорию.

Похоже, я вот-вот отправлюсь на свидание с чужим мужем.

И изменю своему приятелю.

Понедельник

После садика мы с Элли отправляемся к Фэй на ланч. Все по-прежнему, словно мы никогда не ссорились и не переставали делиться своими тайнами.

Мы с Фэй готовим на кухне сандвичи.

– Я познакомилась с одним человеком, – говорю я. – И теперь думаю только о нем.

– С кем? Где? – спрашивает она, ловко намазывая хлеб маслом.

– С Алексом Чапмэном. Я убираю его квартиру в Окли-Корт. Он был на вечеринке у Луизы.