Мой брат якудза - Раз Яков - Страница 44

Встреча, еще одна, я выясняю, навожу справки, но Юки не нахожу. Лишь намеки. Здесь его видели, там его слышали, здесь он оставил отпечатки пальцев. Он и женщина, которая всегда с ним. Намекают, что, возможно, она — босс нового поколения. Может, он — Хиросэ, может, Сато, Ватанабэ, Накасона, может, Хаяси. Может, он — сутенер или занимается контрабандой оружия. Может, он — наркодилер. Я смотрю фотографии, хожу в полицию с визиткой профессора, пачкой денег, вложенной в мой паспорт, и расспрашиваю всех. Его нет в Маниле, говорят они мне, или же пластический хирург сотворил чудо. Каждый день в газетах появляются заметки о действиях якудза в Маниле. В полиции пытаются отрицать возросшую активность якудза. Но кажется, что их здесь уже тысячи. Разгорается война с китайцами, в основном из «Змеиной головы», и с группами филиппинцев. Между якудза, в основном людьми из Кёкусин-кай и «Змеиной головы», было несколько серьезных войн. Босс Окава мне о них рассказывал. Были убитые с обеих сторон. Но в Маниле люди умирают постоянно, и никто не задает лишних вопросов. Кажется, что после моего приезда туда войны становятся еще более частыми и жестокими. Ситуация доходит до правительства, принимаются меры.

Каждый вечер, возвращаясь в гостиницу, я все еще не понимаю, почему ищу его с таким упорством.

Как-то Имаи говорит мне: «Пойдем, кое с кем встретимся». В углу бара царят сумерки, я ничего не вижу. Подаю свою визитку, но сумерки ничего мне не возвращают. В полумраке маячат большие солнечные очки, отражающие свет от ламп над стойкой бара. Я привык к таким черным очкам, но эти очки уж очень большие. Я не знаю, смотрит ли их обладатель на меня, сквозь меня или совсем в другом направлении. Он похож на человека, переодетого в устрашающего якудза, он наводит страх. Мрак во мраке. Зачем я в это ввязался?

— Имаи рассказал о тебе и о том, кого ты ищешь, — говорит он голосом, который словно изменен в целях маскировки. — А я говорю тебе — уходи отсюда, сейчас же. Потому что ты вроде как сын босса Окавы. Нет, нет, я тебе ничего не расскажу. Тебе нельзя здесь находиться. Даже если ты считаешь, что вы — братья. Мне сказали, что ты — профессор. Поэтому я надеюсь, что ты меня понял.

— Спасибо, я понял. Только передайте ему, пожалуйста, мою визитку и вот это письмо.

Я передаю ему в руки письмо, с робкой надеждой, что, быть может, оно достигнет цели. Это письмо должно быть передано только Юки. В большой спешке я передаю письмо в темноту передо мной, с необъяснимым чувством, что этот угрожающий человек передаст его Юки. Ведь Окава взял с меня клятву передать письмо лично Юки, когда я его найду. А я передаю его вот так, через кого-то.

Письмо исчезло в кармане темной куртки.

Темнота не отвечает. Она лишь извергает клубы дыма в пространство бара. Я рад уйти из этого места. Даже Имаи глубоко вздыхает, когда мы выходим на улицу.

На следующий день я вылетаю в Токио. Там наступила весна, и люди теряют головы от цветения сакуры.

Письма из тюрьмы

Это письмо было передано мне Миоко, подругой Тецуя.

Я покупаю большую упаковку сладостей, такую, чтобы хватило на несколько человек. Я также покупаю несколько книг, из тех, что по душе Тецуя, и еду в токийскую тюрьму. У ворот обращаюсь к охраннику, достаю свою визитку (профессор и все прочее) и говорю, что я хотел бы посетить Тецуя Фудзита. Охранник учтив, но упрям. Он заходит внутрь и возвращается с отрицательным ответом. Говорит, визиты разрешены только членам семьи. Я прошу, чтобы он уточнил, кого они имеют в виду. Но мои просьбы, мольбы и убеждения не приносят результата, я выставлен наружу. Я прошу, чтобы Тецуя Фудзита хотя бы передали коробку и книги, а также небольшую записку, в которой я прошу его, чтобы он взял только одну конфету, а остальное раздал другим, ведь у него диабет, ему нельзя много конфет, и что книги для него, и чтобы писал еще, и что его письма будоражат мои чувства и я благодарен ему за его послания.

1993 г

В Токио я день за днем продолжаю следить за «Манила таймс», может, что-то попадется на глаза.

Ничего нет. Но я не отчаиваюсь. Я уезжал по делам и вернулся. Пока меня не было в Японии, просил, чтобы следили за всеми криминальными новостями.

Долгое время ничего нет.

И вот однажды утром, четырнадцатого мая 1993 года, я вижу заголовок. Очередной заголовок об активизации деятельности якудза в Маниле. Я устал от разочарований и равнодушно читаю: