Мой брат якудза - Раз Яков - Страница 2

Да, тут есть над чем поразмыслить.

Все описанное в этой книге основано на реальных событиях. Вымышленные детали навеяны правдивыми событиями, которые на протяжении нескольких лет происходили со мной в обществе этих странных, замечательных и особенных людей. Людей, заявляющих, что они во всем идут до конца. Среди них были хорошие и не очень, жулики и прямолинейные, любящие и ненавидящие, ограниченные и одержимые, угрожающего вида и очень даже обаятельные, преисполненные жалости и жестокие. Среди них были такие, которых я не мог выносить, и такие, с которыми меня и по сей день связывают дружеские узы. Среди них были разные.

Как обыденно!

Согласно словарю, якудза — это «общее название организованных преступных группировок Японии».

Около девяноста тысяч, не считая многотысячных единомышленников, побочных и неофициальных членов, а также других организаций различного характера.

В современной форме организации с XVIII века.

«Я» — это восемь, «ку» — девять, «дза» — три, вместе — двадцать, то есть число проигравшего в азартной карточной игре. Иными словами — проигравший, лузер, несостоявшийся. Тот, от которого отреклось общество, кто неравноправен в глазах окружающих и кому нет места в обычном мире.

Мы, говорят эти люди, говорим «якудза» с гордостью, ведь якудза — это хвала преступлениям, уголовщине, свободе, деньгам, одиночеству, любви и самопожертвованию. Быть членом якудза сегодня — значит быть легендой.

Да, есть. Сами они называют себя «гокудо» — пути беспредела. Согласно этому названию, жизнь надо проживать по максимуму, без компромиссов. Все, что эти люди делают, они делают до предела: будь то дружба, преданность, преступления, вражда, любовь, самопожертвование, верность, привязанность или предательство.

Есть и другие названия: «нинкёдо» — рыцарский код. Наши предки, рассказывают они, были бродягами-разбойниками. В прошлом рыцари, самураи, они скитались по средневековой Японии, воевали против сильных мира сего и отбирали у них добро, чтобы помогать слабым.

Еще одно название, впервые данное якудза полицией около тридцати лет назад: преступные группировки «борёкудан». Полиция и СМИ используют это название с целью рассеять романтическую ауру слова «якудза».

Якудза ненавидят это название. «Мы — не американская мафия», — говорят они.

Все началось за десять лет до того, как я прочел следующую статью в газете «Манила таймс».

Накануне полиция Манилы произвела обыск на вилле, расположенной на бульваре Роксас, откликнувшись на жалобы соседей по поводу стрельбы и криков со стороны виллы. Согласно данным полиции, вилла, принадлежащая Фурукаве Сабуро, влиятельному японскому бизнесмену, в последнее время служила местом для осуществления действий подозрительного характера. Источники информации, имеющиеся в расположении полиции, указывают на то, что Фурукава в прошлом был членом мафии якудза, а на данный момент работает в одиночку. Активность японских преступных группировок в последнее время возросла в Маниле настолько, что стала главной мишенью для полицейских столицы. Якудза промышляют сутенерством, наркотиками и торговлей оружием. Ходят слухи, подтвержденные пока лишь частично, что Фурукава связан с уголовными структурами на Филиппинах, а также с различными преступными группировками за рубежом: китайскими группировками в Бирме, корсиканскими бандами в Лаосе и гонконгскими триадами. Предполагается, что в Маниле он тесно связан с Мерседес Салонга, главой самого могущественного синдиката проституции столицы. Известно также о связях Фурукавы с несколькими главарями китайской «Змеиной головы», вызывающих недовольство японцев из якудза в Маниле.

Полиция проникла на территорию виллы, но там никого не оказалось. Выяснилось, что источником криков была ручная обезьяна, находившаяся на вилле в момент выстрелов, прозвучавших там немногим раньше. В доме царил полный беспорядок, свидетельствующий о спешном обыске. Предполагается, что взломщики скрылись при звуках приближающейся полиции…

Два газетных снимка изображали обстановку на вилле: на одном — большая роскошная комната с выходом к бассейну и в сад. На втором снимке — сидящая на комоде напуганная обезьянка с выражением ужаса на мордочке. Позади нее я рассмотрел прислоненную к стене роскошную рамку, в которой большими буквами написано стихотворение на английском. Большинство слов легко можно было прочесть. Я приблизил лицо.

Я читаю эти строки, и я ошарашен. Это Юки! Этот человек, Фурукава, — Юки! После долгих лет поисков я, быть может, наконец-то нашел его! Это не Фурукава, это Юки!

Ищу телефон и с бешено бьющимся сердцем звоню в «Манила таймс»…

Глава 1

Рождение босса

Эти слова важно произносит человек в белом шелковом кимоно, восседающий на красной подушке. В его распоряжении две белые глиняные бутыли, поднос с кучкой соли и еще один — с огромной рыбиной. Перед ним белая чаша и позолоченная пиала для саке. Движения человека настолько отточенны, будто судьба всей Вселенной зависит от точности исполнения этого ритуала.

Кто он — монах, религиозный жрец? Нет, это человек по имени Сакураи Хидэо из семьи Кёкусин-кай, говорят мне. Это человек, ответственный за проведение церемонии.

Сакураи берет позолоченную пиалу для саке и большим круговым движением отводит руку вправо.

Помощник подает ему белый лист бумаги. Сакураи берет лист, большими круговыми движениями вытирает пиалу, затем берет одну из бутылок саке, вынимает из горлышка белую бумажную пробку, произносит короткую молитву на древнеяпонском, большим движением взмахивает руками над горлышком бутыли и, одновременно с громким и коротким возгласом «Вау!», наливает немного саке в пиалу. Возвращает бутыль и пробку на место и проделывает тот же ритуал с другой бутылью.