Морозко (СИ) - Суворов Владилен - Страница 29

      Тело Тени отбросило ударом на стену, пришпиливая фигуру к камню копьем, словно шашлык на палочку. Хорошее копье. Где бы вы были без моих запасов, сколько раз говорил ребятам - мужик должен все тащить в дом.

      - Я вижу мы его уконтропупили...

      Оставшиеся в живых настороженно взирали на мою сидящую фигуру, видимо их смущает моя еда, сильное сердце у Тени - твердое, уже минуту пережевываю.

      - Надеюсь все понимают, что мне придется отформатировать вашу память? Мне такого говна, как лишняя известность не нужно... кто не забудет, тот умрет.

      Я со вздохом поднялся со стула, сознавая что фигура магини и лордов уже закрываются плотными щитами защиты. Интересно, есть ли в этом мире мастера способные справиться со схемами трусишки Мороза... сейчас я это узнаю.

      В отдельно взятой таверне империи некоторое время сверкали молнии, но уже через час заведение начали покидать десятки людей, не забывая задумчиво потирать лбы в надежде вспомнить нечто важное. Эта ночь сияла бриллиантами звездных огней, с любопытством прислушиваясь к страстным женским стонам ...

      Иногда приходится подстраиваться под меняющиеся обстоятельства, так и я, испытывая давление заинтересованных лиц, оставил забегаловку Мороза в целости и сохранности. Дал, что называется слабину.

      - Так вот Мордит, будешь за старшего, вернусь к лету, - хмурый охранник сосредоточенно кивал головой, вот она... идея Мороза - не сжигать за собой все мосты... в действии. Меня не отпускало желание сжечь эту хибару дотла, включая всех букашек внутри, но данное "малому" обещание держало мою волю стальными щипцами.

      - Возвращайтесь быстрее, нам будет вас не хватать, - ты гляди какое искусство, вот у кого земным чинушам нужно поучиться, - за хозяйство не беспокойтесь, ни монеты не пропадет.

      Ну еще бы, я уже все накопленные Морозом средства скоммуниздил, отправив в карман. Да пусть хоть на ушах ходят, в подвале такие плетения стоят, что только тронь, и остатки органики будут собирать совками по всей округе. А вот пленника-мага пришлось дорезать.

      - Бывайте, - я поправил арбалет и тронул поводья, вся эта история с трактиром давным-давно испытывала мое терпение.

      Как я уже упоминал, у меня была хорошая память, и мне не терпелось посетить с ознакомительным визитом Твердыню ордена создателя, - да именно так, создателя - с маленькой заглавной буквой. Религия - опиум для народа, вот моя константа. Предлагали как-то сходить в церковь и целовать образа... ага, щас... в 3,14зду их всех. Нашли дурачка, я им милостыню, а они икру красную заморскую с раками ужинают.

      - Подставь другую щеку... не дождетесь.

      Прощение - это слабость, оправдание трусости. Не будет прощения, не будет пощады и соплей. Будут издевательства, пытки, будет убиение всех близких прилюдно, будет жестокое насилие над женами и дочерями, - вот это я обещаю. И даже денег за просмотр не возьму.

      А особенно пристальное внимание будет уделено прерыванию родовой линии. Отбрызги обоих полов и всех возрастов будут выполоты с грядок жизни каленным железом. И совесть не шевельнется, ибо нет ее. Да и что такое совесть, как не страх перед возмездием? Боятся убить врага из боязни своей грядущей не менее жестокой смерти, бездари - видимо они собираются умирать дважды... а вот мне плевать как меня убьют, сделанного все равно не воротят.

      Как только отъехал достаточно далеко, перекинул в карман весь походный груз кроме седла, этот маскарад с отъездом немного утомил, теперь буду двигаться налегке, думаю путешествие будет гораздо комфортнее.

      Лордов пришлось стереть с полотна судьбы, стирал я их вдумчиво и усердно, а вот девушке светит билет в дурдом, так как все случившееся сильно тронуло не устоявшуюся женскую психику. На прощание приложил свои силы к капитальной амнезии, теперь бывшая магиня отрабатывает прошлую богатую жизнь горничной, такая работа не требует особых умственных усилий. Ради истины признаю, ее превосходное гибкое тело очень скрасило мой ночной досуг.

      - Любовь это Бог, и наоборот, - скалясь, передразнил я любимое утверждение баптистов, ублюдки...

      Сколько не читал религиозную литературу, всегда испытывал непреодолимое уважение к позиции дьявола. Библия... какое нахер христианство в России. Мы нация воинов, только славянские боги могут пронять мою душу. В одном пальце Рода божественности больше чем во всем теле иудейского мальчика. Сатана, вот это имя звучит, подозреваю что дьявол - это собирательный образ всех попавших в опалу древних богов.

      - Земные боги вас не спасут... а на местных я забил единственный и неповторимый...

      Конь наматывал километры не чувствуя усталости, благодаря плетению выносливости этот недельный путь будет преодолен за три дня.

      Полгода прошло, а воспоминания все так же свежи. Мы не удалялись слишком далеко от крепости ордена, сознавая, что день ответа вскоре настанет. Подготовка огненной гиены было делом хлопотным, и в то же время особо приятственным.

      Вокруг пели птицы, воздушная смесь несла ко мне запахи цветов и фруктовых плодов... раздражение нарастало, и в конце концов я сломался. Ненависть... я освободил свою личность от уз притворства и каркаса фальшивой морали. Жизнь... ненавижу. Глаза запульсировали наливаясь изнутри кровью, артериальное давление повысилось, гоняя кровь толчками по жилам, словно морской прибой приливал к голове и ушам - заставляя скрежетать зубами.

      - Сдохните твари, - с руки сорвалось плетение праха, и сотни деревьев по обе стороны от дороги обратились в пепел. Душу охватил восторг, в волну силы попали тысячи насекомых и других ползучих тварей, эманация смерти будто бальзам пролилась на мою суть, гася сопровождавшее меня все эти дни напряжение. Я утолял свою ненависть, убивая все подряд... умирала почва, становясь на веки мертвой. Погибала растительность, ужас летел передо мной, заставляя бежать насекомых, больших и малых зверей. Я убивал, упиваясь силой, и ненавистью. Ненавижу жизнь как данность, и живых как интерьер этого мира...

      К вечеру мое бешенство потеряло свою силу, насытившись силой жизни на протяжении всего дневного перехода. Несколько встреченных по пути деревень, остались за спиной, сиротливо украшая местность своими разрушенными фундаментами.

      - И это только начало, - я сплюнул на надгробие старого кладбища, устраиваясь на ночлег... аппетит приходит во время еды, - лучше вешайтесь сами... для меня нет ничего святого кроме собственной жажды разрушения.

      В ночи раздался треск сухого сучка, и я проснулся. Яркое пятно жизни сгруппировалось для прыжка. Существо кинулось на меня издавая противное хлюпанье, рука ударила в скользкую морду, погрузившись в костную ткань по локоть. Жертва явной глупости скребла ногами землю, извиваясь в сладком экстазе конвульсий.

      Переключил зрение на ночной вариант и начал изучать останки необычного монстра. У остывшего ночного костра лежало тело Чужого, все тело уродца было покрыто хитином.

      - Вот такую хрень мне жрать взападло, - решил я, и кинул труп животинки в складку. Будет время - разберусь что почем.

      Мелкое происшествие прогнало сон, заставляя задумчиво изучать затянутый пеленой облаков звездный небосклон. Полная луна освещала редкий перелесок, придавая окружающему миру оттенок готики.

      Царство морфея уплыло в ночь и мне пришлось расстараться с растопкой костра. Подрегулировал интенсивность огня и установил на камни котелок с водой, внутри чайной смеси уже плавали листья мяты и сушеные ягоды шиповника.

      Поправил под собой одеяло, скатывая его под боком в жесткий рулон. Спящий неподалеку Дрын, флегматично вздрагивал ушами, продолжая пребывать в своих лошадиных снах, вот ведь равнодушная скотина - меня чуть не съели, а у него тревога и рядом не валялась.