Удельная. Очерки истории - Глезеров Сергей Евгеньевич - Страница 1

Сергей Евгеньевич Глезеров

Удельная. Очерки истории

Предисловие

Удельная – район необычный и удивительно притягательный. Есть в нем что-то особое, манящее и располагающее к себе. Словно бы уголок милой провинции по мановению волшебной палочки оказался в Петербурге. Здесь все соразмерно человеку, здесь чувствуешь покой и уют.

Тому, кто оказался в Удельной впервые, порой может показаться, что ее современный вид мало отличается от облика районов нашего города, сложившихся в 1960-х годах. Но это только на первый взгляд. Стоит лишь внимательно присмотреться, и можно увидеть многочисленные следы прошлого, свидельствующие о давней истории этих мест.

Удельная имеет полное право считаться историческим районом. Ибо истории здесь не меньше, чем в центральной части города, на Невском проспекте или Дворцовой набережной.

Неразгаданной тайной веет от древнего валуна с загадочной латинской надписью на Дрезденской улице. Еще целы старые деревянные дома на Рашетовой улице – они дают возможность представить, как выглядела Удельная до начала реконструкции 1960-х годов. О давней истории напоминают столетние дубы во дворах между Гданьской и Дрезденской. А старожилы этих мест, несомненно, помнят не только прежние названия нынешних «побратимских улиц», но и имена проездов и переулков, ушедших в небытие, превратившихся во внутриквартальные проезды...

Современные контрасты Удельной: Забайкальская улица (вид на дом № 45 по Ярославскому проспекту), более напоминающая заснеженную деревню. Фото автора, март 2010 г.

Контрасты Удельной: то ли в городе, то ли в пригороде. Дом№ 63 по Ярославскому проспекту, на углу Забайкальской улицы. Фото автора, март 2010 г.

Магазин и чайная купца Матвея Елисеевича Башкирова (пр. Энгельса, 83-85) на фоне высотного комплекса «Живой родник». Фото автора, июль 2009 г.

Проспект Тореза в морозный зимний день. Фото автора, январь 2011 г.

Контрасты современной Удельной: сохранившийся дом (по Лагерной ул., 18) у озера Линден. Фото автора, сентябрь 2008 г.

Порой прошлая жизнь Удельной напоминает о себе буквально из-под земли – причем в самом прямом смысле. Редкая канава, выкопанная строителями в этих местах, обойдется без найденных старинных кирпичей – тех самых, из которых когда-то были сложены фундаменты и печи снесенных в 1960-х годах удельнинских домов. Как отмечал археолог-любитель Анатолий Борисович Большаков, собравший уникальную коллекцию старинных петербургских кирпичей с клеймами заводов, «дома разрушаются, а кирпич остается, по нему можно узнать, в каком году построен дом, какой завод поставлял кирпич, поскольку каждый кирпич имел тогда свое клеймо».

...Для автора этой книги Удельная – не просто один из исторических районов на севере Петербурга. Это место, очень дорогое сердцу. Все-таки восемь лет школьной жизни, в 80-х годах теперь уже прошлого века, непосредственно были с ним связаны. В силу обстоятельств мне довелось учиться в трех школах, и все они были в Удельной, на расстоянии десяти минут ходьбы друг от друга. (Четвертая школа, в которой автору этих строк посчастливилось учиться у выдающего исследователя Петербурга Г.А. Богуславского, тоже была в северной части города – на Выборгской стороне.)

Старый удельнинский дом на фоне новостроек 1960-х годов.

Фото автора, март 2008 г.

Особенно дорога мне 99-я школа на углу проспекта Энгельса и Рашетовой улицы: в ее стенах я провел первые четыре учебных года – с 1981 по 1985 год. Год начала перестройки стал последним годом нахождения здесь школы: здание, пострадавшее в результате «хулиганского потопа», поставили на капитальный ремонт, и спустя несколько лет в нем разместился школьный завод «Максим» объединения «Позитрон»...

Тут, в Удельной, все было близким, знакомым и родным. Склоны горы у проспекта Мориса Тореза и Сосновка, куда мы ходили классом кататься на лыжах. Кинотеатр «Уран» на Ярославском, где смотрели детские утренники. Скобелевский проспект, где была детская библиотека. Помню, что меня, жившего за Поклонной горой среди стремительно растущих новостроек, в Удельной особенно поражало соседство новых зданий с деревянными домиками, окруженными сараями, курятниками и поленницами дров. Довелось мне застать и дачу Бадмаева на вершине Поклонной горы. Возле нее всегда стояли милицейские машины, и на меня, воспитанного в том числе и на стихах о «дяде Степе – милиционере», это производило особое впечатление – уважения и даже какого-то благоговейного трепета...

Признаться честно, в ту пору, когда я начал интересоваться прошлым нашего города, Удельная как исторический объект меня совершенно не интересовала. Да я и не воспринимал ее таковым. Казалось, вся история сосредоточена там, ближе к Неве и за ней, вокруг Медного всадника, на Невском проспекте. А какая история может быть здесь, в Удельной, возле школы? Разве что только несколько мест, где ночевал вождь революции, да еще вокзал, откуда Ильич отправился за финскую границу...

Это уже потом все, что довелось застать в прежней Удельной, стало складываться в цельную картину этого исторического места. Поначалу представлялось, что из всех северных районов именно Удельная меньше всего обеспечена историческими источниками и свидетельствами. Но это на первый взгляд. Более глубокое погружение стало приносить самые любопытные открытия, а расширение круга старожилов привело и к удельнинским знакомствам.

Именно поэтому книга состоит из двух частей. Первая представляет собой попытку рассмотреть историю Удельной в хронологической последовательности, до сегодняшних дней. Вторая часть – это мемуары удельнинских старожилов: либо подготовленные ими самими, либо являющиеся результатом кропотливой работы с устными воспоминаниями и домашними архивами. Собранные вместе, они дают уникальную картину той Удельной, которой не стало не так давно – всего-то полвека назад. Той Удельной, которой нет. Той, что живет на страницах воспоминаний, в устных рассказах, в пожелтевших от времени фотографиях из семейных альбомов...

Дача Бадмаева на Поклонной горе.

Фото К.В. Овчинникова, 1975 г.

Прекрасно сознаю, что эта книга вовсе не является исчерпывающе полным собранием сведений по истории Удельной. Скорее она служит одним из первых шагов на этом пути. Процесс работы над книгой растягивался и мог растянуться еще на долгое время, поэтому автор этих строк посчитал, что в определенный момент следует сказать себе «стоп!» и представить на суд читателей уже собранное. Уверен, что многие из тем, затронутых в книге, могут быть продолжены, уточнены и углублены. Поэтому с благодарностью приму полезные для дальнейшей работы советы, комментарии, рекомендации, и самое главное – буду очень рад откликам удельнинских старожилов. Поскольку абсолютно убежден: домашние, семейные архивы еще хранят огромное количество настоящих удельнинских реликвий, достойных публикации и всеобщего обозрения. Ведь воспоминания старожилов – сегодня порой единственная нить, помогающая восстановить связь между настоящим и прошлым, особенно там, где чудом сохранившиеся следы этого прошлого исчезают буквально на глазах.