Родитель номер два - Апраксин Иван - Страница 12

Сейчас, присутствуя на лесном празднике дикарей из открытого пространства, слушая разговоры Захарии, его жены Юдифи и видя все вокруг, Марк чувствовал себя крайне неуютно. Все здесь противоречило ценностям его мира, его культуры.

Здесь были крепкие семьи с большим количеством детей. Матери рожали по десять детей, и все эти дети не отдавались в специальные школы, а воспитывались в семьях, прямо отцами и матерями.

Здесь не было разводов и беспорядочных сексуальных связей.

– Связь мужчины с мужчиной? – с отвращением переспросил Захария, когда Марк упомянул об этом как о чем-то само собой разумеющемся. – Это как? Ты имеешь в виду, что мужчина может спать с мужчиной и заниматься с ним любовью?

– Ну да, – кивнул Марк. – Просто ты сказал о том, что главным в вашем обществе являются семьи, и я поинтересовался, много ли среди ваших семей однополых пар. Ну, это когда два мужчины или две женщины составляют семью в качестве отцов и матерей ребенка…

На лице Захарии отразилась целая гамма чувств: гадливость, презрение, жалость.

– Да, – сокрушенно покачал он головой. – Конечно, я слышал об этом позоре, который процветает в ваших городах. Наверное, именно из-за этого человечество когда-то разделилось на две неравные части: на горожан и свободных людей. Не только по этой причине, я думаю, но однополые связи – это самое омерзительное из ваших извращений.

Марку стало обидно: он был горожанином и не считал себя и своих сограждан извращенцами. Как смеет дикарь из леса так отзываться о его родине?

Но любопытство победило.

– А что еще в наших порядках вы считаете извращением? – поинтересовался он.

Захария обвел рукой огромную поляну с веселящимися у костров людьми.

– Взгляни на нашу жизнь, – сказал он. – У нас крепкие дружные семьи, у нас много детей, мы живем близко к природе. Мы – свободные люди на свободной земле.

– Но главная цель человеческой цивилизации – это свобода личности, свободное развитие каждого человека, – возразил Марк. – Разве мы – не свободные люди?

– Нет, – покачал головой Захария. – Потакать своим низменным страстям, удовлетворять свою распущенность – не значит быть свободным. Не свободен человек, порабощенный грехом. Кроме того, – увлеченно продолжил он, – в свободе главное – это ответственность. Я отвечаю за свою семью, за жену и за детей. И так живет каждый мужчина у нас. А за что отвечаешь ты? Семьи у тебя нет, а если есть, то временная. Детей ты отдал на воспитание в приют, к чужим людям. За что отвечаешь ты?

– За свою работу, – нашелся Марк. – Я отвечаю за свою работу. И я отвечаю за то, чтобы моя личность развивалась свободно, ничем не сдерживаемая.

Но Захария только махнул рукой в ответ.

– Вы деградируете, – сказал он. – Численность населения ваших городов сокращается с каждым годом. Придет время, когда вы попросту не сможете поддерживать свою цивилизацию. Да что там – придет… это время уже пришло. Вы контролируете один-два процента поверхности Земли, и то с трудом. Вот к чему привел ваш путь.

– Кстати, – вдруг спросил Марк. – Ты только что сказал, что человечество разделено на две неравные части: на нас и на вас. Но ведь нас больше, чем вас. Ты это имел в виду?

Захария рассмеялся и посмотрел на собеседника снисходительно, как на малого ребенка.

– Ты смеешься? – ответил он. – Или вы там, в городах, действительно утратили всякое представление о реальности? Ну и ну… Сколько вас всего на планете?

– Население Земли составляет миллион человек, – повторил Марк то, что было известно ему с детства. Чем вызвал новый приступ безжалостного смеха у Захарии.

– Не население Земли составляет миллион человек, – отсмеявшись, сказал он. – А население ваших городов – миллион человек. Вы живете, отгородившись бетонными заборами, трясясь над своими бесценными неповторимыми личностями, и в гордыне вашей думаете, что вы одни на планете.

– А сколько же вас? – вмешался в разговор Аякс, до того сидевший молча и наблюдавший за праздником.

– У нас не проводится перепись населения, – усмехнулся Захария. – И вообще, мы – не единый народ, а просто свободные люди, живущие по всей Земле. Но полагаю, что нас раз в сто больше, чем вас. Просто вы этого не хотите замечать. У нас нет городов, потому что города – прибежище греха и распущенности.

– Сто миллионов человек, – тихо и медленно, как зачарованный, произнес Аякс. – А я-то думал…

Марк ничего не сказал, но ему стало не по себе. Сложившаяся с детства привычная картина мира вдруг взорвалась. Знакомые вещи и представления изменили свои очертания. Все оказалось совсем не таким, каким казалось прежде.

Сто миллионов…

Считалось, что жители открытого пространства – несколько тысяч голых и грязных людей, которые скитаются по лесам и горам, не в силах найти пропитание. Не стоит о них даже говорить. А единственные обитатели планеты Земля – горожане, сосредоточившиеся в Евразии, Роме и нескольких мелких точках…

И что же вышло?

Неужели правители Евразии, и правители Ромы, и правители в других местах не осведомлены о действительном положении вещей? Ведь есть служба безопасности, и ведутся авиационные полеты, и наверняка информация о происходящем на самом деле во внешнем пространстве просачивается к правителям.

Или власти сознательно скрывают правду? Не хотят, чтобы люди узнали о том, что они остались на обочине развития человечества, а настоящая жизнь идет совсем не в вымирающих городах?

«Да нет, – подумал Марк, – скорее всего, действительно не знают. Не интересуются этим».

Он вспомнил Розалию М-Боту – главу правительства Евразии, молодую женщину с курчавыми волосами и очень темной кожей, победившую на выборах в прошлом году под лозунгом: «Больше веселья – меньше забот!» Говорят, что она очень труднодоступна, потому что почти все время проводит в Царстве, а впрочем, кто решится ее за это осуждать?

Он вспомнил своего начальника – главу службы безопасности Евразии, Чемыня. Генерал Чемынь – серьезный и ответственный человек, но разве он хоть одну минуту в году думает о внешнем пространстве? Главная, если не единственная задача службы безопасности – это борьба с фундаменталистами, врагами свободы. Конечно, если не считать уголовных преступлений, как вот с этим Аяксом, сидящим теперь рядом у костра. Но таких преступлений совершается не так-то много…

Бросив внезапный взгляд на Аякса, Марк с изумлением обнаружил, что брюки у того расстегнуты и рука прижавшейся к нему Алисии довольно энергично шурует внутри. Встретив взгляд Марка, девушка смело ответила на него, отнюдь не прекратив своего занятия. Довольный Аякс чуть прикрыл глаза и едва ли не мурлыкал…

«Однако, – подумал Марк. – Тут, кажется, очень пекутся о крепких семьях. Как же это сочетается вот с таким?»

– Она не замужем, – усмехнулся Захария, словно прочитавший его смятенные мысли. – Что плохого в том, чтобы ублажить гостя?

– У вас здесь царит свобода нравов, – заметил Марк. – После твоих слов о традиционных ценностях и о том, как важно жить без греха, я бы не подумал…

– Алисия специально предназначена для приема гостей, – строго сообщил Захария. – Ни одна замужняя женщина или девушка, честная дочь своей семьи, не посмеет даже коснуться чужого мужчины.

– А Алисия, что же, – не честная? – улыбнулся Марк.

– Она – честная, потому что это ее обязанность. Ей поручено ублажать гостей и выполнять все их прихоти, – возразил Захария. – Если она исполняет приказание, никто ее не осудит.

Потом его взгляд смягчился, и он хмыкнул:

– А почему это тебя так интересует? Твоему товарищу, кажется, совсем неплохо. Наверное, и ты нуждаешься в расслаблении? – Он метнул взгляд в сторону девушки по имени Шарк, и в следующую секунду ее рука ласково и покорно легла на бедро Марка…

Действовала рука так умело, что уже спустя полминуты Марк прикрыл глаза и подумал о том, что, пожалуй, далеко не всегда привычное и всемогущее Царство способно обеспечить потребителю такую полноту ощущений.