Месть и любовь - Коултер Кэтрин - Страница 47

– Ах, это вы! Уф, до чего же вы меня испугали! Что случилось? – Хэтти резким движением одернула уже натянутую одежду. – Уж не хотите ли вы сказать, Милли, что сэр Джон и леди Луиза вернулись в Лондон? Нет, этого не может быть!

– Нет, слава Богу, этого не произошло. Если бы это был сэр Джон, мне бы, конечно, сделалось дурно. Но это не он, мисс Хэтти. Это ваш отец. Он уже давно требует вас. И знаете, зачем? Представьте себе, леди Мелбери опять прислала приглашение – на другую вечеринку, и он дал ей согласие. Он принял это приглашение и от вашего имени также. Поэтому он желает видеть вас, мисс Хэтти. Я сказала ему, что вы не в восторге от этого приглашения и что сейчас вы отдыхаете. Вы должны понять меня. Мне пришлось придумать это за вас: ведь только так можно было отвести подозрения. Иначе бы он сразу догадался, что вас нет дома.

– Вы правы, Милли. У вас был единственный выход. Черт побери, мне начинают надоедать его затеи.

Опять сэр Арчибальд портит мне жизнь! Конечно, он и не думал держать в голове мою просьбу! Хоть бы на этот раз Господь вразумил его оставить меня в покое. Спросил бы меня, прежде чем принимать всякие приглашения! Теперь ничего не поделаешь, надо возвращаться. У нас очень мало времени, Милли. Поторопитесь, несите скорее от Потсона перо и бумагу. Я пошлю его к сэру Гарри и мистеру Скаддимору. Думаю, он успеет съездить к ним и отменить нашу вечернюю встречу. А вы, Потсон, в мое отсутствие не вздумайте съесть всю баранину.

Прошло немногим более двух часов, когда мисс Генриетта Ролланд – убогое существо, две недели назад совершившее свой первый выход в общество, – вскарабкалась в карету сэра Арчибальда, прижимая к макушке зеленый александрийский чепец, дабы его не снесло с головы студеным зимним ветром. Как и прежде, она не стала надевать очки до тех пор, пока не поднялась на ступеньки Мелбери-хауса и не постучалась в дверь. Дворецкий снова посмотрел на нее так, словно не желал ей ничего иного, как провалиться сквозь землю. Она ничтоже сумняшеся приветствовала его как старого знакомого жизнерадостной улыбкой и старательно скосила глаза.

Хэтти быстро пробежала глазами гостиную, где собралось избранное общество. Там и сям ворковали разбившиеся на небольшие группки леди и джентльмены. Она не заметила среди гостей лорда Оберлона, и у нее на время отлегло от сердца. Мисс Генриетта Ролланд в той же степени избегала встреч с его светлостью, в какой лорд Монтейт стремился к ним.

Подойдя к леди Мелбери и засвидетельствовав ей свое почтение, Хэтти решила не мозолить глаза гостям и поспешила уединиться в укромном уголке гостиной, втайне надеясь, что там ее никто не заметит и она сможет со своего поста наблюдать за присутствующими. Неожиданно ее взгляд привлекла хорошенькая темноволосая девушка, сидевшая возле своей матери в притворно-смиренной позе. У девушки был такой вид, словно ей тошен весь мир и от смертельной скуки она с трудом сдерживает зевоту. Хэтти усмехнулась. Прелестное создание было не кем иным, как мисс Изабеллой Бентуорт – объектом воздыхания сэра Гарри Брэндона. Прежде лорд Гарри только мимоходом видел молодую леди и несколько раз обменялся с ней короткими вежливыми фразами, как того требовал светский этикет. Ну что же, возможно, мисс Генриетта Ролланд сможет сойтись с ней чуть ближе. Хэтти испытывала живой интерес к молодой леди, державшей в плену сердце ее друга. Однако силы чар Изабеллы Бентуорт, по-видимому, было недостаточно, чтобы добиться от своего поклонника матримониальных предложений.

Когда Хэтти подошла к мисс Бентуорт и увидела ее вблизи, то решила, что сэр Гарри просто сумасшедший. Изабелла была без преувеличения очень обаятельной девушкой. У нее были выразительные карие глаза, спокойные и теплые. Ее приятная наружность совсем не была обманчивой, эти красивые глаза светились неподдельной добротой. Хэтти даже начала сомневаться, заслуживает ли сэр Гарри такой партии. Она отметила, что у мисс Бентуорт необыкновенно красивые волосы – блестящие, темные, без всякого намека на красноватый отлив, напротив, черные как смоль. Ее волосы были красиво зачесаны наверх, и только небольшая россыпь мелких кудряшек обрамляла ее тонкое лицо цвета слоновой кости со стороны лба и на висках. Нет, сэр Гарри определенно не стоил мисс Изабеллы – таков был окончательный приговор Хэтти. Она была уже близка к тому, чтобы завладеть рассеянным вниманием мисс Бентуорт, как неожиданно ее отвлек скрипучий голос мисс Мод Лэнгли.

– Вы ли это, мисс Ролланд? – сказала мисс Мод тягучим приторным голосом, от которого у Хэтти сразу возникла оскомина. – Я безумно рада видеть вас вновь, моя дорогая. Простите, что я не смогла наведаться к вам. Я была ужасно занята. Сплошные балы и рауты! Мне с трудом удалось выкроить время для покупки нескольких новых платьев.

«Какое счастье, что судьба оказалась столь милостивой ко мне», – подумала Хэтти, набирая в легкие побольше воздуха и лелея одно-единственное желание – поскорее избавиться от этой занудливой особы.

– Я понимаю вас и прощаю вам этот грех, мисс Лэнгли, – сказала она, повышая голос и привнося в него одновременно с визгливыми нотками противный гнусавый оттенок. – А где ваша прелестная сестра? Неужели ее не будет сегодня? В таком случае я не сомневаюсь, что все джентльмены дружно завоют в один голос.

Мисс Мод сразу же стала менее дружелюбной:

– Ах, вы о Каролине! Нет, она здесь. Должно быть, где-нибудь в углу без стыда и совести флиртует с каким-нибудь джентльменом. Мама просто в отчаянии от ее поведения. Оно недостойно настоящей леди и отпугивает от нее мало-мальски приличных кавалеров.

– В это трудно поверить, мисс Лэнгли. Джентльмены любят живых и красивых девушек. Вероятно, уже с начала сезона она потеряла счет предложениям руки и сердца.

Мисс Мод нашла слова Генриетты Ролланд неуместными и дерзкими. Они произвели на нее не менее отталкивающее впечатление, чем ее неприглядная, подходящая разве что для дома одежда. Она мрачно посмотрела на Хэтти, отчего ее длинный нос вытянулся еще больше, и затем, откровенно разглядывая каждую складку на бесформенном гороховом платье, издала короткий ехидный смешок.

– Уж вам-то, мисс Ролланд, наверняка не приходится беспокоиться на этот счет. Вряд ли вам грозит пресыщение вниманием сильного пола.

Хэтти с трудом удержалась от смеха, однако сделала вид, что раздосадована. Она косо посмотрела на мисс Мод и с важностью произнесла прежним омерзительно гнусавым голосом:

– Возможно, вы правы, мисс Лэнгли. Но я не исключаю, что вы составите мне компанию на этот сезон. Вот уж тогда мы с вами вдоволь перемоем косточки всем хорошеньким девушкам, пока будем сидеть у стены и смотреть, как они танцуют.

– Экая насмешница, – едва слышным шепотом сквозь зубы сказала мисс Мод, не отважившись по каким-то соображениям произнести это громче и внятнее. Затем она с важностью удалилась.

– Просто невыносимая особа. Ужасная, правда? Однако вам неплохо удалось отделаться от нее и главное – вежливо.

Хэтти обернулась на незнакомый женский голос и увидела стоявшую рядом мисс Изабеллу Бентуорт.

– Это вовсе не трудно, если знаешь, чем задеть ее за живое. Простите, сударыня, меня зовут Генриетта Ролланд. Я рада познакомиться с вами. Я давно приметила вас. Вы одна из самых привлекательных девушек в этой гостиной. Я думаю, вы и сами знаете это. Зато мисс Мод, дай ей волю, отыскала бы у вас кучу изъянов: в наружности, одежде и характере.

Мисс Изабелла Бентуорт улыбнулась, сначала сдержанно, а потом довольно – во весь рот.

– Раньше мне не приходилось встречать вас в обществе. Вы недавно в городе?

– Да, сравнительно недавно. Но я видела вас, мисс Бентуорт. Пару раз вы были с одним молодым джентльменом. Он высокого роста, хорошо сложен и красив лицом. Одевается щеголевато и вообще выглядит решительным и лихим. Во всяком случае, так мне показалось. – «Ну это уж я слишком», – подумала Хэтти насчет лихости. К ее удивлению, мисс Изабелла не выказала никакого недовольства столь откровенной оценкой ее поклонника. Она только зарделась и смущенно опустила глаза на свои атласные туфельки.