Месть и любовь - Коултер Кэтрин - Страница 34

– О чудо! Джек, ты и в самом деле дьявольски красив. Он снисходительно смотрел на нее с высоты своего гигантского роста и улыбался ослепительной белозубой улыбкой.

– Ты так считаешь, малютка? Может быть, ты и права. Но скажите мне вы обе, что вы делали в городе столько времени? Я полагаю, что после вашего похода у меня за душой не осталось ни гроша.

– Думаю, что пару грошей мы тебе, так и быть, оставили, – успокоила его Луиза.

– А я обещаю, что мы отберем у тебя и эти крохи если будешь нападать на нас, – сказала Хэтти. – Пока что твои деньги потрачены только на подарок мне. Подарок на мой день рождения, про который ты забыл. – Хэтти выпрямилась и пристально посмотрела ему в глаза, вскинув и слегка повернув голову; ей показалось, что в его улыбке было что-то плутоватое. – Так-так, Джек. А что ты делал все это время? Признавайся немедленно, иначе живым тебе отсюда не уйти.

Он стал усердно спихивать ногтем какую-то невидимую пылинку с рукава, явно не торопясь с ответом.

– Я? Я… ждал вас, дорогая сестрица. Я так рад, что вы вовремя вернулись домой и теперь ты сможешь принарядиться. Хм… я бы даже сказал – больше, чем просто принарядиться. Я бы хотел видеть тебя очень красивой.

– Красивой? Зачем? Что все это значит? Сейчас же говори, что у тебя на уме! Слышишь, Джек?

– Ну, если ты так настаиваешь, милая… Сегодня вечером у нас будет гость. Не беспокойся, я предупредил миссис Миллер, и она уже распорядилась на кухне. Я полагаю, что и ты, и Лу будете довольны, когда увидите нашего гостя.

– Прекрати эти дурацкие шутки, Джек. Сознавайся, кого ты пригласил на обед? – не унималась Хэтти, тыча пальцем в богатырскую грудь брата. – Ну что за глупая улыбка у тебя на лице? Говори! Или я прикажу Луизе получше заняться тобой, чтобы ты действительно стал ручным.

– Ну, так и быть. Я пригласил Джейсона пообедать с нами. Хэтти наморщила лоб. Она не могла припомнить ни одного знакомого джентльмена, которого бы звали Джейсон. Зато Луиза, к ее удивлению, от радости бросилась мужу на шею:

– О, Джек, как замечательно. Мы не виделись с ним тысячу лет. Как он чувствует себя? Он хоть немного оправился после той трагедии?

– Не могу сказать, Лу. Мне трудно судить. Сама увидишь. По нескрываемому восторгу, буквально охватившему жену, сэр Джон понял, что она одобрительно относится к этому замыслу со сватовством. Должно быть, его собственные глаза в тот миг светились не меньшим восторгом.

– Джейсон? Кто это? – Хэтти в нетерпении топнула ногой. Сэр Джон сначала как будто слегка удивился, потом понимающе кивнул:

– Ты, верно, еще не встречалась с ним, Хэтти. Он совсем недавно возвратился в Лондон. А когда мы подружились с ним, ты еще ходила в школу. Это Джейсон Кэвендер, маркиз де Оберлон.

– Лорд Оберлон, – машинально повторила она упавшим голосом, едва не лишившись дара речи. И тут же повторила: – Лорд Оберлон. Ты знаком с маркизом, Джек? Скажи, откуда вы знаете друг друга?

– А-а, значит, ты не знаешь, что Джейсон Кэвендер и Джек были закадычными друзьями? – спросила Луиза. – Они учились в Оксфорде, в одном колледже.

Хэтти мотала головой, пытаясь показать, что ничего не понимает.

– В таком случае лорд Оберлон должен был знать и Дэмиана? – спросила она, наконец, уже полностью владея собой.

– Разумеется, – подтвердил сэр Джон. – Не так хорошо как я, но знал. Как-никак их разделяли, ну, наверное, лет пять. После того как мы с Лу поженились и уехали в Херефордшир, он обещал мне присматривать за Дэмианом. Джейсон – отличный парень. Жаль, что ему так не повезло.

«Боже милосердный! – воскликнула про себя Хэтти. – Как же Джек мог так жестоко ошибаться? Как же он мог считать своим другом столь недостойного человека? Что за чудовищная слепота? Неужели он лишился разума?» Она потеряла самообладание, и слова сами собой вырвались у нее:

– Да как ты посмел звать сюда этого лорда Оберлона? Я хозяйка в этом доме. И ты не имел никакого права, черт побери, приглашать кого бы то ни было без моего ведома.

Луиза открыла рот от изумления.

– Хорошо, – продолжала Хэтти. – Что сделано, то сделано. Раз уж ты, Джек, позвал этого презренного человека в наш дом, пусть приходит. Приглашения назад не заберешь. Но имей в виду, меня здесь не будет. Я не желаю иметь с ним никаких дел. Слышишь, Джек?

Вдруг она замолчала, видимо, осознав, что зашла слишком далеко. Сэр Джон и леди Луиза стояли с открытыми ртами и смотрели на нее немигающими глазами.

Первым пришел в себя сэр Джон:

– Что за чепуха, черт возьми? О чем ты говоришь, Хэтти? Как можно так набрасываться на человека, которого ты в глаза не видела? То, что ты позволяешь себе, девочка, переходит все границы. Почему ты считаешь его презренным человеком? Ведь это несусветная чушь.

Слова брата несколько охладили ее пыл. Она сделала глубокий вдох и, сдерживая волнение, сказала:

– Пожалуйста, простите мне мою несдержанность, и ты, Джек, и ты, Луиза. Право же, я готова заочно принести свои извинения лорду Оберлону, – сказала она, пятясь к двери. – К сожалению, мне придется оставить вас одних. Сегодняшний вечер у меня занят. Я уже договорилась с друзьями. Мне пора идти, я должна успеть переодеться. Надеюсь, что буду дома не слишком поздно. Но вы не ждите меня. Увидимся завтра утром.

– Хэтти, подожди минутку. Мы же только что приехали, – попыталась остановить ее Луиза. – И потом… можно же как-то оповестить твоих друзей… послать к ним…

Однако Хэтти не стала ее слушать:

– Мне очень жаль, Луиза. Но поверь, я не могу ничего отменить. Мы условились давно и окончательно. Я должна быть там.

Хэтти заметила, как лицо брата заполыхало от гнева, и, не дожидаясь, когда он потребует от нее дальнейших разъяснений, быстро подобрала подол платья и упорхнула из гостиной.

– Ну и дела! Заварили вы кашу, – сказала Милли, выслушав рассказ Хэтти. – Но другого выхода нет. Конечно, вам нужно уходить, мисс Хэтти. Надо думать, маркиз неглупый человек. Он, несомненно, узнает вас или, во всяком случае, начнет присматриваться к вам. И скажи он вам что-либо не так, вы уж точно не станете держать язык за зубами. Не приведи Бог такому случиться. Но при таком раскладе я не удивлюсь, если Генриетта Ролланд вызовет его на дуэль.

– Вы, безусловно, правы, Милли.

Не успела Хэтти выговорить это, как внезапный настойчивый стук в дверь заставил ее резко обернуться. Она услышала голос Луизы:

– Хэтти, голубушка. Можешь ты уделить мне хотя бы минутку?

Хэтти заставила себя забыть всякую жалость.

– Извини, Луиза, не могу. Я спешу. Боюсь опоздать. Пожалуйста, пойми меня, – добавила она умоляющим тоном, – дай мне собраться. Я загляну к тебе утром.

Она слышала, как тяжело вздохнула Луиза, и без труда представила себе ее тревожно-огорченное лицо. Однако она не двинулась с места и не произнесла ни слова, пока звуки шагов Луизы не затихли в глубине коридора.

При мысли о предстоящем визите маркиза она чертыхнулась вслух. Он предстал в ее воображении так же ясно, как накануне вечером. Лорд Гарри холодно и скрупулезно старался вывести его из себя своими изощренными оскорблениями, но они, казалось, совсем не задевали этого негодяя. Интересно, узнал бы он ее, оказавшись у них в гостях, сидя с ней за одним столом как с Генриеттой Ролланд? В этом у нее, увы, не было сомнений. Спокойный голос Милли вывел ее из забытья:

– Если вы задержитесь еще немного, то столкнетесь на пороге с лордом Оберлоном. Вот это будет сценка!

Через десять минут, закутавшись в накидку и опасливо озираясь, Хэтти выскользнула из двери спальни. Вокруг было пусто. Должно быть, Джек и Луиза еще оставались в своей комнате или ожидали маркиза внизу. Она неслышно сбежала по лестнице черного хода и остановилась у бокового выхода.

– Оставайтесь здесь, госпожа, – сказала Милли, шедшая за ней по пятам. – Сейчас я сбегаю за экипажем.

Горничная тут же исчезла.

Пока Хэтти нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, со стороны парадного входа послышался звук подъехавшего экипажа.