Следственный экспериМЕНТ. Записки из органов - Ливанов Борис - Страница 58

Жена опера позвонила в отдел, где работает муж, а жена бизнесмена дозвонилась в дежурную часть питерского ГУВД. Первыми подъехали бойцы ОМОН, которых послали из Главка. Их встретила заявительница, жена бизнесмена, с которой парни и отправились на задержание похитителя ее мужа. Обоих обнаружили на детской площадке неподалеку от дома. Мужики, на лицах которых виднелись следы минувшей драки, пили водку. Но омоновцы видели лишь то, что хотели видеть. А видели они то, что похититель сидит напротив похищенного и что-то ему втирает. Произошло жесткое задержание «похитителя» И хотя он пытался говорить, что свой, ему не верили. Да и удостоверения при нем не было. Впрочем, когда «похищенный» вступился за нового друга, омоновцы поумерили пыл.

И в этот момент подъезжают сотрудники местного отдела милиции. Жена милиционера орет, что данный мужчина (имеется в виду бизнесмен) похитил ее мужа. А сотрудники ОМОН этому способствовали. К счастью, до стрельбы между сотрудниками милиции дело не дошло. Разобрались быстро. В конце концов, все почти свои, а заявления о нападении (после активного разговора с мужьями) вызывавшие подавать не стали. Но оба мужчины еще долго припоминали женам, как те неправильно истолковали их уход от машин. Мол, нельзя же было не заметить, что уходили мирно!

На что женщины резонно отвечали, что после увиденной из окна драки они могли предполагать только худший вариант. Ну разве могут женщины понять логику мужчин, которые после доброго мордобоя идут в магазин, дабы закрепить дружбу? Стоит сказать, что после того случая обе семьи сильно сдружились.

Лингвистическая ошибка

В садово-парковом товариществе был обнаружен труп пожилого мужчины. По всем видимым признакам, убитый был бомжом. Но труп криминальный, то бишь с ножевыми ранениями, а потому требуется провести расследование. Пара оперов уголовного розыска и участковый, дождавшись заключения эксперта о примерном времени смерти, отправились по частным домам в поисках свидетелей.

Убийство, по заключению экспертов, было совершено рано утром. А потому свидетелей почти не оказалось. Ну кто в шесть утра на утренний мороз из теплого дома выходит? Однако участковому все-таки повезло. Он нашел бабушку, которая рано утром ходила кормить кошек у своей соседки, уехавшей на пару недель навестить внуков.

— Иду это я, а ентот мужик там стоит, — показала бабушка рукой в ту сторону, где и был обнаружен труп бомжа. — Я сперва не поняла, чего он там делает, а потом поняла, что он облевался.

Опера воспрянули духом, вызвали криминалистов, а когда те приехали, пошли искать следы опорожнения желудка. Ведь по не совсем переваренным остаткам пищи можно очень многое узнать о подозреваемом. А так как днем прошел снежок, то пришлось милиционерам аккуратно расчищать место, где предположительно блевал мужик.

Копались там часа три. Убрали от снега около десяти квадратных метров, но следов блевотины так и не нашли. А еще, как на грех, бабушка-свидетельница куда-то ушла. Опера и криминалисты, на все лады проклиная бабушку, все-таки продолжали искать. И тут наконец свидетельница вернулась. На нее насели всей толпой, требуя показать место, где блевал мужчина.

— Да никто не блевал, — испуганно ответила старушка.

— Ну как же так? Вы же сами сказали, что видели, как утром где-то здесь облевался мужчина!

— Да не блевал он! Я же вам сказала, что он ВОДОЙ обливался!

Среди милиционеров наступает минута молчания, прерванная хохотом женщины-эксперта.

— Ну, милиционеры, ой не могу! При спорном звучании вы всегда выбираете то значение, которое вам самим ближе. Признавайтесь, никто из вас даже мысли не допустил, что здесь мог обливаться водой морж, которых в нашей стране пруд пруди.

Милиционеры вынуждены были признать, что действительно, услышав слово «обливаться», они переиначили слово на свой, более им близкий, лад.

Изменять мужу вредно для мужа

В одном из районов Петербурга случилась кража. Событие, к сожалению, обычное и даже привычное. Во всяком случае, для сотрудников милиции. Кража, судя по всему, была совершена настоящим профессионалом. Никаких следов, типа отпечатков пальцев или обуви, он не оставил. Но таких профессионалов раз-два и обчелся. А потому сотрудники милиции догадывались, кто именно совершил кражу: недавно освободившийся «домушник» проживал неподалеку. К нему и отправились.

Дверь открыл сам хозяин, мужик около сорока лет, половину из которых он провел в местах не столь отдаленных. Звали его Игорем. На вопрос, где он был такого-то числа в такое-то время, рецидивист спокойно ответил, что был дома. И это заявление подтвердила жена Игоря, довольно миловидная женщина лет тридцати.

Милиционеры осмотрели квартиру, ничего подозрительного не обнаружили и ушли восвояси. Они уже собирались выходить из дома, но тут пожилой участковый остановил оперов из уголовного розыска.

— Погодите-ка, есть одна мыслишка, — сказал он и позвонил в квартиру, которая располагалась как раз под квартирой, где проживал рецидивист Игорь.

Дверь отрыла старушка — божий одуванчик, но весьма резвая.

— Здравствуй, Ефимовна, — вежливо поздоровался участковый. — Как поясница, не беспокоит?

— Да как же не беспокоит! — с готовностью откликнулась старушка. — Болит, окаянная! А вчерась еще и в боку что-то стреляло…

— Ну дак к Вере, врачу, сходи, — перебил старушку участковый. Он по опыту знал, что если вовремя не остановить, то милиционеры выслушают историю всех болезней бабушки, и это может затянуться часа на четыре. — Ты вчера ничего от соседей сверху не слышала?

— А то как же, — закивала старушка. — Стены-то у нас бумажные, да и потолки не лучше. Все как есть слышно. Ох и кричали они вчера! Я, конечно, понимаю, дело молодое, но нельзя же так! А она, бесстыжая, хозяйка-то, его еще и подзуживает, мол, «давай, Коля! Глубже!». Тьфу, бесстыдница!

— Погоди, Ефимовна, — едва сдерживая смех, произнес участковый. — Ты точно слышала про Колю? Не перепутала?

— Да точно тебе говорю! С Колей она вчера тешилась.

— И ты слышала, что это хозяйка квартиры была?

— Ну а кто же? Как есть ейный голос орал!

— А нашего рецидивиста зовут Игорь, — задумчиво констатировал участковый. — Так что, оказывается, алиби-то у него и нет. Вряд ли его жена при нем с каким-то Колей развлекалась.

Милиционеры вернулись в квартиру, где жил рецидивист. Когда мужик узнал, что его алиби рухнуло, он сильно расстроился. Но не потому, что опять придется идти в тюрьму (дело-то привычное), а потому, что его жена, оказывается, ему изменяла. Пока он деньги на семью «зарабатывал»! Милиционеры еле оттащили ревнивца от жены. Рецидивист вполне реально хотел ее убить.

В пылу ревнивого гнева он даже рассказал, куда отнес похищенное. О чем впоследствии сильно пожалел. Ну да слово ведь не воробей — вылетит, не поймаешь…

Как опер «маму» грохнул

Несколько лет назад в одном из районных отделов милиции в Ленобласти произошло событие, которому до сих пор завидуют все милиционеры из соседних районов. Дело в том, что в район приехал проверяющий из УСБ (Управление собственной безопасности). Это подразделение, по вполне понятным причинам, в других службах милиции не любят. Почему — это уже другой вопрос. Но вот, когда сотрудники УСБ садятся в лужу, об этом с удовольствием рассказывают еще очень много времени после «посадки» в эту самую лужу. В данном случае сотрудник НАСТОЛЬКО опростоволосился, что об этом случае еще очень долго будут рассказывать в кулуарах всех управлений ГУВД Питера и области.

А в данном случае в районный отдел милиции области приехал офицер УСБ, который славился просто неприличной ненавистью к милиционерам с «земли». То ли это была обычная проверка, то ли он разрабатывал кого-то из оперов, не так уж и важно. Но засел он в кабинетах уголовного розыска на несколько дней. В документах копался, допрашивал сотрудников розыска. И так всех достал, что опера предпочитали почти не показываться в отделе.