Следственный экспериМЕНТ. Записки из органов - Ливанов Борис - Страница 19

Еще раз повторив «же вудре», милиционер стал показывать принцип действия вантуса. Выставив перед собой кулак, как будто он в нем что-то держит палкой вниз, милиционер стал резко опускать и поднимать руку. Ну и что мог подумать француз при подобных телодвижениях? Он попытался объяснить русскому, что онанизмом следует заниматься у себя в номере, и разрешения на это спрашивать не следует. Но, к счастью для обоих, в гостиницу как раз вошел член делегации, неплохо владевший французским языком. Он-то и разрешил языковой казус.

Вся троица еще долго хохотала, обсуждая это «же вудре». Но самое примечательное, что на этом история не закончилась. Через несколько дней наша делегация вместе с французскими коллегами решила покататься на велосипедах по парку, раскинувшемуся неподалеку. Полицейские привезли своим русским коллегам велосипеды, но уже на месте выяснилось, что некоторые колеса надо подкачать. Насос был всего один, и образовалась очередь.

И тут тот самый милиционер «с вантузом» вспомнил, что у его знакомого консьержа тоже есть велосипед, на котором тот и приезжает на работу. Вот и решил попросить у того насос. Уточнив у переводчика как по-французски будет насос, он отправился к знакомому. Не успел он подойти к стойке, как дежурный заулыбался и спросил:

— Же вудре? — сопровождая свой вопрос «принципом действия вантуза».

— Не, — покачал головой милиционер, — же вудре ля памп, — и изобразил принцип действия насоса.

Консьерж буквально взвыл от хохота и рухнул со стула. Милиционер смотрел на него непонимающими глазами. Ну откуда было знать милиционеру, что «ля памп», кроме своего исконного значения «помпа, насос», имеет и значение на французском сленге. И означает оно как раз онанизм…

Из прокуратуры с голой задницей

Эта история произошла до 1996 года, то есть до принятия нового Уголовного кодекса. В прошлом кодексе еще не было таких статей, как «побои» или «угроза убийством». А потому к семейным скандалистам вообще никаких мер законного порядка применимо не было. Вот и измывались различные семейные тираны над своими женами и детьми фактически безнаказанно. Впрочем, иногда наказание они все-таки получали.

Несмотря на то что в стране вовсю начиналась разруха, кое-где еще умудрялись ремонтировать государственные учреждения. Вот и в одной из районных прокуратур Петербурга решили сделать косметический ремонт. Происходило это так: следаки освобождали пару комнат, бригада из четырех человек выносила из них мебель или просто сдвигала в центр, после чего белили да красили. А старшим над ремонтниками был подполковник в отставке, которого все называли Степаныч. Ну о-о-очень представительный мужчина.

И вот как-то дело двигалось уже к вечеру, работа на сегодняшний день была выполнена, ремонтники переоделись в цивильное. Но уйти не успели, в этот момент в кабинет влетела зареванная женщина с криками:

— Да найдется ли управа на этого изверга?!

Степаныч не растерялся, усадил женщину на стул, вытащил из стола бутылку водки, налил ей на пару пальцев в стакан, заставил выпить. После того как та немного успокоилась, заявил:

— Вы не обращайте внимания, у нас тут ремонт. А что у вас случилось?

А случилась тривиальная вещь. Муж в очередной раз откинулся и стал зажигать. Быстрый опрос женщины расставил все по своим местам. Мужик у нее хоть и уголовник, но типичный «баклан». Пьяные драки, мелкие кражи, хулиганство. На зоне таких даже «мужиками» не считают. Это последняя стадия, когда до «петуха» один шаг. Но на воле герой! Особенно с теми, кто отпора дать не может: с женой и детьми.

По мере того как женщина рассказывала, Степаныч мрачнел все больше. И тут в кабинет вламывается типичный алкаш. С криками:

— Где эта стерва?! Я ей покажу, как на меня прокурору жаловаться!

Женщина сжалась, но Степаныч среагировал четко:

— А ну пасть заткни! А то я тебе быстро сейчас хулиганку впаяю! За дебош в прокуратуре!

Мужичонка притих. Степаныч успокоил женщину, проводил до выхода, а алкашу приказал сесть и не отсвечивать. Когда Степаныч вернулся, тот уже немного оклемался. Развалился на стуле, нога на ногу. Ну отставник сперва попытался с ним поговорить по душам, но тот только усмехался. А потом прямо заявил:

— Ты меня не лечи, начальник. Статьи у тебя на меня нет. Так что давай отпускай, да пойду я со своей благоверной разбираться.

И этак мерзко ухмыляется. Тут уж Степаныч не выдержал:

— А ну-ка, ребята, держите его!

Коллеги Степаныча с готовностью заломили алкашу руки. А бывший военный ловко расстегнул у мужичка штаны и оголил задницу. Алкаш пытался вырываться и кричать о правах человека. Но не тут-то было. Степаныч достал из шкафа тонкий кожаный собачий поводок (видимо, вещдок) и стал охаживать семейного тирана этим поводком. Когда задница превратилась в сплошной красный кровоподтек, Степаныч остановился. Мужичок к этому времени давно перестал возмущаться, а лишь всхлипывал. Он никак не мог поверить в реальность происходящего. Ну ладно в ментовке бьют, но в прокуратуре!!!

Степаныч, заявив, что если алкаш не успокоится, то «внушения» будут продолжены, отпустил мужичка. Тот подтянул штаны и слинял. Но на этом история не кончилась. На следующий день к ремонтникам зашел районный прокурор. И рассказал, как вчера прямо в кабинет прокурора города непонятным образом прорвался некий алкаш. А у начальства как раз шло совещание.

— Вы представляете, — утирая слезы, выступившие от смеха, рассказывал прокурор, — сидят все районные прокуроры, городской, его замы. И тут вламывается какой-то маргинал и начинает орать, что его в нашей прокуратуре злобно пытали. А в доказательство скидывает штаны и демонстрирует свою красную задницу.

— И что? — заинтересовался Степаныч.

— Да ничего, прокурор ему с ходу пятнадцать суток впаял и отправил восвояси. На меня, правда, смотрел как-то странно. Так что вы больше не проявляйте инициативы, пожалуйста.

Эта история еще долго была очень популярна в правоохранительных органах Питера. А вот алкаш перестал тиранить свою жену и детей. Участковый говорил, что он чуть ли не полгода вообще на улицу боялся выйти и вел себя тише воды ниже травы.

Огнестрельные яйца

Это случилось в самом начале 90-х годов в одном из небольших городков России. В те времена микроволновые печи в русских семьях были большой редкостью. И вот один мужик привез из заграничной командировки это чудо техники. Однако обращаться с новомодной техникой никто толком не умел. И данное обстоятельство привело к не очень хорошим последствиям.

Теплым летним вечером в дежурной части местного ОВД раздался звонок:

— Приезжайте скорее, у наших соседей стреляют!

В те времена перестрелки еще не вошли в нашу повседневную жизнь и любое использование боевого оружия было случаем исключительным. Тем более что звонивший был военным пенсионером, его хорошо знали в милиции (что неудивительно для небольшого города) и к его звонку отнеслись со всевозможной серьезностью.

К указанному адресу сразу стартовали все наличные силы местной милиции. Незаметно приблизились к подозрительной квартире. Кто-то из милиционеров осторожно толкнул входную дверь. И удача! Та оказалась открыта. Милиционеры недолго думая ворвались в квартиру, потрясая автоматами и пистолетами.

А на кухне «картина маслом». На полу лежит мужчина, белая рубашка и лицо залиты красным. Над ним хлопочут два мужика и женщина. Милиционеры недолго думая стали крутить руки мужикам. А те неожиданно стали сопротивляться. Особенно старался один, что-то выкрикивая по поводу того, что милиционеры не имеют права. Его особо не слушали. А чтобы не качал права, пару раз съездили по почкам. Помяли бока и второму мужику. Те сразу успокоились. И тут завопила женщина:

— Вы что творите? Немедленно отпустите наших друзей! Да ведь Саша в контрразведке работает!

Саша был тот самый мужик, который оказал наиболее яростное сопротивление.